Хякки Яко (СИ)
— Мне не нравиться к чему ты ведёшь.
— Мне тоже, но факт остаётся фактом — твой друг унаследовал Чакру и Волю моего сына. Асура и Индра специально запечатали часть своей силы и убеждений глубоко в собственную кровь и щедро поделились ей с потомками, в надежде что хотя бы малая часть из них сможет пробудить скрытое наследие, а в месте с ним и проникнуться идеями, что в нём заточены.
— В каком смысле… идеями? Я могу принять тот факт, что можно запечатать чакру, пусть даже в собственном геноме. Лично я бы за такое не взялся, но предположим. Опять же, я готов согласиться, что пробудив исходник, чакра-система носителя будет стремиться подстроиться под более качественный аналог, особенно если он встроен в само тело и не отторгается им как нечто инородное, по итогу значительно ускоряя темп развития носителя, но… запечатать идею? Как это вообще возможно?
— Идею конечно не запечатать. Признаю, формулировка не совсем точная, но весьма ёмкая. Видишь ли, конечно никакого послания или записки там нет. Весь секрет кроется в Инь составляющей запечатанной чакры. Тебе ведь известно что с её помощью можно воспроизвести часть воспоминаний и даже личности шиноби.
— Да, на этом строится принцип работы всех техник клонирования.
— Верно, довольно грубое исполнение, но смысл тот же. Как только находится подходящий кандидат, их чакра пробуждается и начинает действовать. Но она не просто меняет тело носителя. Этот осколок интегрируется в чакра-ядро и постепенно преобразует родную чакру по своему аналогу. Это действительно многократно усиливает потенциал носителя, при том по всем пунктам. Более того, несчастный начинают быстрее учиться, проявляет таланты в том, чего никогда не делали и даже «изобретает» техники и приёмы, которые простым людям и не снились. Всё это, как ты можешь догадаться, последствие влияния Инь на разум. Метод тот же что и у разработанных вами Теневых Клонов, только Инь не своя, а чужая, как и воспоминания. Но вся соль проблемы кроется в том, что помимо знаний и опыта в ней сокрыты и зерно философии и мировоззрение моих сыновей. Которые так же оказывают огромное влияние на пробудившего их, постепенно изменяя его разум, подменяя цели и мечты теми, что были близки Асуре и Индре, пока в конечном итоге не появиться тот, кто будет желать и верить в то же, во что и они сами. Таким образом мои дети обеспечили бессмертие, но не себе, а своим идеалам. Заодно раз и навсегда позаботившись о том, чтобы развязанный ими конфликт не затих и в конечном итоге разрешился победой одной из сторон.
Я молча осознавал услышанное. В рассказанное Хагоромо было сложно поверить. описанные ими манипуляции с чакрой были за гранью доступного мне или кому бы то ни было из тех, кого я знал, но… меж тем сама концепция подобного была вполне вероятна. Если брать отдельные части отдельных техник, то спаяв их вместе можно воспроизвести нечто подобное, а факт того что лично я этого не могу… Ну так я и далеко не гений. К тому же, это объясняет и причину по которой конфликт между Сенджу и Учиха не затих на протяжении семи сотен лет. Ведь если Мадара и Хаширама лишь одни из многих, а до них были другие воплощения Братьев… трудно потушить пожар, когда в него планомерно подливают масло, да и просто немыслимой силе и какой-то заоблачной гениальности детишек тогда находится объяснение, но всё же:
— Уж прости за прямоту, но твои сыновья были ещё теми мудаками.
— Это не их вина, ответственность целиком и полностью лежит на мне.
Перед глазами промелькнула сцена давно минувших дней.
— Понимаю. Но ты не ответил на главный мой вопрос. Как спасти моего друга от подарочка твоего сына?
— Единственно возможным образом — запечатав его чакру.
Я в голос выругался.
— А ещё варианты? Ты же сказал что причина в частице силы Асуры, так извлеки её и дело с концом.
— Это не в моей власти, чакра Асуры уже слилась с энергетическим телом твоего друга, разделить их мне не под силу. Однако я могу их запечатать, при этом оставив ему возможность взаимодействовать с Природной Энергией. При должном старании, лет за тридцать, он сможет развить своё тело и чакра-систему достаточно, дабы выдержать своё Наследие без каких бы то ни было проблем.
