Невеста для чудовища (СИ)

В какой-то момент я кончил, хотя девушка все ещё была возбужденна. Но заботится о ее удовлетворении мне было не интересно, Поэтому, бросив нить жемчуга рядом с ней на кровать, я молча оделся и вышел, зная, что брат все видел и теперь ждёт меня на улице.
Так оно и было. Он стоял красный как рак и только увидев меня, попытался накинуться. Но моя стража, которая теперь тоже присутствовала здесь, не подпустила этого идиота ко мне.
— Надеюсь теперь ты понял, что девкам из таверн не следует доверять. Они лягут под любого. Вопрос в том, кто больше заплатит.
— Как ты мог! Я любил ее! Я хотел жениться на этой девушке, а ты! Ты соблазнил ее! — кричал он, а я, развернувшись, сел на коня и отправился в замок.
Тогда я ещё не подозревал, что Ник поддержит заговор, который недовольные долгое время собирали против меня и попытается меня убить. В борьбе за власть начнётся долгая кровопролитная война, которая будет длиться несколько лет… И в один из таких дней, когда новая битва снова унесёт сотни жизней, под копыта моего коня выбежит ребёнок. Я успею остановить Ксандора, но в его матери, бросившейся на спасение своего чада, узнаю Ольбетту.
— Вам с братом все мало крови простых людей? Вы играете в войну, сами сидя в высоких шатрах, а простые люди гибнут за вас, оставляя свои семьи без отцов, братьев, мужей! Так пусть впредь луна каждую ночь напоминает о том, сколько жизней погибло по твоей вине. Пусть земли эти окрасятся в багряный и пусть ты, Дэмиан, будешь видеть все это нескончаемо долго. А спасёт тебя лишь кровь невинной полюбившей тебя девушки. Только пусть и она сразу видит твое истинное лицо, ведь ты не человек, ты холоднокровный ящер. И не забудь, свою невинность она должна отдать добровольно, иначе проклятие не спадёт. А ты, Дэмиан, будешь до зубовного скрежета желать ее крови! Каждую секунду, что она будет рядом, ты будешь хотеть ее все больше и больше, не в силах справиться с собственными желаниями!
И, подхватив ребёнка на руки, она ушла, а я тогда усмехнулся. Но как показало время зря.
Ольбетта была не простой крестьянкой. Она оказалась ведьмой и теперь становилось понятно слепое увлечение брата ей. Видимо она приворожила его.
Что ж, ненависть обиженной женщины, планы которой я спутал, страх матери за своего ребёнка, боль женщины, которая в этой войне потеряла близких и колдовской дар сделали своё дело и через несколько дней первое дерево, что росло в лесу вокруг замка, стало черным с багряной листвой. А на моем теле появилась первая чешуя….
  
Глава 9
 
Элис Эверлейн
… Я выгибалась навстречу нежным рукам и мягким губам, желая большего. Как вдруг в коридоре раздался ужасный грохот и мой похититель со стоном оторвался от меня и вышел из комнаты.
Здравый смысл тут же вернулся и я, одернув платье поспешила спуститься со стола.
Я постояла несколько минут, ожидая возвращения хозяина замка, но его так и не было. Из слуг тоже никто не заходил и наконец, решившись, я направилась к двери.
Приоткрыв ее выглянула в темный коридор, в котором тут же вспыхнуло несколько свечей, освещая небольшую часть.
— Иди за свечами, кажется так сказал тот человек за дверью, что звал на ужин, — вслух размышляла я, разглядывая небольшой участок, который был освещён и оставшуюся часть коридора, погруженную во мрак. — Что ж, надо найти мою комнату.
Свечи поочерёдно то загорались, то тухли и, следуя за ними, я наконец дошла до нужной комнаты.
Только когда я оказалась внутри и закрыла дверь, наконец смогла спокойно выдохнуть и, облокотившись на холодную стенку, медленно сползла вниз, вспоминая сегодняшний ужин и обхватывая плечи руками.
Что это было? Сумашествие? Ни один мужчина никогда не трогал меня там, где сегодня побывал мой похититель. Но самое ужасное было не это, а то с каким желанием отзывалось мое тело. Я закрыла лицо руками, желая остудить горящие щеки и постараться забыть то, что случилось. Но этот ужин никак не шёл у меня из головы. А ведь я уже знавала близость с мужчиной.
 
