Научи меня дышать (СИ)

Оказавшись рядом с другом детства, я чувствую давно забытое ощущение. Тепло.
Мы знаем друг друга с пеленок. Пока наши родители строили совместный бизнес, мы с Максом и Викой, моей сестрой, были неразлучной троицей. Разбитая посуда, украденные домашние пирожки, первые шрамы и детские шалости, доводящие родителей до седых волос — это все про нас. Мы вместе пошли в сад, а затем в школу. Я ударил Макса в семь лет, когда он сказал, что в будущем женится на моей сестре, а он не разговаривал со мной несколько недель, когда я обыграл его в приставку. Наше общение не прекратилось даже когда он уехал в другой город, а я сменил континент.
И Макс единственный, кто знает через какое дерьмо мне пришлось пройти.
Отстраняюсь от друга и толкаю его в плечо.
— Еще немного и я бы улетел обратно.
— Не смеши. Мы оба знаем, что Вика достанет тебя на другом конце света, если ты так поступишь.
Наш громкий смех заглушает раскат грома, эхом доносящийся сквозь горы.
— Пошли, в машине все расскажешь, — Макс кивает в сторону
— Не мог припарковаться поближе? — откидываю воротник куртки, чтобы прикрыть шею.
— Сдрейфил? — в его голосе звучит вызов.
— Разве такое возможно? — оттолкнув друга, сжимаю в пальцах ручки сумки и выбегаю под дождь.
Ледяные капли пронизывают за секунду и хлещут в лицо, а в ботинках хлюпает вода. Но в эту секунду жизнь уже не кажется такой ужасной, как десять минут назад.
— Как всегда жульничаешь, — Макс нажимает на брелок и габариты машины мигают.
Мы забираемся в машину, и я взъерошиваю волосы, стряхивая с них воду.
— Просто у тебя с реакцией как всегда плохо, — отшучиваюсь я.
В нос ударяет мятный аромат, заполняющий салон автомобиля, а в глаза бросается идеальная чистота: на приборной панели не видно и пылинки. Ни капли не удивлюсь, если он опоздал из-за чистки салона. Когда приезжал в последний раз, Макс все еще водил свой старенький «Фольксваген» и даже не думал его продавать.
— Неужели ты поменял машину, — обвожу взглядом салон новенького черного «BMW».
— Пришлось, старушка уже была на последнем издыхании, — он заводит машину и выезжает с парковки. — Но она навсегда останется в моем сердце.
Друг театрально прикладывает руку к груди. Я смеюсь. Нажимает на педаль газа, машина набирает скорость, рев мотора заполняет салон. Стоит нам выехать на главную трассу, ведущую в город, как стрелка спидометра доходит до ста двадцати километров в час.
— Если повезет, то успеем проскочить пробку и не опоздаем на вечеринку.
Он обгоняет одну машину за другой, параллельно переключая музыку, лишь изредка притормаживая на поворотах.
— Как всегда, устраиваешь шикарную вечеринку? Выпивка, музыка, а на последки десерт? — поигрываю бровями.
Пусть я не смог присутствовать ни на одной из них, но судя по публикациям в социальных сетях, друг каждый раз устраивает фееричное шоу: бар ломится от выпивки и конечно же обилия девушек.
Назовите меня засранцем, но первое на что я обращаю внимание — прекрасный пол. Разве может вечеринка считаться шикарной, если на ней не будет сексапильных цыпочек, желающих завершить вечер парочкой оргазмов?
— Ты вроде как уже поел сладкого, — хохочет Макс.
— У меня никогда не было проблем с сахаром, — небрежно пожимаю плечами.
Макс закатывает глаза и переключает скорость работы дворников.
— И будет тебе известно, в этом году всем занимается Мира.
Нет, этот день все же будет отстойным.
Я рассчитывал отдохнуть, размяться после полета и хорошо провести время с другом, но никак не сидеть и слушать очередное нытье от его подружки.
Обреченно выдохнув, откидываюсь на спинку кресла и закрываю глаза.
— Да ладно тебе. Мира знает, как устраивать вечеринки, — с энтузиазмом заявляет он. — Не забыл? Она руководит моим клубом уже три года.
— Это еще не значит, что она не загубит все сегодня, — бормочу я.
— Мне уже не терпится увидеть твое лицо, как только ты переступишь порог клуба, — по его голосу, слышу, как он улыбается:
— А мне не терпится увидеть твое, когда я уйду через полчаса после начала.