— Тридцать лет⁈ По нашим прогнозам было всего семь, четыре из которых уже прошло!
— Просто вы недооценили масштаб проблемы, но это не ваша вина. Вы исходили из того, что личная сила Хаширамы Сенджу подавляет его же тело, и программу рассчитали по таким же мерилам.
— Допустим, но тридцать лет⁈ Что за монстрами были твои детишки?
Хагоромо вновь печально улыбнулся.
— Они были талантливыми и одарёнными. Оба. Чтобы не говорила молва. Их ждало прекрасное будущее… если бы не я и мои демоны.
Как-либо комментировать это я не стал, всё же утешать людей это не моё, а потому молчание лучшее что я в принципе мог сейчас сделать, да и к тому же, мне было о чём подумать.
Наконец, спустя десяток минут тишины, я произнёс:
— Хорошо, я согласен на твоë предложение. Что для этого потребуется?
— Только согласие твоего друга. Всё же, как я уже говорил — личную свободу и право выбора я ценю превыше всего.
— Будет тебе согласие, — буркнул я, заранее предвосхищая неприятности, но тут же спросил, — А что с Инь? Ты можешь избавить его от влияния твоего сына?
— Боюсь что уже поздно. Да и тебе стоит понять, что пусть идеи и мировоззрение Асуры и оказали сильное влияние на твоего друга, но всё же и он в не меньшей степени повлиял на них. Ведь воспитание, восприятие и окружение Хаширамы и Асуры были очень далеки друг от друга, потому можно с уверенностью сказать, что от философии моего сына осталось зерно, поверх которого сам Хаширама нарастил уже своё видение мира.
— Всё равно твои дети те ещё ублюдки, уж прости за это. Нельзя так поступать с родичами. Если уж захотелось разобраться, так решили бы всё между собой, но втягивать в конфликт потомков… детей, промывать им мозги и ради чего?
— Ради того что бы доказать собственную правоту там, где нечего доказывать, — закончил за меня Мудрец, — Я рад что ты это понимаешь, впрочем как раз этому едва ли стоит удивляться.
— Как мне связаться с тобой когда потребуется?
— Просто перед тем как начать медитировать проговори про себя — Хочу увидиться с Хагоромо. Этого хватит. Всё же здесь я вижу и слышу многое, пусть и не всё, и не везде.
При слове медитация моё лицо перекосилось. Кагуя не медитировали — ибо гонять капли собственной чакры для того что бы отработать контроль или из раза в раз создавать одну и ту же технику это ни разу не медитация, а тяжкий труд.
По-видимому что-то поняв по выражению моего лица Хагоромо добавил:
— Не обязательно в этот момент именно что медитировать. Просто спокойно лежать с закрытыми глазами или даже спать тоже вполне подойдёт.
— Добро, в таком случае мне пора. Чем раньше начну тем быстрее всё это закончится.
— Ты очень хороший друг, — неожиданно проговорил Хагоромо.
— За то на редкость поганый человек, — по привычке огрызнулся я, но тут же осёкся встретившись с ним взглядом, чей невысказанный посыл проморозил меня на сквозь.
— Ты обещал.
— Да, прости, просто здесь мысли куда материальнее чем ты привык, вот одна из моих тебя и достала.
— Тяжёлые у тебя мысли.
— Уж какие есть, — с улыбкой парировал этот старик, пока я вновь спешно отбрасывал собственные встревоженные тяжкие думы куда-то в глубь сознания. Когда же у меня это наконец получилось, я задал свой последний вопрос:
— И как мне отсюда выбираться прикажешь?
* * *Первое что я увидел когда распахнул глаза была тёмная каменная кладка до боли знакомого мне потолка. Что само по себе было достаточно странно, ведь последнее что я помню — неописуемый хаос дальнего пустыря и быстро настигшую меня темноту.
Поднявшись с дивана, я попытался было окликнуть хозяина сего подземелья, но тот опередил меня, самолично подав голос из дальнего угла лаборатории: