Анархия разума (СИ)

— Привет, а Люда здесь не работает уже? — поинтересовался Стас, выглядывая из-за плеча «рэйсера».
Кассирша сначала одарила его оценивающим взглядом. Запачканные синие шорты и растянутая черная футболка не заслужили высоких оценок, что отразилось на лице девушки. И на ее словах:
— Уже не работает. А че надо?
Стас не знал, как лучше озвучить факт исчезновения друга этой курице, поэтому сперва решил смочить горло минералкой. Кофе для бодрости ему уже не требовалось.
— Дай мне бутылку «Меркурия». Полторашку. — Он зачерпнул в кармане горсть монет и стал отсчитывать нужную сумму.
— Тебе только для этого нужна была Людочка? — курица поставила бутылку перед кассой.
— На самом деле есть одна проблема, — признался Стас.
— У нас за хрустящие банкноты решаются любые проблемы, дружок, — она произнесла это с надменностью, по меньшей мере, богини счастья.
На это обстоятельство Стасу было плевать. Даже если бы его проблему можно было решить таким способом, вряд ли бы у него нашлось достаточно хрустящих купюр. Да и те, которые нашлись бы, уже давно перестали хрустеть.
— В шести километрах отсюда мой друг пошел справить нужду в кусты и после этого пропал. — Он открутил пробку и разом выхлебал треть бутылки. — У вас не водятся здесь чупакабры?
— Не водятся.
Кассирша сразу потеряла интерес. Очевидно, она ожидала не такой проблемы.
— А почему сразу чупакабра? — спросил «рэйсер». Ситуация его забавляла, и всем своим видом он этого не скрывал. — Может, его похитило НЛО.
— Тебе смешно, гонщик? — Стас почувствовал, что нашел потенциального кандидата для встречи с монтировкой.
Дальнейшей перебранке помешал шум со стороны уборной. С какой-то дьявольской силой захлопнув дверь, в зал вернулся друг бритоголового. Об их дружбе недвусмысленно говорили две отполированные до блеска головы.
— Шок? — появившийся скинхед уставился на Стаса. — Стас Шоколадов, это ты, мать твою?!
Гонщик непроизвольно посторонился. Очевидно, он уже представил, как два скинхеда сейчас достанут металлические биты и поиграют с головой этого Шоколадова в бейсбол.
— Щебень? — удивление Стаса нисколько не уступало в интенсивности. — Где бы мы еще встретились!
С этими словами они сцепились. Но вопреки предположениям Гонщика, сцепились они в жарких объятиях.
— Сколько лет мы не виделись? Десять? — спросил Щебень.
— С тех самых пор, как ты стал кочевником-автоспопщиком и начал крушить харчевни по стране.
— Хм… А были времена, когда я им не был? — Щебень улыбнулся, и Стас разглядел желтизну его немногочисленных целых зубов. С таким образом жизни задумываться о чистке зубов и их количестве не имело особого смысла. — Давай присядем. За встречу не грех и выпить! Или ты за рулем?
— Я почти всегда за рулем. — Стас сел напротив владельца кожаных штанов, которого он минутой ранее мысленно окрестил идиотом.
— Это Аспирин, — как бы вскользь представил «идиота» Щебень и тут же обратился к Стасу. — Думаю, тебе много чего есть рассказать о своей новой жизни. — Щебень закурил сигарету и бросил взгляд на правую руку Стаса. — Я вижу, ты женился?
— Имел неосторожность, — подтвердил Стас. — Еще и сын родился не так давно.
— Смотрю, ты не особо рад этому?
Шоколадов тяжело вздохнул:
— Нет, я рад. Но теперь вся моя жизнь — это бесконечный рейс. К этому надо привыкнуть.
— А как ты хотел. — Щебень сплюнул в пустой пластиковый стаканчик. — Кредиты, долги, памперсы — новые жизненные ценности, — он едва слышно хихикнул. — На Украину дуешь?
Тут Стас вспомнил о своей проблеме.
— Да. Слышь, у меня братан пропал неподалеку отсюда. Пошел поссать и сгинул.
Гонщик облокотился о стойку и с интересом стал наблюдать за диалогом. Теперь, когда риск стихийного мордобоя миновал, он мог спокойно стоять в стороне, попивая газировку.
— Как это? — не врубился Щебень.
— Как — пошел в кусты и не вернулся. Я ждал, потом облазил их вдоль и поперек. Ни хрена.
— Может, ты его достал, и он решил сбежать? — не дожидаясь ответа на свой тупой вопрос, Щебень посмотрел на сородича. — Аспирин, ты что думаешь?
 
