Невеста для чудовища (СИ)
Я со злостью сжал бокал и он треснул в руках, режа кожу острыми осколками, а вниз, на белый ковёр, что лежал под ногами, упали крупные капли рубинового вина, смешанного с моей кровью.
То, что Элис оказалась вовсе не крестьянкой, а принцессой меня совсем не тронуло. Все о чем я мог сейчас думать — это о её предстоящей свадьбе…
Глава 22
Элис
Настал день свадьбы. Наверно каждая невеста ждёт его с нетерпением, но только не я, я до последнего надеялась, что сегодня все-таки что-нибудь случится и свадьбу отменят. Но, видно судьба с ее везением была не на моей стороне.
Отец решил не затягивать с датой свадьбы и она была назначена через неделю после обьявления о помолвке. Лучшие швеи королевства трудились не покладая рук, чтобы сшить мне платье в срок и наверное оно и впрямь получилось чудесным, как говорили мама и Сесиль. Только вот я на него даже смотреть не могла, настолько ненавистным оно для меня было.
Расшитое золотом, с пышной юбкой и корсетом, который подчеркивал узкую талию, а вместо фаты нежный прозрачный плащ с такой же золотой нитью и россыпью камней. При этом, несмотря на всю позолоту и драгоценные камни, платье не смотрелось вычурным или нелепым. Оно было нежным и красивым. Платье достойное истинной принцессы и будущей королевы. Платье, которое должно было разделить мою жизнь на до и после.
Я до вчерашнего дня пыталась объяснить и маме и отцу, что готова выйти замуж, но только не за герцога Этборта Гассильского. Я была согласна стать женой любого другого, хоть герцога, хоть маркиза, да даже обычного крестьянина, лишь бы быть подальше от герцога Этборта. Но отец сказал, что раз я сама не пришла и не назвала имя жениха, хотя у меня был выбор, и выбирать пришлось ему, он своего решения менять не станет. А все мои слова на счёт угроз, которые говорил мне Этборт, родители списывали на попытки отменить свадьбу.
Поэтому пока мы ехали к церкви, все о чем я могла думать, так это о том, как сбежать от герцога сразу после после свадебного обряда, потому что потом он точно не даст мне этого сделать, превратив мою жизнь в сущий кошмар.
— Да что так волнуешься, сидишь вся бледная и кусаешь губы. Не ты первая ни ты последняя выходишь замуж, — попыталась успокоить меня подруга.
— Сесиль, ты не понимаешь, он сумашедший. Он обещал привести в первую брачную ночь в нашу постель свою любовницу и сделать её третьей.
— Да ладно тебе, многим это даже нравится, — отмахнулась подруга.
— Ты о чем, он обещал, что будет бить меня.
— Ох, Элис, мужчины всегда бросаются громкими фразами. Просто будь покладистой и слушайся во всем мужа и все будет хорошо.
— Сесиль, да что с тобой такое? — я удивленно смотрела на подругу, которая всегда и во всем поддерживала меня, а теперь вдруг все мои слова о том, что Этборт ужасный человек, совершенно не слышала, находя герцогу во всем оправдание.
— Это что с тобой, Элис? Твой будущий муж богат, молод, красив. Да вся столица мечтает выйти за него замуж, а ты нос воротишь— отчитала она меня, словно маленького глупого ребёнка.
Я решила, что разговаривать с Сесиль сейчас не имеет никакого смысла. Она как и родители считала герцога практически святым.
Наконец карета подъехала. У храма было очень много людей, практически вся столица пришла посмотреть на бракосочетание принцессы.
Я выдохнула и, собрав остатки мужества, приказала себе не плакать, хотя к горлу подступил ком, и казалось, что ноги стали ватными. Сорок три ступеньки храма, по которым мне предстояло подняться, отделяли меня от ненавистного жениха и брака, который станет концом моей жизни
Я решила, что если сегодня же не получится сбежать, то я лучше наложу на себя руки, чем окажусь в лапах этого чудовища — герцога Этборта Гассильского.
Вот такая смешная нелепость. Я была в лапах монстра, который подарил мне жизнь, хоть и был уродлив. А теперь окажусь в руках того, кто красив как бог, но именно он и есть самое настоящее чудовище, которое мою жизнь и отберет.
