Научи меня дышать (СИ)

Резко сворачиваю на обочину и, заглушив двигатель, выхожу под ледяной дождь. Он пронзает меня, помогает вновь спрятаться.
Я разрушаю все, к чему прикасаюсь.
Холодные капли барабанят по телу. С каждым ударом пробуждая воспоминания, которые я давно похоронила.
Я захожу в свою комнату. В ней темно, стоит затхлый запах. Вещи разбросаны по всей комнате. Одежда разорвана и валяется на полу. Перевожу взгляд на кровать и замечаю его. Он спит, зажав мою подушку между ног. Рука в штанах.
Я пячусь назад. Стараюсь не шуметь, чтобы он меня не заметил. Но он поворачивается ко мне и хищно улыбается. Все это время он притворялся спящим. Он встает и, шатаясь, подходит ко мне.
— Думаешь, сможешь просто так уйти? — слова выходят пьяным бредом.
— Не трогай меня, прошу, — умоляю я.
— Ты же сама этого хочешь, — он смотрит на меня затуманенным взглядом.
— Нет.
Я разворачиваюсь и выбегаю из комнаты. Он хватает меня за волосы и со всей одури бьет по лицу. Я кричу и на время теряюсь в пространстве. Страх смешивает с паникой, сковывая тело, а боль притупляет мысли. Он прижимает меня к стене и, заламывая одну руку, тянется к моим шортам.
— Умоляю, не надо, — плачу я и пытаюсь вырваться.
— Не дергайся или будет больно, — шипит он на меня.
Я вырываюсь, кричу. Все громче и громче. Он бьет меня в живот. И на мгновение я перестаю дышать. Как будто весь воздух вокруг меня исчезает. Он бьет меня по лицу и дергает рукой шорты, срывая их вниз.
Кто-то хватает меня и прижимает к себе. Я вырываюсь, не понимаю, происходит это в воспоминаниях или в реальности.
— Мира, что ты делаешь? — кто-то кричит мне.
Поднимаю голову и вижу Никиту. Он с беспокойством всматривается в мои глаза, откидывает со лба мокрые волосы и часто моргает от проливного дождя, а затем обнимает за плечи, прижимает к себе и шепчет:
— Пошли.
Он аккуратно усаживается меня в машину и через мгновение оказывается рядом.
— Где Макс? — спрашивает он, выключая печку. — Я отвезу тебя домой.
— Нет! — восклицаю я. Я не могу сейчас вернуться. — Отвези меня к себе, — прошу я.
В глазах парня отчетливо видно сомнение, но он, слабо кивнув, соглашается.
  
Глава 34
 
Богдан
— Ты отпустил ее! — цежу я сквозь зубы.
Громкий хлопок входной двери разрезает пугающую тишину в квартире.
— Ты не понимаешь, — Макс качает головой. — Так было нужно.
Откинув со лба мокрые волосы, испепеляю друга взглядом. Он садится на край дивана и, опустив голову, обхватывает ее руками.
— Не понимаю? Ты издеваешься, черт возьми?! — провожу ладонью по лицу, убирая капли дождя. — Макс, ты видел ее состояние? А если Мира разобьется? Об этом ты подумал?
Он молчит, лишь прерывисто дышит и судорожно водит ладонями по волосам.
Обжигающая ярость заполняет меня, грозясь выплеснуться наружу. Но сейчас это не выход. Я должен найти ее и вернуть, пока Мира действительно не попала в неприятности.
Разворачиваюсь и захожу к себе в комнату. Переодеваюсь в теплый спортивный костюм, просушиваю волосы полотенцем и присаживаюсь на край кровати, чтобы перевести дыхание. Только сейчас понимаю, что все это время каждый вдох давался с большим трудом. Грудь сдавливает от страха, а по телу пробегает леденящая дрожь, стоит только представить возможные варианты последствий.
Ушла.
Чертова секунда, и Мира снова сбежала от меня. Я всего лишь на мгновение ослабил хватку, подумал, что достучался до нее, но она вновь поступила по-своему. В ее глазах было столько страха, боли и отчаяния.
Эта женщина просто уничтожала ее. Я слышал не так много из их разговора, но отчетливо видел, как она добивала Миру каждым словом и наслаждалась этим. Как она смотрела на нее и улыбалась, когда Мира все больше съеживалась и превращалась в пустую оболочку.
Мне хочется найти ее, обнять и сказать, что все это не имеет значения. Пусть довольно банально, но порой именно в простоте кроется истина. Не имеет значения, что эта женщина, называющая себя ее матерью, пыталась добиться своим появлением, но это в прошлом.
 
