Золото в тёмной ночи

Мне очень хочется узнать свой дом. Иногда желание сложить вещи и сорваться в путь накрывает меня с такой силой, что я открываю сумку, чтобы начать собираться в дорогу, но в конце всегда замираю, не в силах пошевелиться. Даже начать не могу. Я стискиваю в руках грубую ткань сумки, как будто это придаст мне уверенности, но в итоге всегда ослабляю хватку, злюсь на свою трусость и нерешительность. Здесь мне уютно и спокойно. Меня защищают, у меня есть семья. Приёмная, но семья. Однако чувство вины нещадно грызёт меня изнутри за то, что я даже не могу потрудиться найти настоящих родных.
Возможно, они страдают, потеряв меня. Я боюсь этого… и в то же время надеюсь на это. Внутри всё холодеет от мимолётной мысли, пробегающей словно тень. Мысли, что меня никто не ждёт. Никто по мне не скучает и не ищет. Никто во мне не нуждается. Эта мысль всегда такая быстрая, скользкая. Она не живёт в сознании постоянно, но любит проскочить мимоходом, отравляя настроение и оставляя неприятный привкус во рту.
Покончив с завтраком, я переодеваюсь в лёгкие тёмно-серые штаны и светлую рубашку, поверх накидываю плащ с капюшоном. Сейчас ранняя осень. Погода всё ещё стоит мягкая и достаточно тёплая, но внезапные дожди тоже случаются, поэтому без раздумий надеваю невысокие кожаные сапоги. В одежде я всегда предпочитаю что-то комфортное и чаще всего ношу ткани бежевых, серых или белых тонов, потому что именно такие цвета обычно выбирают илосийцы. Мне хочется хоть в чём-то походить на свой народ, хоть в чём-то быть ближе к нему. Даже если ничего другого вспомнить не удаётся: ни как выглядит пустыня, из которой состоит бо́льшая часть Илоса, ни как там печёт солнце, ни праздников и традиций страны. Всё равно мне хочется носить эти цвета… В душе я понимаю, что это похоже на жульничество: я отстаиваю знания, которых не помню. Ношу на лице понимание, как маску, хотя за ней скрывается пустота.
– Я загляну в кузницу и на постоялый двор у порта. Покупатели просили принести заказанную выпечку Лайлы пораньше, – говорю я Рою, подхватывая заранее приготовленную корзину со сдобой.
– Потом не забудь о наших занятиях, – кричит он мне вслед.
В ответ я киваю и вылетаю из дома. Не оборачиваюсь, чтобы удостовериться, заметил ли он мой согласный жест. Мы и так оба знаем, что я никогда про них не забываю и не опаздываю. Занятия с Роем – одно из самых интересных событий почти каждого моего дня. К тому же кажется, что и для приёмного отца это имеет большое значение. Он учит меня обращаться с оружием и защищаться. Всё-таки меня нашли не в лучшем состоянии, и возможно, что на меня напали, а Рой в прошлом был капитаном гвардии в Каидане и тренировал солдат для короля. А ещё являлся одним из лучших военных, имел статус и влияние. Но, как я поняла из его скудных пояснений, что-то произошло. То, что он не смог больше игнорировать и решил уйти. Рой – замкнутый человек и никогда не рассказывал, что же случилось. Даже Лайла если и знает причину, то тоже молчит, не вдаваясь в подробности.
Выйдя на улицу, я на мгновение оглядываюсь на наш дом, окружённый полями. Само здание небольшое, без излишних украшений. Простой фермерский коттедж, который практически ничем не отличается от десятка других в округе. На территории семьи Сесциа также есть маленький сад, где Лайла с любовью выращивает красивые цветы. Она говорит, что большая их часть привезена с её родины, Теялы. Рядом разбит обширный огород с овощами, и, судя по покрасневшим помидорам, скоро можно будет собирать урожай. А невдалеке виднеются курятник, маленькая конюшня и поле, отведённое для тренировок. Вся территория обнесена невысоким забором. Защиты от него никакой, но помогает обозначить семейные владения.
Если посмотреть вокруг, можно заметить много таких отдельно стоящих домов. Свободного места на Островах достаточно, и желающие сами выбирают, где жить. Кто-то селится отдельно, как мы, или же в самом Городе, где здания в несколько этажей стоят плотно друг к другу. От нашего коттеджа до окраины буквально пятнадцать минут бегом или двадцать пять – спокойным шагом.
 
