Умереть в Сан-Франциско

Лейтенант отпил кофе, потом кивнул, как бы подтверждая предыдущую мысль. 
- К вам у нас несколько вопросов. 
Бармен пожал плечами. 
- Можете начинать. 
- Вы знаете человека по фамилии Крокер? 
- Нет. 
- Возможно, вы знаете его как Ральфа. Ральф Крокер. 
- Еще раз говорю вам, я его не знаю. 
Бармен размешал кофе, понюхал его, потом отпил, и ещё раз. По нему было видно, что ни вопросы, ни его собственные ответы его нисколько не волновали. 
У Риордана внезапно мелькнула мысль, но он сдержал себя и продолжал. 
- Он утверждает, что вы его знаете. 
- А я утверждаю, что не знаю. 
В голосе бармена не было ни злобы, ни даже скуки. Он просто равнодушно отвечал, не пытаясь ни продлить разговор, ни закончить его. Допив, отставил чашку и устроился поудобнее. 
Риордан резко изменил характер вопросов. 
- Почему это у вас так пусто? 
В глазах бармена мелькнула усмешка. 
- У нас тут сутолока без четверти девять и в девять, когда перерыв у второй смены в доках. Мы ведь не семейный ресторан. А почему вы спрашиваете? Хотите купить заведение? 
- Значит, между восмью и половиной девятого вечерв у вас тоже было пусто? 
- Я бы не сказал, что здесь кишели толпы, - согласился бармен. 
- Тогда вы должны вспомнить этого Крокера. Он уверяет, что в это время вчера был здесь. Утверждает, что заказал сэндвич и чашку кофе и что ушел в половине девятого. 
- Ах, этот! Да, был он здесь примерно в это время. Взял сэндвич с карбонатом. И кофе. Но как его зовут, я не знаю. 
Возбуждение Риордана постепенно прошло, он глубоко вздохнул и спросил: 
- Как он выглядел? 
- Зачем он вам? 
- От этого что-то зависит? 
Бармен неторопливо обдумал этот вопрос и пришел к выводу, что лейтенант прав. Ему до всего этого нет дела, и надо быть идиотом, чтобы вмешиваться. 
- Нет, не зависит, - признал он, - просто любопытно. 
- Он замешан в дорожном происшествии, - равнодушно сказал Риордан. Дондеро, не слушая, лениво помешивал нетронутый кофе. 
- С ним что-то случилось? 
- Нет. 
- Ну, если это он, то был здесь пару раз. Высокий, сутулый, вашего возраста. Может быть, чуть старше. Как был одет, не помню. 
- Вы видели его машину? 
- Да. Она всегда стояла снаружи у тротуара, прямо напротив входа. Большая, черная и старая, как моя бабушка. 
Бармен критически осмотрел зубочистку, выбрал новую и опять засунул её между зубами. 
Риордан вздохнул, побарабанил по стойке и начал ломать голову над каким-нибудь умным вопросом, но ничего не придумал. Решил пойти наугад. 
- Странно, что вы не знаете, как его зовут. Он утверждает, что вы с ним приятели. 
- Приятели? - Бпрмен медленно покачал головой. - Для меня он был просто клиент, который приходит перекусить и выпить кофе. 
- Он говорит, что вы с ним любили поболтать. 
- Я бы не сказал. 
Риордан нахмурился. 
- Как это? 
- Я бы не взялся это утверждать. Говорил всегда только он. Иногда я его слушал, иногда нет. - На миг глаза его весело блеснули. - Но когда я его не слушал, ничего не терял. 
- Почему? О чем он говорил? 
- Мне трудно вспомнить. Обычно ни о чем. 
Дондеро кое-что пришло в голову. Не знал, насколько это поможет лейтенанту продвинуться вперед, но молчать не мог, поэтому кашлянул и вмешался в разговор. 
- Вы говорите, он всегда ставил машину прямо против выхода. Но ведь автомобиль у него был всего неделю. 
Бармен пожал плечами. 
- Раньше он сюда не ходил. 
Риордан немедленно вмешался. 
- Так он тут был до этого дважды, но только на предыдущей неделе? 
- Вот именно. 
Появилось ощущение какого-то открытия, ощущение осторожное, но безошибочное. Риордан не изменил тона. 
- Что ещё вы можете сказать об этом человеке? 
- Что, например? 
- Что угодно. 
Бармен на минуту задумался. 
- Ну, - сказал он наконец, - когда он появился здесь впервые, сразу спросил: - Где у вас часы? 
