Планы на осень (СИ)

— Мы — мировые сантехники? — Повторил я за ним безо всякого на то желания.
— Ну что вы! Районные. Максимум — городского значения.
— А как же Воронеж?
— Один спецназ повздорил с другим, — пожал тот плечами.
— Там же демон был… — не понимал я.
Не понимал и не верил. А как же Ковен и наша полусумасшедшая профессура?
— Демон был, разумеется. А как вы представляете конфликт двух структур с доступом к потустороннему? Им друг в друга стрелять? — Хмыкнул Поверенный. — Демона вызвали на чужой территории, хозяева не смогли справиться и потеряли город. Правитель стукнул кулаком по столу и приказал поставить под контроль. Пришлось открывать эти ваши университеты, чтобы у прорывов хотя бы свидетели были. Решение политическое, но не бесполезное — даже структуры признают. Они, в ваших масштабах, как промышленные трактора — и весьма неуклюжи, когда требуется труд дворников. На низовом уровне нужны исполнители, а на этот ваш Ковен и некоторые его эксперименты можно, до определенной степени, закрывать глаза.
— Правитель — президент?
— Михаил, давайте и дальше без имен, — поморщился он. — Я вам даю общую картину, весьма ценную, отмечу, для вашего личного выживания. А вы еще ни разу не сказали спасибо.
— Как вы подружились с мамой? Как умер отец? Что я должен вспомнить? Вот потом — «спасибо».
Незнакомец вежливо улыбнулся, всем видом показывая, что скажет ровно столько, сколько захочет.
— Как я говорил, ваша мама умерла родами. Отца вашего безутешным было не назвать — у него детей и без вас десяток. Личность очень занятая, он и на родах-то не присутствовал, да и после не сразу появился. Его поздравили и расстроили, он отдал распоряжение заняться вашим воспитанием — вот, пожалуй, все. Потом, в один день, вы применили семейный талант и прыгнули.
— Какой популярный талант, — съязвил я.
— «Прыжок» — это то, как я сюда попал. Только вашей семье пентаграмма не нужна. — С явным интересом наблюдал гость за мной.
— Так это что ж… Я избранный? Где вы прячете сову⁈
— Какую еще, к демонам, сову… — Не сдержал тот раздражения. — Впрочем… Нет, вы не избранный. И нет, вам не повезло. Вообще всем в этот день не повезло, потому что малыш при семи няньках взял и прыгнул в Бездну. Да, именно туда. Хоть одна нормальная реакция! — Проворчал он, озвучивая то, как у меня от удивления округлились глаза. — Понятно, что никто не знал, куда вы прыгнули — но малыш вернулся почти сразу, с обгоревшей одеждой, оплавившимися ботиночками, опаленными волосами…
— Это могла быть котельная. — Быстро вставил я слово. — Печь, костер…
— … и мелким бесом, дико верещавшим, потому что его схватили за хвост. — С удовлетворением завершил он.
— Вот тут — полное вранье. Чтобы я, да живое существо за хвост…
— Вы были маленьким, — скалился гость улыбкой. — Вам было простительно. Словом, крик был до небес.
— Ну, хоть глаз при таких няньках уцелел… — Нервно хохотнул я.
— Да вот не факт. — Веско отметил он.
— Что вы имеете ввиду?
— Проблема в том, что никто не может сказать достоверно, вы ли «прыгнули» из Бездны обратно.
— Чего? — Протянул я потерянно.
— Высшие демоны — хитроумны и коварны. — Наставительно покачал он указательным пальцем. — Они вполне могли подкинуть в семью одного из своих, терпеливо ожидая, когда тот вырастет, захватит власть и утопит структуру вашего отца в крови.
— Если вас интересует мое личное мнение, то я не планирую ничего такого ни на осень, ни далее. — Категорично заявил я.
— А это невозможно проверить, чего вы хотите на самом деле. — Пожал он плечами. — Демоническая сущность не исправляется никаким воспитанием. Более того, высшие демоны могут спрятать личину так, что ни один ритуал не покажет подмены.
— И меня отправили к деду с бабкой? В Челябинск? Какая, конечно, у меня семья богатая — жить впроголодь с алкашами…
— Вас не отправили. Вас официально похоронили. Слишком тяжелые могли быть последствия, если вас признать членом семьи. Огромные риски. — Отметил он. — Но убивать вас тоже не стали — вдруг шутка демонов как раз и состояла в том, чтобы заставить отца убить сына?..
