Сладкое разоблачение (ЛП)
- Везучие девушки.
Она передала ему дымящуюся кружку.
- Не девушки, мои сослуживцы.
Он сделал большой глоток. Боже, как вкусно. Почти также потрясающе, как она сама.
- Ты служил в армии?
Брайан кивнул и глотнул еще, надеясь, что от кофеина мозги заработают, и он перестанет думать членом.
- Семь лет в «Дельта форс».
- Круто. - Она оперлась локтем о колено и положила маленький подбородок на ладонь. - Это там ты получил шрам на спине?
Стоило только вспомнить ранение, как Брайан почувствовал фантомную боль.
- Да.
Грейс поджала губы, ожидая продолжения, но когда того не последовало, спросила:
- И как же у тебя хватало времени кататься на лыжах?
Брайан замер, не донеся чашку до рта. Черт, он же представился профессиональным лыжником. Голова пошла кругом.
- Наверное врожденный талант. - Он посмотрел на напиток, отчаянно желая сменить тему. - Ты добавила в кофе «Бейлис». Где взяла?
- В самолете, когда летела сюда. Бросила бутылочку в сумку. Хоть я и не жалую алкоголь, мне нравится ирландский ликер.
- Ты же не пытаешься меня напоить?
- Ну… - Почувствовав робость Грейс, он поднял голову, и заметил застенчивость на ее лице. - Зависит от того, насколько ты агрессивен в пьяном виде.
Брайн прищурился и опустил чашку. Он хотел пошутить, но понял: она что-то задумала, просто пока не ясно, что именно. С первой встречи Грейс сбивала его с толку.
- А что такое?
Она села на пятки и положила руки на бедра. Черная рубашка распахнулась, привлекая внимание к соблазнительным холмикам груди.
- Ладно, я хочу кое в чем признаться, только не злись.
У Брайана сжался желудок. О черт. Неужто Райдер чего-то не договорил, сволочь такая?
- Если ты сейчас скажешь, что замужем…
- Нет. - Грейс с облегчением рассмеялась. - Нет, я не замужем, ничего подобного.
Он чуть расслабился. Затем вспомнил о ее брате и своем шефе и напрягся, надеясь, что Грейс не общалась с Райдером с утра пораньше.
- Если дело не в этом, то…
- Я не пишу аннотации. Вообще-то почти не читаю из-за нехватки времени. Я… - Она очаровательно сморщила носик. - Я сочиняю песни.
- Ты сочиняешь песни, - медленно повторил Брайан.
Она сама раскололась. В глубине души он этому обрадовался, потому что Грейс ему правда нравилась, однако понимал, что все равно придется с ней расстаться.
Она кивнула и глубоко вздохнула.
- Знаю, не следовало лгать тебе вчера, но я не со зла. У нас предполагалась интрижка на одну ночь, ведь я живу в Теннесси, а ты - здесь, и мы больше никогда не встретимся. Но потом я не могла уснуть и вышла в гостиную. Смотрела на снег, думая о тебе, и тут на меня накатили все эти ноты из ниоткуда. Такого со мной еще не случалось. То есть… - Она развела руками. - Бум, как обухом по голове. Я неделями не могла ничего написать из-за домашних неурядиц, но прошлой ночью будто кто-то повернул вентиль. Всю ночь я проработала как проклятая, а когда закончила, мне от радости захотелось тебе похвастаться. И тут до меня дошло, что из-за той дурацкой лжи я не могу. Холли посоветовала просто избавиться от тебя и отпраздновать творческий успех - точнее сперва снова поиметь тебя, а потом вышвырнуть, - но я не такая. И как бы мне не хотелось снова заняться любовью прямо сейчас, больше всего жажду поблагодарить тебя за вдохновение. Даже не знаю, как бы иначе выкручивалась.
Грейс с надеждой посмотрела на Брайана. Он молчал, пытаясь переварить ее откровения. Она намекнула на какие-то неурядицы в прошлом, и Брайан чувствовал, что нужно за это уцепиться. Выяснить, существовала ли какая-то угроза, которую он упустил, потому что воспылал страстью к объекту с тех пор, как она закадрила его в баре, но шум в голове мешал сосредоточиться на работе. Брайана вдруг больше взволновали другие важные нюансы, почерпнутые из ее путаных объяснений, которые касались его самого.
- Я вдохновил тебя? И как?
Черные глаза Грейс заблестели, словно у ребенка в кондитерской.
