Холодное сердце (СИ)

— Я не знаю, да и сам Малфой в общем-то тоже, — Гермиона слегка подалась корпусом вперед и окинула изучающим взглядом собравшихся за столом гриффиндорцев, стараясь отыскать одно конкретное лицо. И она его нашла. — Известно только то, что на Робби Гудмана наслали Империус и вынудили причинить вред Малфою.
— Мне одному эта ситуация кажется знакомой? — Симус протяжно зевнул и сложил руки на груди, довольствуясь собственной догадкой.
— О чем ты? — тут же спросила Джинни, которая, как и все остальные, смотрела на однокурсника непонимающим взглядом.
Симус театрально прочистил горло, готовясь поделиться с друзьями посетившей его голову мыслью.
— Осень девяносто шестого, — многозначительно начал он, ожидая, что окружающие сразу же поймут, о чем речь. Однако чуда не произошло. Симус деланно закатил глаза и продолжил. — Если вы все вдруг забыли, то на шестом курсе Малфой наслал Империус на мадам Розмерту, чтобы та передала Кэти Белл проклятое ожерелье, предназначавшееся Дамблдору.
— Ты думаешь, что мадам Розмерта использовала на Робби Непростительное и заставила его заманить Малфоя в темный переулок? — с иронией посмотрела на него Джинни, не скрывая улыбки. — И что же, по-твоему, она там с ним сделала? Напоила фирменной медовухой до потери сознания?
За столом послышались тихие смешки.
— Мерлинова борода, умеешь же ты перевернуть все с ног на голову, — взбунтовался Симус, удостоившись совершенно не той реакции, на которую рассчитывал. — Я думаю, что кто-то решил отомстить Малфою, прибегнув к его же методам.
— Гермиона, ты видела что-то подозрительное в том переулке? — спросил Невилл, по всей видимости, посчитавший версию Симуса вполне правдоподобной.
— Нет, — она отрицательно мотнула головой, но тут же замерла, вспомнив об одной важной вещи, не поддающейся объяснению, — хотя постойте, рубашка Малфоя была порвана и пропитана кровью, но мадам Пофмри не нашла на его теле никаких ран.
— Не удивлюсь, если кто-то решил отомстить змеенышу, взяв за основу ту ситуацию с Кэти, — сказал Симус, тем самым подводя итог. — Давайте будем честны, каждый в этом зале потерял кого-то в недавней войне. Малфои же были одними из тех, кто сражался на стороне нашего врага, поэтому меня нисколько не удивляет то, что произошло вчера. А вся эта чушь, что Люциус наплел Министерству, не только не вызвала жалость у тех, кто дал отпор Темному Лорду, но и разгневала его бывших приятелей. Именно поэтому за их шкурами гоняется вдвое больше людей.
Все вокруг, включая Гермиону, лишь молча согласились со словами Симуса. Малфои и впрямь находились не в самом удачном положении. А посему и без того непростое дело становилось еще более запутанным, ведь отомстить небезызвестному семейству хотел буквально каждый.
Так кто же все-таки стоял за вчерашним нападением? Увы, список потенциальных подозреваемых был слишком велик, чтобы с легкостью ответить на этот вопрос.
Комментарий к Глава 4
*Вантаблэк — самый черный цвет из всех возможных
========== Глава 5 ==========
Дни шли, но найти виновного так и не удавалось. Первое время мракоборцы пристально наблюдали за происходящим в замке, стараясь вычислить человека, совершившего сразу несколько преступлений, грозящих пожизненным заключением в Азкабан. Однако уже в начале октября их запал погас. Боевые маги посчитали, что ошиблись, обвинив в нападении одного из студентов Хогвартса, ведь за минувшие недели им так и не удалось найти никаких доказательств, подтверждающих ранее выдвинутую теорию. Так, решение отступить было принято за неимением других вариантов. Да и в связи с недавним появлением нескольких Пожирателей смерти в Лютом переулке Министерство сочло нужным отправить большую часть мракоборцев прочесывать территорию, считавшуюся излюбленным местом темных волшебников. Именно поэтому сейчас замок находился под наблюдением лишь пары боевых магов.