Стоит потрясающая погода. Чистое небо и приятный свежий ветер, приносящий с собой запах моря, так и влекут. Поэтому сегодня я пробегусь.
 
Глава 2
 
Пятнадцать минут бегом, и я уже на мосту у южных ворот на подходе к Городу. От усилий волосы слегка растрёпаны, а на шее и лбу блестят несколько капель пота, которые я быстро смахиваю, после чего продолжаю уверенным шагом идти дальше к воротам, а затем в сторону порта.
Я втягиваю солёный морской воздух. Мне нравится бывать в Городе, я люблю разглядывать людей и вывески в поисках чего-нибудь нового или интересного. Вот и сейчас мотаю головой то направо, то налево, раздумывая о том, стоит ли зайти в библиотеку по дороге обратно. Она безумно скромная, но её владелица-исарийка недавно вернулась с Континента и, возможно, привезла новые книги.
Главные улицы Города вымощены камнем, а боковые проулки покрыты землёй и песком, но они настолько протоптаны, что даже в дождливую погоду не превращаются в кашу. Вдоль дорог плотно друг к другу располагаются почти одинаковые двухэтажные здания, построенные из серого и иногда красноватого камня. Помимо главной площади и одного-единственного парка, в Городе нет никаких красивых мест. Дома здесь возводятся простые, без излишних украшений в виде барельефов или лепнины, балкончики – и то редкость.
Многие жители знакомы друг с другом. И бо́льшая их часть так и думает, что я – родная дочь Лайлы и Роя, дочь, которая просто отсутствовала какое-то время, лечась от болезни на Континенте. Хотя, как мне кажется, все замечают, что сходства между нами нет. Взглянуть только на цвет моей кожи – она оливковая, в то время как Рой и Лайла обладают светлой кожей, которая легко покрывается загаром. Однако другие горожане, к счастью, предпочитают игнорировать это, возможно, потому что уважают моих приёмных родителей или же просто не хотят вмешиваться. Хотя бывают и такие, кто бросает на меня недоверчивые взгляды, но даже они помалкивают, не задавая лишних вопросов.
Я быстро заглядываю на постоялый двор и в хорошо знакомую кузницу, чтобы отдать заказы и получить за них деньги. На постоялом дворе хозяйка накидывает мне одну серебряную монету сверху за то, что я пришла раньше оговорённого срока. Правильно сделала, что решила пробежаться! Не сдерживая улыбку, я сжимаю деньги в руке и решаю свернуть на базар к лоткам с различной уличной едой. Особого чувства голода я не испытываю, потому что завтрак ещё не успел перевариться, но среди всех этих румяных булочек с корицей и сухофруктов взгляд сам собой задерживается на новой сладости, которую я ещё никогда не видела. Четыре клубники нанизаны на тонкую палочку и политы прозрачным сладким сиропом, который придаёт ягодам глянцевый блеск.
– Это дивное угощение можно попробовать только в самой Теяле! – тут же подскакивает торговец-теялиец. У мужчины длинные тёмные волосы, стянутые в аккуратный пучок на затылке. – Рецепт сладости привёз мой родственник прямо из столицы! Нигде в Городе ты такого не найдёшь. Тебе понравится, девочка. Попробуй!
Продавец не перестаёт улыбаться, говоря о своей стране, и, похоже, гордится товаром. Традиционная теялийская накидка с широкими рукавами местами выцвела под солнцем, но на ней ещё можно разглядеть красивый растительный узор, вышитый по подолу. Выглядит необычный десерт и вправду аппетитно.
Не удержавшись, я покупаю у теялийца ягоды, политые сиропом, и шагаю с ними в сторону главной площади. Мне не хочется сразу возвращаться домой, поэтому, прежде чем идти обратно на занятия к Рою, я решаю посидеть рядом с центральным фонтаном и насладиться прекрасным утром и атмосферой городской жизни.
Хоть это место и называется площадью, на деле же оно занимает совсем небольшое пространство, а в середине установлен скромный фонтан в виде статуи дельфина, пускающего невысокую струйку воды из пасти. Говорят, её создал один из первых исарийцев на Островах.