Умереть в Сан-Франциско
Риордан ещё минуту подержал снимки в руке, потом сложил их и засунул обратно в конверт вместе с заполненным протоколом и отпечатанным рапортом. Конверт бросил на край письменного стола. Значит это был несчастный случай, с тяжелыми последствиями для красивой девушки и, разумеется, ещё более жестокими для молодого, интересного Роберта Кука с Гавайских островов, которому было для чего жить, хотя бы для этой молодой красивой девушки.
Риордан опять вздохнул и покачал головой, потому что в рапорте что-то было не так, и он никак не мог понять, что именно. Вначале решил, что перечитает ещё раз, но потом решил, что уличным движением сыт по горло.
В кабинет вошел Дондеро, осторожно неся в каждой руке по стаканчику кофе.
- Кофе очень черный и очень сладкий, - сообщил он и поставил один стаканчик перед Риорданом. Приятельски подмигнул. - Хотя после вчерашнего ты его не заслуживаешь.
- За вчерашнее приношу извинения, - сказал Риордан, даже не стараясь, чтобы это чувствовалось по тону. Что-то вертелось у него в голове, и он до сих пор не мог понять, что. Взял стаканчик, отхлебнул, поморщился и испытующе взглянул на Дондеро.
- Почему они не кладут в эту штуку хоть чуточку кофе?
- Боятся испортить кипяченую воду, - доброжелательно объяснил Дондеро и вернулся к событиям прошлого вечера.
- Не воспринимай этого так трагически, Джим, - доверительно сказал он. - Не беспокойся за Джейн. Она все простит.
Риордан нахмурился.
- В ней только половина неприятностей.
- А вторая половина?
Лейтенант швырнул конверт с рапортом Уилкинсона через стол в сторону Дондеро.
- Вот и вторая.
Дондеро отодвинул кофе, сел верхом на стул и вытащил из конверта все бумаги.
- Ну и что? Это дело дорожной полиции.
- Прочти.
Дондеро пожал плечами и занялся бумагами.
- Ну и что?
- Мне это не нравится.
- Почему?
- Не знаю. Просто не нравится.
- И не должно нравиться. Это не твой вопрос. Разве что не считать это несчастным случаем, - но оснований нет. . . Я десять лет проработал у транспортников. Уилкинс бы не ошибся. Он в своем деле бог, и ты, Джим, это знаешь.
- Да.
- Не знаю, мне это дело кажется ясным, как божий день.
- Даже слишком ясным, тебе не кажется? Вот почему оно мне и не нравится. Понимаешь, автомобиль ведь тоже оружие, смертоносное оружие, разрешенное законом, и я часто спрашиваю себя, сколько людей, погибших под колесами, на самом деле были хладнокровно убиты. Только это никогда не докажешь.
- Не сходи с ума, Джим. . . Мне кажется. . .
- Мне кажется, что тебе не нравится все, что произошло вчера вечером. На ковер к капитану Тауэру уже сходил?
- Я говорил с ним ночью.
- Ну и?. .
Риордан пожал плечами.
- Приказал мне выбросить это из головы.
- Ну так выполняй, - сказал Дондеро, направляясь к двериям. Но все же обернулся и добавил:
- И я тебе прощаю, что не поблагодарил меня за кофе. Хотя мне было очень обидно.
Подмигнув лейтенанту, он ушел.
Риордан нетерпеливо постучал пальцами по столу. В чем же все-таки дело? Не в рапорте, потому что и до того не был уверен, что произошел несчастный случай. И чтение рапорта уверенности ему не прибавило. Почему? Долго задумчиво смотрел на календарь, потом решился. Набрал номер и нетерпеливо ждал ответа.
- Приемная коронера.
- Лейтенант Риордан из отдела по расследованию убийств. С кем я говорю?
- У телефона доктор Стивенс. Что вам угодно?
Риордан на миг запнулся, но потом перешел прямо к делу.
- В номере Д-4 у вас труп некоего Роберта Кука, жертвы наезда. Вы с ним уже закончили?
- Утром мы прямо с него и начали.
- Как он выглядит?
В голосе доктора Стивенса послышалось удивление.
- Как человек, попавший под машину. Что вы имеете ввиду?
Риордан покачал головой, как будто врач на другом конце линии мог его видеть.