Гермиона же, в свою очередь, времени зря не теряла. После того случая в Хогсмиде не было ни дня, чтобы она не старалась докопаться до правды. Наряду с мракоборцами она пристально следила за студентами, надеясь распознать в одном из них недоброжелателя, стоявшего за недавним нападением. Вот только дело это было не из легких, ведь буквально каждый обитатель замка мог сойти за подозреваемого. Виной тому была негативная реакция большинства на скорое выздоровление Малфоя, который с невозмутимым видом вернулся к привычной жизни. Как бы ужасно это ни было, но правда есть правда: студенты были бы несказанно рады, лишись их заклятый враг жизни или хотя бы заклейменной Темной меткой конечности. Во всяком случае, именно так выразился староста Когтеврана, которым в этом году стал Терри Бут, на одной из последних встреч оргкомитета. Гермиона и глазом не успела моргнуть, как тема их разговора перешла от подготовки хэллоуинского бала к недавнему неудачному покушению. И присутствие на собрании Малфоя старосту Когтеврана никоим образом не волновало. Напротив, Терри Бут старался максимально громко и отчетливо произносить каждое слово, чтобы Драко, сидевший поодаль от остальных в компании Дафны Гринграсс, ненароком ничего не упустил.
 
От мракоборцев Гермиону отличало лишь одно: нежелание отступать до тех пор, пока правда не будет поймана за руку. Так, взяв во внимание теорию Симуса, она буквально поселилась в школьной библиотеке, в то время как работники Министерства покинули поле боя, приняв поражение. Интересно, поступили бы они так, окажись на месте Малфоя человек с более безупречной репутацией? По правде говоря, этот вопрос был исключительно риторическим. Удивительно, что они вообще взялись за это дело, учитывая их отношение к наследнику небезызвестного семейства, причастного к делам Темного Лорда.
Гермиона же старалась мыслить здраво. Может, в глубине души она все еще таила обиду на школьного врага, но увиденное в хогсмидском переулке стало последней каплей, вынудившей ее откреститься от ненавистного прошлого. В данный момент она была единственной, кто мог или, во всяком случае, хотел помочь Малфою.
Увы, далеко не все испытывали желание наплевать на старые обиды и последовать ее примеру. И это было весьма прискорбно, ведь таким образом окружающие не то что не двигались с места, они семимильными шагами отступали назад, чем отдаляли наступление мира, о котором так грезили. Да, сейчас они жаждут расправы, но что будет потом, когда последний приспешник Темного Лорда будет жестоко разорван на куски одним из мстителей, возомнившим себя мечом правосудия? Едва ли после такого зверства люди обретут мир и покой. Невозможно быть счастливым, стоя на братской могиле убитых тобой врагов. А те, кто все же способен смотреть на реки крови с довольной улыбкой — не менее жестокие люди, чем умерщвленные ими.
Но Гермиона, в отличие от большинства, была верна своим принципам, поэтому неустанно штудировала одну книгу о темномагических артефактах и проклятьях за другой. Правда, толку от этого было мало, ведь она не имела ни малейшего представления о том, что ищет. Малфой выглядел вполне здоровым, что, конечно же, не могло не радовать, но в то же время огорчало, ведь отсутствие каких-либо симптомов значительно затрудняло поиски.
Ситуацию усугубляло то, что действительно полезные книги, которые могли бы пролить свет на ситуацию, находились в запретной секции, доступа к которой у Гермионы не было. Да и вряд ли директор или кто-либо из преподавателей в свете недавних событий выдает студентам разрешение на получение фолиантов, небеспричинно скрытых от любопытных глаз.
Однако даже такое положение дел нисколько не поумерило пыл Гермионы, поэтому она продолжила изучать всю доступную литературу в попытке отыскать хоть какую-то информацию. Она была уверена, что неизвестный, стоявший за нападением, все же приказал Робби сотворить с Малфоем нечто ужасное. Как минимум, пропитанная кровью рубашка свидетельствовала о том, что попавший под действие Империуса мальчик использовал на Драко отнюдь не заклинание Заколдованного сна.
Вот только излишняя заинтересованность Гермионы не осталась незамеченной. Истинная причина ее частого пребывания в библиотеке вскрылась в тот самый день, когда именинница не явилась в гостиную Гриффиндора, куда ее накануне попросила прийти Джинни. Ребята забили тревогу, когда стало понятно, что главная гостья праздничного вечера так и не появится. Позже выяснилось, что они даже наведались в башню старост, посчитав, что Малфой мог быть причастен к исчезновению их подруги. Почему-то Гермиона была более чем уверена, что это безумное предположение выдвинул именно Симус, который чуть что, так сразу тыкал пальцем на Малфоя, обвиняя того во всех несчастьях, вплоть до недозрелого яблока, поданного ему на завтрак.