 
И это я еще оптимистичен.
— Ставлю сто баксов, что как только они заиграют, ты не захочешь уходить, — в его голосе звучит вызов.
Открыв глаза, поворачиваюсь к нему и бросаю на него скептический взгляд.
— Ставлю двести, что я уйду буквально через пять минут.
— Прощайся с деньгами, — он поиграет бровями.
Я конечно понимал, что раз какое-то время живу у него, то по неволе придется с ней сталкиваться, но все же рассчитывал оттянуть этот момент.
Если вам кто-то говорит о скуке, то просто представьте тихоню, забившуюся в самый дальний угол комнаты с гитарой в руках. Такие девушки обычно зациклены на книгах, носят мешковатые вещи и если им сказать «привет», то они становятся краснее самого спелого помидора.
Сколько себя помню, Макс только и говорит о «своей Мире». Какое-то время я даже думал, что мой друг не на шутку влюбился. Хотя во что именно не особо понимал: короткие, завязанные в тугой хвост волосы, отрешенный взгляд и худоба до такой степени, что даже через одежду видны все кости. Поэтому я старался пропускать мимо ушей все, что Макс говорил о ней. Клянусь, каждый наш разговор сводился к «святой Мире».
Немного поерзав в кресле, все же отодвигаю его назад, чтобы немного вытянуть затекшие ноги.
— Ну что, твоя подружка сдалась, или у вас до сих пор эти ваши сестринско-братские отношения? — спрашиваю я, делая пальцами кавычки в воздухе.
Не могу удержаться и не задать этот вопрос. Должен же я хоть как-то развлекаться, пока буду жить у них.
Макс фыркает.
— Слушай, я устал повторять. Мира мне как сестра, и я никогда не пересплю с ней, — он искоса смотрит на меня из-под нахмуренных бровей.
— Может, она тебя просто отшила, а ты боишься признаться? — подначиваю я.
— Мира права, ты идиот, — говорит он недовольно, но на лице легкая улыбка.
Я смеюсь.
— Ладно, ладно, не бесись, я просто спросил, — поднимаю руки в свою защиту. — Значит, я могу познакомиться с ней поближе.
Мне нравится нервировать его, подтрунивая над ней. Макс на секунду переводит взгляд на меня. Я уже готовлюсь, к лекции под названием «держи от нее свои руки подальше», как друг начинается громко смеяться.
— Ты, и познакомиться с Мирой поближе? Не смеши меня, — он хлопает себя ладонью по колену в припадке веселья. — Единственное, что тебя ждет — это захлопнутая перед носом дверь нашей квартиры. И молись, чтобы она ничего тебе не прищемила.
Он так сильно смеется, что глаза начинают блестеть.
— Ты в этом так уверен? Неужели она сможет мне отказать?
Самодовольства мне не занимать.
— Я знаю Миру как свои пять пальцев. Ты к ней и на сантиметр не сможешь приблизиться, — усмехается он. — И кстати, я только сегодня сказал ей про то, что ты останешься у нас, так что будь добр, не беси ее пару дней, — говорит он, немного успокоившись.
— Ничего не могу обещать, — я пожимаю плечами.
— Она сегодня утром уже наорала на меня. Если не хочешь, чтобы она нас обоих выставила с вещами — не зли ее.
Значит, одно точно осталось по-прежнему: она до сих пор истерит и Макс безоговорочно отдал ей свои яйца. Но друг прав: он знает ее как свои пять пальцев и если говорит, что Мира может выставить нас за дверь, то, пожалуй, стоит прислушаться. Шататься по городу после перелета в поисках гостиницы мне не очень хочется. Тем более сомневаюсь, что в этом дрянном городе есть что-то приличное.
— Я разговаривал с твоими работниками вчера. Они сказали, что закончат в ближайшие время, — прерывает он мои размышления.
— Это хорошо, тебе не придется вечно сидеть на чемоданах, — усмехаюсь я.
Надо отдать Максу должное, он выручил меня с ремонтом квартиры. Лучше было изначально обратиться к нему, а не слушать сестру. Впрочем, мне всегда тяжело ей отказать. Вика так тараторила, что пора сделать из моего склепа что-то светлое, что проще было согласиться, чем каждый день выслушивать ее безумные планы. К тому же она очень убедительно каждые пять секунд упоминала о своем дипломе архитектора и том, что таким тонким вкусом как у нее обладает только один процент населения нашей планеты и мне надо ценить данную возможность.