Это было с Алафом, сыном конюха. С ним я впервые поцеловалась. При этом парень старался засунуть свой язык как можно глубже в мой рот и больно сжимал грудь рукой. Это было неприятно и я поняла слова нянюшки, которая говорила, что близость с мужчиной неприятна и это просто надо перетерпеть, пока муж не удовлетворит свои потребности.
И если уж поцелуй был таким слюнявым и неприятным, то что тогда можно было говорить о ночи с супругом, мне и представить было страшно. Поэтому, когда Алаф залез рукой под корсет и больно сжал вторую грудь, пытаясь ее достать, я вырвалась из его рук и поспешила побыстрее покинуть конюшню. А Сесиль, которая ждала меня неподалёку за кустами черемухи, выбежала и стала спрашивать понравилось мне или нет. Она и сама впервые поцеловалась с сыном конюха и по ее словам это было так волнительно и чудесно, что она была совсем не против, когда Алаф забрался ей под платье, сжимая одной рукой ягодицы, в второй достал грудь и начал ее целовать.
Вообще все это было идеей Сесиль.
— Тебе надо обязательно попробовать поцеловаться. Просто представь, тебя выдадут замуж за какого-нибудь короля или принца. А у них всегда полно фавориток, которые умеют ублажать мужчин. И что ты, неумеха, будешь тогда делать? Как бороться за внимание мужа?
— А зачем мне за него бороться? Он и так будет моим. Мы будем делить с ним брачное ложе в дни, наиболее благоприятные для зачатия. А остальные ночи пусть проводит у любовниц. Мне меньше терпеть близость с ним.
— Кто тебе внушил весь этот бред?
— Нянюшка так говорит, — обиженно ответила я, потому что не считала слова няни глупыми.
— Близость с мужчиной это верх блаженства, — Сесиль многозначительно подняла указательный палец вверх. — По крайней мере так говорит мой брат. Ну и знаешь, я сама видела как он закрывается с горничными в своей комнате и оттуда доносятся довольные стоны и оханья. Однажды я решила подсмотреть, что они там делают. Ну помнишь, мы в детстве нашли тайный ход в нашем особняке и подглядывали за всеми через небольшие отверстия, замаскированные в стенах
— Конечно помню! Было весело.
— Так вот. Я решила подглядеть за Диком и увидела, как он целует нашу горничную, а потом задирает ей платье и сует свою руку прямо туда, между ее ног. А она делает с ним то же самое. Горничная держала его хозяйство в руках, а брат при этом стонал
— Как некрасиво подглядывать за такими вещами, — попыталась я пристыдить подругу. — Да и может он болен, а она пыталась ему помочь. Ведь не зря же он стонал.
— Какая ты наивная. Он трогал ее там, прямо между ног. Сначала руками, а потом своим мужеским органом и лапал за грудь. Потом пристроился между ее ног и стал толкаться в неё. Вот она и начала стонать и просить, чтобы он продолжал. А в конце она сказвла, что Дик лучший мужчина, который когда-либо у неё был. — Не может быть…
— Так что то, что нам рассказывают нянюшки, неправда. Они говорят это специально, чтобы мы сохранили себя для мужей. Ну и чтобы не очень расстраивались, когда муж будет проводить ночи в постели любовницы, а не законной супруги. Так что я уже целовалась с сыном вашего конюха. — и подруга скоюлонилксь к моему ухо и тихо добавила: — Он даже трогал мою грудь и показал мне то, что спрятано в его штанах. Представляешь?
После такого признания Сесиль, я решила, что и мне надо попробовать поцеловаться с Алафом. Вот только его поцелуй мне не понравился и я решила, что нянюшка все же не врала, говоря, что близость с мужчиной очень неприятный процесс.
И вот сейчас, находясь в замке таинственного похитителя, сидя в полупрозрачном платье, я вспоминала его жаркие руки, его настойчивый, властный и одновременно такой нужный язык, который блуждал по моему телу, даря наслаждение. И я желала вновь ощутить его на себе, чтобы горячие пальцы снова ласкали мои складочки, аккуратно раздвигая их, чтобы моя грудь была прижата к его мощному телу и я слышала биение его сердца, чувствуя как мои затвердевшие соски трутся об его разгоряченную кожу…