Золото в тёмной ночи

– Что происходит?
Он отвечает непривычно серьёзным взглядом, но продолжает молчать. Тут из кухни возвращается Лайла, неся в руках мою холщовую сумку, которую я иногда беру с собой, уходя в лес на сутки за ягодами или грибами. А также временами тренируюсь с её помощью: бегаю вокруг дома, набив камнями, в качестве упражнения от Роя. Сейчас она выглядит очень тяжёлой – похоже, в неё много всего положили. Я осознаю, что среди присутствующих только я ничего не понимаю.
Я единственная озираюсь по сторонам с разинутым ртом, не зная, какой вопрос должна задать, чтобы получить ответ, а все остальные продолжают что-то делать, перебрасываясь короткими фразами. Будучи оторванной от происходящего, я чувствую, как голова становится ватной, звуки и голоса доносятся будто сквозь толщу воды, а все мысли растворяются, хотя на лице как приклеенная остаётся улыбка, которая напоминает о недавнем веселье. Но она делается натянутой и медленно сползает. Так не должно быть. Каждое движение выходит каким-то смазанным, словно я пробираюсь сквозь время, ставшее вдруг вязким. Звуки вновь обретают полноту, а картинка проясняется, только когда Лайла обхватывает мои ладони, заставляя сосредоточить всё внимание на ней.
– Послушай меня, дочка. Смотрители здесь. Тебе пора уходить. Пора возвращаться домой!
Я глупо моргаю, осознавая, что они что-то скрывали от меня всё это время. У меня множество вопросов, но всеобщее чувство тревоги заставляет меня слушать дальше, не перебивая.
– Сейчас разница между нами видна слишком отчётливо, никто не поверит, что ты наша дочь. Они могут забрать тебя на проверку и увидят твой глаз! Ты знаешь, что означают такие отметины, особенно у таких, как ты.
Я отрешённо киваю, зная, что Лайла не старается меня обидеть, просто говорит всё как есть. Странный изъян внешности у илосийки – такое вряд ли оставят без подробного обследования. В этот момент к нам подходит Рой и начинает говорить очень быстро, силясь объяснить так много, как сумеет за короткий срок.
– Я давно должен был рассказать, почему ушёл со службы, но забыл, что нашему времени вместе может настать конец. Оказался слишком беспечен. Правители Каидана давно хотели заполучить больше власти: подмять под себя остальных, вновь объединить Континент под своим началом. Вначале эти утопические идеи короля просто указывали на чрезмерные амбиции. Я был против подобной тактики ещё, когда они были озвучены только как навязчивые идеи, и не мог мириться с тем, что творилось во дворце. Уже живя здесь, по письмам от своих бывших друзей я узнал, что планы и вправду стали претворяться в жизнь около десяти лет назад. Каиданцы начали медленно захватывать контроль, а остальные даже не заметили. Большего я не успею тебе рассказать, но знай, что ты не должна попасться Смотрителям. Оказавшись на моей бывшей родине, ты не сможешь уйти. Возьми, – Рой вкладывает мне в руки увесистый кошель с деньгами. – Это поможет тебе на пути домой. Сейчас для тебя нет более безопасного места, чем Илос.
– Я положила тебе в сумку немного одежды, съестных припасов и пару кинжалов. А ещё твои капли. Никому не доверяй и не раскрывай свой секрет! – Лайла говорит торопливо, стараясь сконцентрироваться на деле, а не на эмоциях, которые отчётливо выражаются в навернувшихся слезах.
Я же слушаю и слушаю приёмных родителей, хотя смысл их слов никак не доходит до моего сознания. Я, наоборот, двигаюсь медленно, словно в тумане, не до конца осознавая, что меня отделяют лишь минуты между настоящим и тем моментом, когда я покину этот дом.
Не так я всё планировала.
Шерин хватает меня за плечи и разворачивает к себе. В её глазах стоят страх и надежда, и я вся напрягаюсь, не понимая, чего ещё следует ждать.
– Ойро, возьми Дарена с собой.
Теперь я вижу, что она знает: я вовсе не дочь Сесциа. Давно ли? Догадалась сама или ей рассказали Рой и Лайла? Почему-то я уверена, что это сделал не Дарен, он бы так никогда не поступил.
– Нет… Нет! – решительно отвечаю я. – Если мне нужно уйти, то я не потяну его с собой. Мне не нужна охрана. Я не буду ломать ему жизнь, заставляя отправиться в бега.