Тот аккуратно и неторопливо протер очки, усадил их на лицо и с интеллигентным видом сказал:
— ХЗ.
Старикашка в бежевом костюме закрыл газету, бросил ее на стол, собрал манатки и вышел из закусочной.
— А телефон у него есть? — осенило Щебня. — Позвони ему!
— Его телефон у меня в машине. Даже не знаю, че делать теперь.
— Может, он провалился в какую-нибудь яму или канаву?
— Да нет там никаких канав.
— Тогда мы поступим так — поедем туда и прочешем всю растительность. — Щебень с довольным видом откинулся на спинку стула. — Люди не исчезают без останков.
— Да уж, ты никогда не отличался оптимизмом, — сказал Стас после непродолжительной паузы.
Откладывать незамысловатый план Щебня в долгий ящик никто не хотел. Стас желал как можно скорее разобраться во всех мистификациях возникшей проблемы, Щебень же лишь воодушевился от возможности поучаствовать в очередной неоднозначной истории. Он ими питался как вампир кровью. Аспирин же, помимо своего фирменного «ХЗ», слов более не ронял, ни в поддержку плана, ни против него.
Едва они встали со стульев, как их окатил дождь из осколков стекла и предметов интерьера. Громадная каменная глыба приземлилась аккурат на тот столик, где минутой ранее сидел старикашка. Она ввалилась так неожиданно, что Гонщик даже не успел проглотить отпитую порцию кока-колы.
— Дерьмо! — воскликнул Щебень и убрал руки от лица. — Что это за херня?!
Вместо ответа с неба посыпался целый град глыб. Они пробивали крышу двухэтажного здания закусочной, падали на пол и сотрясали потолок на первом этаже. Припаркованные машины сплющивались как консервные банки. Какие-то из них начинали верещать после первого удара, но от последующих затихали навсегда. Люди в закусочной прильнули к полу и забились в углы. Каменный дождь продолжался не более минуты, которая показалась им целым годом. В каких-то местах потолок уже не выдерживал и обрушивался. Когда все стихло, Стас первым вылез из-под пыльных обломков столика и отряхнул футболку. Из-за барной стойки выглядывал Гонщик. Его голубые глаза сияли изумлением и непониманием. Щебень и Аспирин сбросили с себя обломки и убедились в целости своих тел. Второй раз Щебень уже не решался вопрошать у воздуха, что это было.
— Все живы? — Стас заглянул за барную стойку. Продавщица не пострадала, но ничего ответить не смогла. К Гонщику же речь вернулась весьма быстро:
— Меня предупреждали про обильные осадки в здешних местах, но я не ожидал такого.
Стас ничего не ответил и осторожно подошел к выходу. Более чем наполовину он был завален двумя глыбами, под которыми, очевидно, ныне покоился «Скайлайн». В доступный проем он увидел и «газель». Кабина раскурочена, кузов пострадал чуть меньше, но из имеющихся в нем мебельных материалов уже вряд можно соорудить удобный диван и пропорциональный шкаф. Стоящая в пяти метрах от «газели» «девятка» не пострадала совсем.
— Либо я обкурился, — Щебень подошел к Стасу, — либо мы обкурились все вместе.
Потрогав лежавший внутри здания каменный шаровидный объект с неровной поверхностью, Стас сказал:
— Не хочу тебя разочаровывать, но травку я не курил с тех самых пор.
Наконец, к курице вернулись чувства, и она закудахтала из-за прилавка неразборчивой и ненормативной лексикой.
— Заткни пасть! — крикнул на нее Щебень, чем вызвал лишь усиление кудахтанья. Когда она все же замолчала, он повернулся к своему сородичу и спросил:
— Аспирин, что это может быть?
 
На что тот предсказуемо и спокойно ответил «ХЗ».
— А твой друг знает какие-нибудь другие буквы русского алфавита? — в разговор вмешался Гонщик.
— А тебе станет легче, если он выскажет свою версию? — гаркнул на него Щебень.
— По правде сказать, мне плевать на его версию. И на твою тоже.
В сложившихся обстоятельствах Гонщик почувствовал прилив храбрости и решительности, которые обычно сопровождали его за рулем гоночных автомобилей. Назревающий конфликт тут же погасил Стас.