- Не знаю. Ничего. Вам ничто не показалось странным?
- Нет. Мы беседовали и с персоналом гаража. Машину они ещё не смотрели, но сообщили то, что нам требуется. Думаете, что-то есть подозрительное? Что до меня, готов побиться об заклад, что он погиб под "бьюиком". Бампер ударил его на уровне колен и отбросил в сторону. При этом раздробил бедренную кость и сломал позвоночник. Таких случаев я видел сотни.
Риордан задумался. - Но туфли остались у него на ногах.
- Поверьте, лейтенант, обувь не всегда слетает при наездах.
- Еще одно, доктор. Вы будете делать вскрытие?
На другом конце линии все стихло. Когда врач заговорил снова, голос его звучал намного холоднее.
- Нет, не будем. У нас и так хватает работы, чтобы её ещё придумывать. Если настаиваете на вскрытии, решайте вопрос официальным путем. Еще что-нибудь?
- Пока нет, - ответил Риордан. - Большое спасибо.
Повесил трубку и опять забарабанил пальцами по столу. Капитан Тауэр никогда не поддержит требование вскрытия, а если и поддержит, что это дает? По рассказу Пенни Уилкинсон Кук не был пьян или накурившись, а если бы и был, это только лишнее доказательство несчастного случая по неосторожности жертвы.
С другой стороны, профессиональный моряк с океанского корабля должен быть ловок и осторожен, если хочет выжить. А это не соответствовало его неосторожному шагу с тротуару. Хотя и на палубе он когда-то допустил промах, раз заработал тот шрам на лице.
"-Ну почему же что-то вертится у меня в голове?"-спросил сам себя Риордан, потянулся к телефону и позвонил ещё раз.
- Алло?
- Гараж. У телефона Моррисон.
- Лейтенант Риордан. Скажите, ребята из технического отдела уже осмотрели старый"бьюик", поступивший вчера вечером?
- Как раз начинают. Результат будет к обеду, до суда успеют, не беспокойтесь.
- Видите, а я беспокоюсь. Скажите им, чтобы не начинали.
Моррисон удивился.
- Вы хотите сказать, что осмотра не будет?
- Будет, будет, но не сегодня. Пусть осмотрят машину завтра. Ясно?
- Сделать-то сделаем, - сказал Моррисон, - сейчас передам. Но. . .
- Это все, - сухо сказал Риордан. - Завтра. И никаких"но".
Набрал ещё один номер. Рад был, что нужно решить множество вопросов, которые занимают его настолько, что может не думать о своих сомнениях.
- Алло?
- Приемная окружного прокурора.
- Меркель? Это Риордан. Сегодня после обеда в городском суде будет слушаться дело о наезде со смертельным исходом. Вчера вечером. Погибший Роберт Кук лежит в морге. Водитель-некий Ральф Крокер. . .
- Я знаю, - перебил его Меркель. - И думаю, что дело ясное. Передо мной отчет сержанта Уилкинса, он мне кажется подробным и убедительным. Мы не можем потребовать от суда ничего, даже лишения прав на один месяц. По крайней мере не на основании такого рапорта.
- Тогда у меня вот какая проблема. Нужно подождать, пока техники закончат осмотр его машины, и только потом отпустить этого парня, и ни в коем случае не отдавать ему пока автомобиль. А наши техники за сегодняшнее утро не успеют. Поэтому я хочу попросить вас отложить слушание дела. Всего на два-три дня, скажем, до пятницы. То есть до послезавтра. Что скажете? Уговорим мы суд?
- Джим, - подозрительно начал Меркель, - что вы знаете такого, чего не знаю я? Что-то отсутствующее в протоколе? Кроме опознания личности, разумется.
- Абсолютно ничего, - честно сознался Риордан. - К несчастью это правда. Ничего, кроме желания задержать автомобиль на пару дней, пока все не будет готово. Черт побери, - раздраженно продолжал он, - парень все равно выйдет на свободу, так пусть на пару дней возьмет машину напрокат и будет счастлив, что легко отделался.
- Его адвокат не согласится с переносом. Имеет право ознакомиться с рапортом Уилкинса.
- Но что он сможет сделать, если не будет результатов осмотра машины? По объективным причинам?
- Либо примет к сведению, либо обратится к газетам.