Черное солнце (ЛП)

Наконец замок поворачивается, дверь распахивается, и я, спотыкаясь, выхожу на вечеринку, к людям, свету и музыке.
— О, сорян, — говорит какой-то парень, отрываясь от стены и прислоняясь к выключателю, который по глупости находится снаружи ванной.
Я смотрю на него, но совершенно не воспринимаю его, мое сердце отбивает барабанную дробь о ребра, рука прижата к груди.
Он хмурится на меня и включает свет, освещая ванную.
— Не бойся, — говорит он, делая глоток своего пива.
Я бросаю на него странный взгляд, а затем просовываю голову обратно в ванную.
Занавеска в душе все еще задернута.
Часть меня хочет разорвать ее, чтобы успокоить свой разум, но тут какая-то пьяная девчонка врезается в меня.
— Хочу писить! — кричит она, захлопывая дверь у меня перед носом. Я отступаю назад, пытаясь собраться с мыслями.
— Эй, у тебя идет кровь, — говорит мне парень.
Я смотрю вниз на свою руку, которую поцарапала о шершавый край вешалки для полотенец, по тыльной стороне ладони тянется струйка крови.
Фу. Кровь. Я немедленно закрываю глаза, мой желудок переворачивается. Я всегда испытываю брезгливость к крови, даже к своей собственной.
— Ты в порядке? — спрашивает парень, кладя руку мне на плечо.
Я вздрагиваю от прикосновения.
— Я в порядке.
Иду на кухню, чтобы смыть ее. Я могла бы пойти в одну из других ванных комнат в доме, но не собираюсь снова оставаться там одна. Я ходячий параноик.
Прохожу мимо холла, замечаю, что Элль держит за руку какого-то парня, хихикает и ведет его в одну из спален, закрывая дверь. Здорово. Пока она там, а Мейко, вероятно, с девушкой с дредами, я еще раз понимаю, насколько одинока.
Вздохнув, я провожу рукой под краном на кухне, наблюдая, как смывается кровь. Это похоже на поверхностную царапину, надеюсь, ничего такого, не придется делать прививку от столбняка, потому что я знаю, какими грязными могут быть эти студенческие дома.
— Ленор.
Ладно, на этот раз я действительно слышу голос.
К тому же очень знакомый.
Я оборачиваюсь и вижу Бет, подружку Мэтта, которая смотрит на меня, скрестив руки на груди.
О черт.
Я закрываю кран и отряхиваю мокрую руку, фальшиво улыбаясь ей.
— Привет, Бет. Что ты здесь делаешь? Мэтт с тобой?
Она прищуривает глаза, глядя на меня.
— Ты была бы рада, да?
Моя улыбка увядает.
— Прости?
Она делает шаг ко мне, пока я не прижимаюсь спиной к раковине.
— Мэтт рассказал мне, что ты сделала.
Мои глаза расширяются.
— Что я сделала?
— Не прикидывайся дурой. Он бы не стал мне лгать.
— Бет, честно говоря, я не понимаю, о чем ты говоришь, — я не хочу подставлять Мэтта под удар, если в этом нет необходимости.
— Ты поцеловала его, — говорит она с насмешкой, достаточно громко, чтобы все люди на кухне обернулись.
— Драка, драка, драка! — кто-то начинает скандировать.
— Снимайте майки и делайте это по-женски! — кричит какой-то чувак.
Я бросаю на него самый неприязненный взгляд.
— Иди нахер, — я снова смотрю на Бет. — И я не целовала твоего парня. Он поцеловал меня.
Я проталкиваюсь мимо нее, не желая вдаваться в подробности ни здесь, ни где-либо еще. Я знала, что Бет здесь рядом учится, но, честно говоря, не ожидала увидеть ее на домашней вечеринке. Мэтт в такие места не ходит.
Она протягивает руку и грубо хватает меня за локоть.
— Я не хочу, чтобы ты с ним виделась.
Вырываюсь из ее хватки. Я не склонна к насилию, но моя кровь уже кипит от того факта, что Мэтт солгал ей обо мне, и после всего, что произошло сегодня вечером и на прошлой неделе, я не доверяю себе. Я определенно не в том настроении, чтобы мной помыкали.
— Без проблем, Бет, — говорю я ей, двигаясь по вечеринке, мне нужно убраться отсюда, пока я не наделала глупостей. Знаю, сначала я должна найти Элль и Мейко, но, честно говоря, я больше не могу здесь оставаться.