От этих мыслей, от воспоминаний о Дэмиане, сердце защемило и слёзы все-таки пролились, оставляя мокрые дорожки на лице.
— Что же ты плачешь, дорогая невеста, — прошептал мне на ухо Этборт, когда я подошла к нему. — Улыбайся милая, улыбайся. Пусть все вокруг думают, что это слёзы счастья и только мы с тобой вдвоём будем знать почему ты плачешь…
Я закусила губу, и сильнее сжала свадебный букет.
К нам подошёл священник и начал монотонно зачитывать текст клятвы. Сначала своё согласие высказал герцог Гассильский, а когда настал мой черёд, я ненадолго замялась, думая о том, чтобы ответить отказом, но вспомнила слова отца о том, что без поддержки рода Гассильских мы не сможем противостоять внешним врагам. К тому же род герцога достаточно силён и имеет достаточно власти, чтобы попытаться организовать переворот. Поэтому я, попрощавшись со своим будущим, приготовилось ответить согласием, как двери храма широко распахнулись и внутрь вошел человек в плаще.
Под удивленные взгляды гостей, он прошёл по длинному проходу и, подойдя ко мне, склонился к самому уху и мою кожу опалило его дыхание, а сердце зыбилось пойманной в силки птицей, окрылённое одной лишь фразы:
— Я пришёл за тобой, моя маленькая мышка.
— Что?! Что здесь происходит и кто ты такой! — герцог недоуменно смотрел то на Дэмиана, который все еще был скрыт под капюшоном, и который притянул меня к себе и крепко держал за талию, то на улыбающуюся меня.
— Что это такое? — к нам подошёл отец— Стража! Вывести этого человека, — и король Сагор указал на Дамиана, в мое сердце замерло и кажется забыло, что надо биться.
В голове чередой пронеслись мысли о том, что Дэмиана сейчас схватят стражники отца, а потом казнят. Тем более, что для этого был достаточно серьезный повод, ведь он так и остался чудовищем, отпустив меня. А разве толпе нужна ещё большая причина для ненависти, чем чужое уродство?
Чудовище, которое хотело похитить принцессу с собственной свадьбы…. Вот и приговор….
Но неожиданно Дэмиан откинул капюшон и я увидела перед собой красивого и совершенно здорового мужчину. Все шрамы и чешуя, что покрывали его лицо исчезли.
А по залу разнесся шёпот. Тут и там слышались голоса:
— Это тот самый король…
— Новый король…
— Так ты и сесть тот непобедимый король, которого все боятся? — я неверяще посмотрела на Дэмиана, а он лишь улыбнулся и прижал меня к себе еще сильне. Хотя казалось, что быть ближе уже невозможно.
— Я, король Дэмиан Лотарио Сарогон Аурийский, прошу у Вас руки вашей дочери, а в случае отказа, который я не приемлю, Вам будет объявлена война. Сейчас же. Если не верите, можете послать гонца. Он подтвердит, что моя врмия стоит на подступах к столице, — проговорил Дэмиан, обращаясь к моему отцу.
— Ваше Величество, это правда, — к королю Сагору подбежал советник.
— Я… я… не знаю, Эверлейн, дочка…
— Я согласна, — выпалила я, и только потом поняла, что мой ответ выглядел слишком поспешным и от этого щёки залило румянцем.
Но, не став отводить смущенный взгляд, я открыто посмотрела на мужчину, которого кажется ждала всю свою жизнь.
— Кстати, Ваще Величество, — обратился Дэмиан к моему отцу: — Я советую вам казнить вот этого молодого человека за то, что он использует цветы амонтикуса, что вставлены в петличку его фрака.
— Что? Вы о чем?
— Этот редкий цветок даёт тому, кто его носит власть над окружающими, внушая им хорошее отношение к нему. Эта магия подавляет чужую волю и является запретной.
— Так вот почему мне никто не верил, — наконец я поняла причину того, что все считали герцога Этборта Гассильского прекрасным молодым человеком.
— Да, мышонок, а на тебя эта магия не действовала, потому что ты была защищена силой проклятья. Но пожалуй мы отвлеклись. Мне не терпится поцеловать свою невесту, так что давайте побыстрее завершим со всеми этими формальностями, — обратился Дэмиан к священнику.