Бросаю полотенце на кровать, беру с тумбочки телефон и выхожу из комнаты.
Макс меряет гостиную шагами.
— Ты куда? — спрашивает он, обернувшись ко мне.
— Искать Миру. Где она может быть?
Он упрямо молчит.
— Ты действительно не пойдешь ее искать?
— Мира всегда возвращается. Ей просто надо побыть…
— Да хватит нести этот бред! — гневно обрываю я его. — Если хочешь сидеть в тепле — валяй, но я не собираюсь делать вид, что ничего не произошло. Эта женщина уничтожала ее и это не просто паническая атака. Она… Она наслаждалась происходящим.
— Знаю, — с горечью шепчет Макс.
Заметив мой изумленный взгляд, друг запускает пальцы в волосы и взъерошивает их.
— Это ее отчим сделал? — слова даются слишком тяжело.
Макс закусывает губу и закрыв глаза, прерывисто выдыхает.
Эта реакция куда более красноречивее любых слов и объяснений. Я догадывался, что Мире кто-то причинил вред. Это не глупый разрыв или неудавшаяся любовь. Нет. Кто-то причинил ей настолько сильную боль, что она разорвала ее изнутри на мелкие частички, которые Мира отчаянно пытается собрать воедино. Но я подумать не мог, что этот кто-то был тем, кто должен был ее защищать и беречь.
И сейчас она одна. Неизвестно где. Прячется в своем страхе и боли.
— Где ее искать? — повторяю свой вопрос.
— Обычно Мира сидит под причалом на набережной.
— Сейчас ее там не будет. Мира понимает, что я буду ее искать.
Взгляд Макса становится растерянным. Он оглядывает комнату и задерживается на двери в ее комнату. Там, где мы были счастливы всего пару часов назад.
— Я не знаю, — едва уловимо шепчет он.
Направляюсь в коридор. Обуваюсь и беру с тумбочки ключи от ее машины. Макс подходит ко мне и снимает с крючка ветровку.
Молча разворачиваюсь и выхожу в подъезд. Сев в машину, сжимаю пальцами руль и делаю глубокий вдох. В салоне пахнет кокосом и морской свежестью. Пахнет Мирой. В подстаканнике стоит стаканчик из-под кофе, который она забыла вчера выкинуть, а на пассажирском сидении лежит мой фотоаппарат.
Всего лишь за пару часов все изменилось на сто восемьдесят градусов.
Заметив Макса, убираю фотоаппарат на заднее сиденье и поворачиваю ключ зажигания. Включаю дворники, чтобы убрать налетевшую на лобовое стекло листву. Сильный ливень превратился в легкую морось. Когда друг садится рядом, я не спеша отъезжаю от дома.
Мы бесцельно ездим по городу. Одна улица сменяется другой. Парки и скверы, набережная и окраина. За все это время ни один из нас не проронил и слова. Макс только периодически что-то печатает в телефоне, а затем сжимает его и отворачивается к окну.
Я все еще зол на него. Мира могла кричать, разрушить все вокруг. Она могла сделать все что угодно, но она была бы рядом, если бы он ее не отпустил. Она была бы в безопасности.
— Расскажи мне, — прошу я.
Он все также не поворачивает голову в мою сторону и это начинает выводить из себя.
— Когда Мира была в больнице, она не навещала ее. Господи, Богдан, ей было шестнадцать, а ее мать даже не пришла ее проведать, — угрожающе тихо говорит он.
— Как давно Мира содержит мать?
Он резко оборачивается ко мне и впивается взглядом.
— В каком смысле? — его голос подскакивает.
— Я слышал, как она требовала деньги и сказала, чтобы Мира позвонила ей, если не хочет проблем.
Макс злобно усмехается и откидывает голову назад.
— Видимо она не переставала это делать. Первый раз, я узнал об этом, когда мы были на втором курсе. Я не понимал, зачем ей еще одна работа, — я бросаю на него гневный взгляд. — Поверь, я в принципе был против, чтобы она работала, но Мире так было легче. А потом я увидел счета по картам, узнал, что она шантажирует Миру, и запретил давать деньги. Но она снова решила поступить по-своему, — фыркает он.