Обожравшийся каннибал

-- А что у вас есть на Муна? -- спросил Джон. 
-- Мун -- это уникальный случай, -- ответил управляющий. -- Все его грехи вот уже четверть века -- всеобщее достояние. Он превратил их в свой актив. Мун знает технику скрытого шантажа как я, а может, даже и лучше. Если у него есть что-то против вас, Джон, я настоятельно советую вам бежать. -И, немного поколебавшись, добавил: -- Я много знаю о вас, Джон, но мне хотелось бы знать и остальное. Однако, полагаю, лейтенант Харди взял с вас слово не говорить лишнего? -- Вкрадчиво улыбнувшись, Шамбрэн вышел из офиса, закрыв за собою дверь. 
-- Удивительный человек! -- сказала Элисон. 
Глава 2 
Через пять минут в офисе Элисон появился лейтенант Харди. Это Джон, еще когда они проходили через вестибюль, попросил Джерри Додда пригласить его. 
Харди сам наблюдал за происходящим в гриль-баре, поэтому не желал слышать ничего из того, что говорил ему Джон. 
-- Что вы видели, кроме того, что происходило на сцене? 
-- Ничего. А что я должен был видеть? 
-- Проклятье, Уиллс! Вы должны были искать того, кто заплатил вам десять грандов за то, чтобы вы убили человека. Десять шансов против одного, что он был там и смотрел представление, устроенное Муном. Так что же вы видели? 
Джон медленно покачал головой: 
-- Боюсь, что, как и все в этом гриль-баре, я был полностью увлечен Муном и его компанией. Почти сразу мне стало ясно, что он узнал меня и что-то сказал про меня Сторму. 
-- Я это видел, -- подтвердил Харди. -- А вы чего ожидали? Что он преследовал вас двенадцать лет и не знает, как вы выглядите? Я все это видел и вас тоже, и если бы я был тем, кто заплатил вам деньги, чтобы вы убили Муна, то почувствовал бы себя отлично. У вас на лице написано, как вы его ненавидите! Вот теперь этот самый "мистер Икс" уверен, что его деньги вложены не напрасно. Но мы же хотели, чтобы вы и мисс Барнуэлл выследили этого человека. А вы оба так ничего и не заметили? 
-- Признаться, меня так захватило то, что там происходило, что даже как-то забылось, для чего я там, -- объяснил Джон. 
Харди кисло улыбнулся: 
-- А мисс Барнуэлл отстаивала перед публикой свое доброе имя. И тоже наверняка ничего не видела. 
-- Спасибо и на том, что я наконец поняла свои задачи, -- сказала Элисон. 
-- А вот я за последние двадцать четыре часа кое-что узнал об этом отеле, -- заметил Харди, потирая подбородок тыльной стороной ладони. -- Тут все одинаковые. Ну, конечно, среди них есть толстые и тонкие, высокие и низенькие, темные и светлые, но все похожи друг на друга. Непроницаемые лица! Высокомерные! Что-то скрывающие. И у всех этих бесстрастных людей одна слабость -- все они жадны до слухов, до грязи как никто другой. Я тоже так и не увидел лица, которое искал, того, кто следил бы за вами, Уиллс. Поэтому надеялся, что, может быть, вы видели его. Иногда, когда за вами следят, это можно ощутить просто кожей. 
-- Мне очень жаль, -- проговорил Джон. -- Но есть еще две вещи, о которых я хотел бы вам сообщить, почему и посылал за вами. И первая из них такая: Шамбрэн знает, кто я на самом деле, и знает, что я связан с вами. 
-- Мне показалось, что он смеется надо мной, когда я проходил мимо него в вестибюле, -- сообщил Харди. -- Он все знает? Про деньги... про письмо... и про то, что мы делаем? 
-- Мы ему ничего не говорили, -- пояснил Джон. -- Он нам сам все сказал. Шамбрэн узнал меня тут же, как только я пришел к нему. И знает, что вы приходили сюда поговорить с нами. Может, знает и больше. У него свои способы узнавать обо всем. 
-- Скажу вам, новости в этом отеле проскакивают как сквозь решето. Ну хорошо, пусть он разузнает все сам. То, что мы делаем, должно остаться между нами и комиссаром полиции. Ну а какая вторая вещь? 
Джон достал смятый комочек бумаги, который бросила ему на колени в гриль-баре Марго Стюарт, и передал его Харди. 
-- Во всей этой суматохе я забыл сказать вам, что столкнулся с этой девушкой в баре "Трапеция" вчера вечером. -- И Джон коротко рассказал лейтенанту и Элисон о том, как познакомился с Марго Стюарт. 
 
-- Секретарша Муна, -- произнес Харди. -- Как вы все это понимаете? Чего она от вас хочет? 
-- По-моему, она тоже знает, кто я такой, -- ответил Джон. -- И совершенно ясно, что Стюарт не любит Муна. Мне нужно встретиться с ней. 
-- Конечно, нужно встретиться, -- согласился Харди. -- Вы здесь для того и нужны. Беседуйте с каждым, кто захочет с вами поговорить. Это наш маленький шанс найти ниточку к тому человеку, который нам нужен. Только в следующий раз смотрите и слушайте, не будьте глухим к тому, что происходит вокруг. -- Лейтенант покачал головой. -- А знаете что? В гриль-баре я видел только одного человека, лицо которого совершенно не выдавало его чувств. Мун позволяет своему лицу меняться как угодно, он то кривится, то начинает кричать. Сторм выглядел как голодный пес, который ждет, что со стола вот-вот упадет кусочек грязи, который он тут же вставит в свою газетную колонку. Мисс Барнуэлл казалась рассерженной и озабоченной. Вы, Уиллс, горели ненавистью к Муну. Официанты и мистер Кардоза занимались своим делом и только перебрасывались словами. Посетители таращили глаза. И только один человек ничем не выдавал того, что чувствует. 
-- Мистер Шамбрэн, -- тихо произнесла Элисон. 
-- Совершенно верно, мисс Барнуэлл. Он подошел к столу, чтобы защитить вас и этого менеджера по банкетам. И всем он открыто показал, как ненавидит Муна со всеми его потрохами. За два года, что Мун тут живет, Шамбрэн, наверное, многое разузнал о нем. 
-- Вы считаете, что Шамбрэн может быть... -- начал было спрашивать Джон. 
-- Я только говорю, что он -- единственный человек, которого нельзя прочитать как книгу, -- пояснил Харди и поднялся. -- Повидайтесь, Уиллс, с этой Стюарт и потом расскажете мне. И перестаньте зевать. Смотрите лучше вокруг себя. Тот парень недоволен, что вы ничего не делаете, и должен попытаться как-то вас подтолкнуть. 
Но установить контакт с Марго Стюарт оказалось не так-то просто. Жила она в отеле, как сказала Джону Элисон, потому что Мун был ночной совой. Если ему хотелось диктовать что-то посреди ночи, то он желал иметь секретаря под рукой. И ходили слухи, что его потребности не всегда были чисто литературными.