Я запускаю приложение Убер и вызываю машину, затем выхожу на свежий воздух. Спускаюсь по ступенькам, по дорожке к бордюру, а затем поднимаю лицо к туману, на мгновение задерживаясь, чтобы глубоко вдохнуть.
 
Что за дерьмовая ночь.
Я жду Убер несколько минут, отправляю сообщение Элль, что уезжаю, жалея, что у меня нет номера Мейко, чтобы сделать то же самое. Я знаю, что мне следует вернуться туда, но без понятия, как долго они там пробудут, и после этой стычки с Бет я просто хочу пойти домой и лечь спать там, где чувствую себя в безопасности. Я чувствую себя такой разбитой, и ненавижу себя за то, что такая чувствительная.
Подъезжает черная машина, парень опускает стекло. Это первая машина, которую я вижу на дороге за последние пару минут.
Пожалуйста, пусть это будет мой таксист.
— Ленор Уорвик? — спрашивает он.
Я вздыхаю с облегчением.
— Да, это я.
Я открываю заднюю дверь и проскальзываю внутрь. Там красиво, кожаные сиденья, и пахнет одеколоном, хотя я разочарована, что нет ни воды в бутылках, ни мятных леденцов.
— В город? — спрашивает меня водитель.
Я поднимаю глаза и встречаюсь с ним взглядом в зеркале заднего вида. На самом деле он довольно симпатичный, темные волосы вьются у него надо лбом, а выразительные темно-карие глаза словно не моргают.
— Ага, — говорю я ему, пристегиваясь.
Он разворачивается на дороге и едет в гору.
— Что… — говорю я, на мгновение оглядываясь назад. — А не проще ли поехать через Беркли? — спросила я.
— Внизу авария, — говорит он. А потом протягивает руку и прибавляет громкость на радио. Из динамиков звучит песня Ника Кейва «Red Right Hand».
— Ох, — говорю я, откидываясь на спинку.
Волна беспокойства прокатывается по моему животу.
Водитель указывает адрес в навигаторе на iPad, установленном на приборной панели, но я не вижу, что там.
Музыка, кажется, продолжает повторяться снова и снова из стереосистемы, я словно нахожусь в гипнотической временной петле. Начинаю засыпать.
«Не засыпай», — говорит голос у меня в голове. «Оставайтесь начеку».
Я открываю глаза, сосредотачиваясь на происходящем. Я все еще на заднем сиденье Убера, все еще поднимаемся по дороге, и, судя по виду снизу, кажется, что цивилизация остается позади нас.
Я смотрю в зеркало заднего вида и ловлю взгляд водителя.
Он смотрит прямо на меня.
Глаза такие темные, что кажутся почти черными.
Быстро отвожу взгляд, достаю свой телефон, собираясь написать Элль.
Нет сигнала.
Блять.
«Ты снова накручиваешь», — говорю я себе. — «Он отвезет тебя на шоссе. Таким образом, заедем в город».
И все же я должна быть уверена.
— Вы везете меня в город, верно?
Он продолжает пристально смотреть на меня. На его лице не было никакого выражения. В конце концов он говорит:
— Сан-Франциско? Лили-стрит, двести восемьдесят.
Я киваю.
— Да, верно.
Мгновение он смотрит на меня с бесстрастным выражением лица, затем снова переводит взгляд на дорогу. Его рука тянется к радиоприемнику и переключает канал. Снова и снова. Отрывки музыки звучат, а меня начинает подташнивать.
Честно говоря, это сводит с ума, но я не хочу говорить ему остановиться. Мне страшно. Наверное, мне не следовало бояться. Это, мягко говоря, дезориентирует.
Я открываю приложение Убер, хотя я не регистрировалась, чтобы локатор следил за передвижением машины.
Но когда я вижу фотографию, у меня замирает сердце.
Это не пятидесятилетний Дэниел Ли со своим серебристым «Ford Focus» и пятизвездочным рейтингом.
Я села не в ту машину.
Мое сердце замирает, паника начинает разгораться по конечностям, как римские свечи, моя рука тянется ко рту.
Он знал мое имя. Этот человек знал мое имя.
«Думай, Ленор, думай», — говорю я себе. «Что делать? Что ты делать?»
Мне нужно вести себя хладнокровно. Он не мой таксист, но все еще есть небольшой шанс, что он высадит меня там, где нужно. Может быть, в системе какой-то сбой, может быть, Дэниел отменил поездку, а потом этот парень взял заказ, и отсутствие сигнала показывает задержку. Ну, откуда еще он мог узнать мой адрес?