- Ты подарил мне слова к двум последним заказанным песням. Понимаешь, по контракту с «Ройялти Рекордс» я должна была придумать двенадцать новых композиций, которые компания предложит своим самым известным исполнителям. Для любого автора это колоссальный прорыв. Над последними песнями я билась вплоть до сегодняшнего дня.
Брайан покраснел и, не удержавшись, попросил:
- Можно послушать?
Грейс закусила губу, с очаровательной нервозностью осмотрелась и сжала кулачки.
- Хорошо, только не имей в виду, что это черновик. - Она снова посмотрела на Брайана, и от радости в ее глазах у него внутри все потеплело. - Я их еще не отшлифовала. Да и нужных инструментов нет, так что прозвучит не так, как задумано.
- Ладно.
Она соскочила с кровати и бросилась в соседнюю комнату, а Брайан устроился на подушках и понял, что у него вспотели ладони.
Грейс вернулась с гитарой и присела на краешек кровати.
- Я никогда никому не показываю черновую работу, так что если тебе не понравится… ничего не говори. - Она наиграла первые ноты. - Мне хочется, чтобы все началось с тихого вступления на пианино, которое постепенно перейдет в крещендо. Затем подтянутся струнные.
Грейс снова заиграла, и Брайана наполнило предвкушение. Тихие звуки словно ласкали кожу. Все остальное исчезло после первых же аккордов. Брайан расслабился, чувствуя страсть, которую Грейс вложила в собственное произведение.
К его удивлению она оказалась талантливой гитаристкой. А уж когда запела…
Ее голос… Святой боже… Хрипловатый, соблазнительный, раскрепощенный. Такой Грейс не была даже с ним. В песне говорилось о том, что надо пробовать новое, меняться и развиваться, и тогда обретешь то, чего даже не ждал. Слова трогали искренностью и таили в себе столько значений, что ему в жизни все не понять.
К тому времени, как она сыграла последнюю ноту, и ее сексуальный голос затих, Брайан весь дрожал.
- Ну как? Тебе не понравилось?
Брайан медленно трясущимися руками поставил чашку на тумбочку.
- Ты написала песню обо мне?
- Нет. - Грейс покраснела, опустила гитару на пол и стала теребить гриф. - Ну… вроде как. Не совсем о тебе, а скорее… о тех чувствах, что ты во мне вызвал.
Из-за своей профессии он часто нервировал окружающих, но не помнил, когда в последний раз женщина переживала просто из-за того, что к нему испытывает. Брайан вообще был уверен, что его общение с противоположным полом сводилось лишь к физическому аспекту.
- Иди сюда, - прошептал он.
Грейс поставила инструмент у стены, а потом осторожно взяла Брайана за руку.
- Ее еще надо обработать, я хочу добавить акустическую гитару, довести мелодию до крещендо во второй половине, а потом…
Брайан притянул ее к себе на колени. Грейс потеряла равновесие и изумленно вздохнула, когда он обнял ее, чтобы поддержать, и прижал ее ладонь к своей голой груди.
Кожа словно сжалась размера на три, тело пылало, а ее прикосновение… Боже, лучше не бывает. Все мысли о том, чтобы встать с постели и уйти от нее без объяснений растаяли, прямо как звуки песни.
- Я никогда еще никого не вдохновлял, не говоря уже о чем-то настолько прекрасном. Ты просто потрясающая.
Грейс широко улыбнулась.
- То есть ты не злишься, что я тебе солгала?
- Не злюсь. Как бы я мог злиться после такого?
- О, отлично. Значит, я надеюсь, ты не рассердишься и на это. - Она посмотрела на руки с нервным настороженным выражением. Именно такое будоражило его кровь и снова превращало в пятнадцатилетнего подростка. - Меня зовут не Самара.
Брайан повеселел.
- Знаю.
Она удивленно посмотрела ему в глаза.
- Правда?
- Ты не похожа на крылатку кленового дерева.
Грейс снова ослепительно улыбнулась.
- Нет?
Брайан покачал головой.
- Меня зовут Грейс. Грейс Райдер.
- А я - Брайан Уолкер.
«Оперативник «Службы безопасности “Эгида”», присланный сюда твоим братом следить за тобой, хоть ты утверждала, мол, охрана отравляет тебе жизнь. И когда ты узнаешь, что все это время я следил за тобой и лгал о том, кто я такой, уверен, ты не захочешь иметь со мной дела. И мне от этого будет тяжелее, чем от потери работы».