 
– Ойро, помоги нам. Отведи его в Илос. Иначе его заберут.
Я оторопело смотрю на маму Дарена, открывая и закрывая рот.
Помочь? Заберут?
Смысл сказанных слов слишком медленно доходит до меня. Возможно, причина не только во мне? Я смотрю на Лайлу и Роя, но те ничем не выказывают своего удивления.
Они знают.
Понимание искрой вспыхивает у меня в голове, и я перевожу взгляд на друга, замечая, что он подготовился. Тёмные штаны, рубашка, длинная мантия с рукавами и накинутым на голову капюшоном, лёгкий чёрный платок вокруг шеи, чтобы прикрыть лицо, если потребуется. На боку у Дарена висит его любимый изогнутый меч, но не деревянная копия, а настоящее оружие, за плечами болтается сумка с припасами. Я понимаю, что теперь у меня точно нет выбора. Я должна уйти. Если не ради себя, то чтобы увести друга, спасти его от неизвестной участи, которая ждёт его в Каидане. Я, скорее всего, чистокровная илосийка, и если приведу кахари в родную страну и там действительно принимают всех, то проблем у нас не возникнет. Но Дарен – сын исарийца и илосийки, и я боюсь услышать ответ на свой следующий вопрос.
– Чей у тебя Дар?
– Илоса, – чуть помедлив, отвечает парень.
Я чувствую, как по спине пробегает холодок. Теперь у него точно нет шансов.
– Почему ты раньше мне ничего не сказал?
– У каждого свои секреты, подруга, – говорит он обыденным тоном, но его губы поджаты, и впервые я не вижу даже намёка на улыбку на лице приятеля.
– Вам пора! – прерывает наш напряжённый обмен взглядами мама Дарена. – Нам сказали, что корабль Смотрителей задержался из-за бури, но сейчас они наверняка уже здесь.
Шерин торопливо, но крепко обнимает сына. Рой и Лайла также заключают меня в объятия.
– Мы ещё встретимся! – решительно заверяю я приёмных родителей, ни на мгновение не сомневаясь в своих словах. Я надеюсь, что они видят это по моим глазам. – Спасибо вам за всё!
– Пусть Теяла охраняет тебя в нелёгком пути! Если сможешь, отправь нам весточку, когда найдёшь свою семью. Нам будет спокойнее, зная, что ты в порядке, – Лайла крепко сжимает руку мужа на своём плече.
Дарен легко касается моего локтя. Он не хочет меня торопить, но я сама чувствую, что времени у нас остаётся мало. Теперь минуты могут стоить нам жизни, но если удастся попасть на Континент, то там будет легче скрыться.
– Скоро стемнеет, и мы не сможем добраться до порта, – тихо напоминает парень.
Я киваю и надеваю длинную, почти такую же, как у него, чёрную накидку с капюшоном. Она отлично скрывает от посторонних глаз оружие за моей спиной, но если дело дойдёт до боя, то вытаскивать клинки будет неудобно. Я также обматываю тёмный платок вокруг шеи и скрываю нижнюю половину лица. Накинув сумку на плечи и стараясь не смотреть на Роя и Лайлу, я выхожу из дома вслед за молодым человеком. Воздух ещё не успел остыть, но из-за неприятного предчувствия по коже ползут мурашки. Солнце совсем недавно скрылось за горизонтом, а это значит, что времени у нас остаётся очень мало. Пока полностью не стемнело, нужно найти лодку, про которую говорила Мальта.
Старуха всё предвидела! Но как?
Я чувствую раздражение на исарийку, как будто её слова навлекли на нас беду, и злюсь на себя за то, что не спросила конкретнее, как понять, на какую лодку следует сесть.
– Слишком опасно идти прямо по дороге. Лучше двинуться по холму, сверху начинается лес. Если обойти по кромке, то можно попытаться проникнуть в Город ближе к порту, – говорит Дарен, проверяя оружие и серьёзно посматривая на меня.
Я снова киваю в ответ и следую за другом, позволяя ему прокладывать путь. Только после того, как мы взбираемся на холм, я бросаю последний мимолётный взгляд через плечо на место, которое много лет служило мне домом. Но почти сразу же отворачиваюсь и смотрю в спину Дарена. Теперь у меня другая цель и другие заботы: я должна трезво мыслить и во что бы то ни стало спасти парня, помочь вывезти его с Островов. Я надеюсь, что слухи, которые он слышал от своей мамы, окажутся правдивыми, и илосийцы действительно принимают всех.