 
— То есть, дед и бабка — не мои? — Сделал я вывод.
И даже от сердца отлегло. Эта череда ненависти и конфликтов на пустом месте — главная причина, по которой я без раздумий согласился на переезд в столицу.
— Не ваши. Им предложили ежемесячную стипендию за ваше усыновление. Они согласились.
— Меня из-за них девушка бросила. — Хмыкнул я. — Говорит, я так же сопьюсь, как дед.
— У тебя все еще есть все шансы, — обаятельно улыбнулись мне.
— Пожалуй, откажусь, — поежился я. — Так что в крови-то моей?
— Да как у всех в твоей семье. Очень много целебных компонентов. Агрессивно-целебных.
— А те, в медцентре — адепты народной медицины, значит? С топорами и холодильником?
— Мы с этим боремся. — Неопределённо качнул он головой. — Хоть и достается им только восьмушка наследованной крови в лучшем случае, да и то от случайных людей…
— То есть, их выдаивать досуха можно? — Вопросительно поднял я брови.
— Никого нельзя, — поморщился Поверенный. — Наказание будет суровым. И не только для них, но и для потребителей товара. Следи за телевизором — возможно, кто-то из богемы пропадет.
— Вот уж что не смотрю…
Но чуть легче стало. Нельзя это все так оставлять.
Придется проследить за новостями. Я жесток, справедлив, мстителен — но достаточно ленив, и готов поручить месть кому-нибудь еще, если ее размер меня устроит.
— Надеюсь, нашей беседы было достаточно, чтобы ты начал принимать верные решения, — казалось, подытожил гость, поднимаясь со стула.
— А вот насчет этих прыжков… Если я умею и могу, то…
— … то представь, что узнал сейчас о великолепном мастерстве фигурного катания, которое в тебе есть от рождения. — Вновь обаятельно улыбнулся гость. — А в твоем городе даже коньки не продают.
— Кажется, я понимаю ваш намек.
— Это не намек. Просто смирись и забудь.
Я оголил левую руку и посмотрел на шрам:
— А это?
— Знаешь, что гусям подрезают крылья, чтобы не улетали осенью на юг?
Забавно как. Я думал — уродливое, но преимущество. Значит, и коньки бы не помогли инвалиду…
— Какие оптимистичные у вас примеры. — Грустно смотрел я на пульсирующую рану.
— Какие есть. Я старался быть с тобой честным.
— Ну… Рад, что хоть кто-то в моей семейке считает меня человеком, а не демоном. — Я криво улыбнулся.
— Разве я это сказал? Наоборот.
Внутри отчего-то похолодело.
— Если ты помрешь, демона уже ничего не сдержит, — внимательно смотрел он на меня. — Береги себя.
— В таком случае, только если ради вас. — Поднявшись и прикрывая наготу, я шутовски раскланялся.
— Не для меня. В память о матери. Всякая грязь, сотворенная тобой, ляжет на ее честное имя. В моих интересах этого не допустить. — Отставил от стул к стене. — Будем прощаться. — Констатировал он.
— Стойте!.. — Вспомнив, резко окликнул я незнакомца.
— Да?
— Ответьте хотя бы, я Валентинович?
— Нет.
— То есть, я всю жизнь врал людям… — Покачал я головой.
И мне врали. Но это привычная ерунда.
— Удачи. — От последнего его слова отчего-то повеяло теплом и соленым запахом моря.
— Привет Мальдивам! — Крикнул я напоследок, однако поверенный уже исчез.
Как в воздухе истаял — только ароматы и напоминают, что все это правда, а не содержимое вчерашнего шприца.
— Дела… — Сел я на кровати. — «Родила царица в ночь, не то сына, не то дичь…»
Ну, хоть не в корзинке по реке отправили…
Лег, снова сел. Снова лег. Успокоился.
Ну их в пень, эти сложные родственные связи. Без наследства — вообще без разницы.
Надо будет попросить, чтобы меня оставили в больнице на пару дней. Тут и кровать теплая, еще и кормить будут. Круто.
Я завозился на кровати. Не было у меня ничего. И нет сейчас. И не дадут — кроме того, что смогу взять сам. Так что я ерзаю-то?..