- Где у вас часы? - повторил Риордан и оглядел голые стены. - А где они? 
- Их нет. Когда-то были, но разбились, - объяснил бармен, - и хозяин отдал их в ремонт, по крайней мере он так сказал. Но кому они нужны? Как только кончается перерыв у второй смены, я сразу закрываю. Даже не мою посуду-сменщик это делает перед открытием. 
 
У Риордана появилось хорошо знакомое ощущение, что он напал на след. 
- Ну и что было дальше с этими часами? 
- Ничего. Он только спросил, где у вас часы, а я ему ответил, что их нет, а он сказал-"ага", и это все. - Бармен пожал плечами. - Не знаю, к чему все это, если у него на руке были свои часы. 
Риордан окончательно поверил, что след найден. 
- Теперь я спрошу вас о другом. Не интересовался он, есть ли у вас телевизор? 
Дондеро покачал головой, как будто усомнившись в его здравом рассудке, но бармен уважительно протянул: 
- Ну, сейчас видно полицейские здорово поумнели. Не могу себе представить, как вы об этом догадались, но попали в самую точку. Это было при его втором визите-думаю, в пятницу. Да, в субботу это быть не могло, в субботу в доках перерыв в другое время. 
- Продолжайте. 
- Короче, он спросил, есть ли у нас телевизор, а я ему:"-Посмотрите вокруг себя, разве не видите? В сейф я его не прячу, уверяю вас, потому что сейфа у нас тоже нет. - При воспоминании об этом в глазах его запрыгали веселые чертики. - Он тогда спросил, нет ли у нас хотя бы радио, а я ему, что радио только отвлекает от работы. Если хочет поразвлечься, ему надо на Бродвей. 
- А когда он ушел вчера? 
Вместо улыбки на лице бармена появилось недовольство. 
- Когда? - он ловко передвинул зубочистку в другой угол рта. - Он мне сказал, что должен бежать, потому что уже половина девятого. Заплатил и умчался. Я и думаю, раз половина девятого, нужно заварить свежий кофе для ночной смены, которая вот-вот будет здесь. Еще подумал, странно, как это я опоздал, никогда такого не было. . . 
- И что же? - спросил Риордан. 
- Я как сумасшедший лечу на кухню, сломя голову варю, разливаю-и потом сижу как дурак полчаса, пока не появились первые посетители из доков. Ну я их и спрашиваю-что это вы так поздно-а они меня ещё и засмеяли. 
Бармен презрительно фыркнул. 
- И он ещё спрашивает6есть ли у меня часы? Лучше бы починил свои. 
Риордан уже с трудом продолжал непринужденную беседу. 
- Так по-вашему, он ушел отсюда где-то в четверть девятого? 
- Пожалуй, так. 
Риордан встал с табурета и достал бумажник. 
- Всего двадцать центов, - сказал бармен, - за меня не надо. Было приятно поболтать. 
Риордан подал ему десятидолларовый банкнот. 
- Сдачу оставьте себе. И спасибо за информацию. - Он улыбнулся. Зайдите в другое заведение и закажите себе что-нибудь поприличнее. 
Бармен взял деньги, посмотрел на них, потом аккуратно сложил и осторожно засунул в кармашек для часов. Потом улыбнулся им на прощанье, но как-то неловко, как будто не привык улыбаться полицейским. 
- Тут не так плохо кормят, как вам кажется. Правда, заведение требует ремонта, но мне платят не за это; я получаю зарплату за то, что готовлю закуски. Не хвастаясь скажу, что у меня неплохо получается буженина и отлично-ковбойский бифштекс. 
Тут он перестал улыбаться и в упор взглянул на риордана, причем для усиления эффекта своих слов даже вынул изо рта зубочистку. 
- И для сведения: мне нечего скрывать от полиции. Да, я сидел за решеткой. Хозяин это знает, да и вы, наверно, догадались сразу как вошли. Но я чист. За мной ничего нет уже больше восьми лет. 
- Я вам верю, - сказал Риордан, - и тем более верю, что вы мастер по части ковбойских бифштексов. 
Он улыбнулся, кивнул бармену и вместе с Дондеро вышел на улицу. Лицо его светилось нескрываемой радостью. 
- Ты похож на кота, проглотившего канарейку, - недовольно заметил Дондеро. Похлопал по карманам в поисках сигарет, но вспомнил, что бросил, и покачал головой. Потом вернулся к сути дела.