Научи меня дышать (СИ)

Мира проспала практически весь вчерашний день, вставая только для того чтобы привести себя в порядок и вернулась к себе в комнату. Макс тоже не выходил от нее и изредка до меня доносились ее тихие всхлипы и шепот друга. Я сдерживал себя, чтобы бесцеремонно не ворваться в комнату, схватить ее в охапку и стереть грусть с ее глаз.
— Доброе утро, — раздается надломленный хриплый голос в утренней тишине.
Поднимаю голову и замечаю Миру. Она неуверенно переминается с ноги на ногу в кухонном проеме, опустив взгляд в пол.
— Доброе, Колючка, — слова так легко слетают с языка.
Ее губ касается легкая улыбка и она делает шаг вперед.
— Я смотрю у кого-то бессонная ночь, — она кивает на полный кофейник.
— Вроде того.
— Может ты еще и завтрак приготовил? — достает из шкафа кружку и наливает себе кофе.
Мира стоит спиной ко мне, все еще избегая моего взгляда. А мне хочется подойти ближе, обнять ее и притянуть к себе, чтобы вдохнуть ее приятный аромат и убедиться, что с ней все в порядке.
— Подумал мало ли ты захочешь проявить чудеса кулинарии, — стараюсь говорить непринужденно, поддерживая легенду, что все в порядке.
— Пожалуй, последнее о чем я думаю — готовка. Но я бы с радостью что-нибудь съела, — Мира становится вполоборота прижимая к груди кружку с кофе. — Макс проснется и сходит за завтраком.
— Зачем ждать, если мы можем организовать сами.
Богдан, тормози. Тебе это совершенно не нужно. Ты же знаешь чем все может обернуться.
Мира поворачивает голову и прядь волос выбивается из-за уха и падает на лицо. Несмотря на то, что с самого утра уже жарко, Мира в объемной толстовке, доходящей до середины бедра и свободных шортах. Волосы слегка растрепаны после сна и несмотря на бледность кожи, на щеках все же есть легкий румянец. Ее губ касается легкая улыбка, а взгляд становится задумчивым. Она внимательно всматривается в меня, будто вспоминая, как мы провели прошлую ночь. Как она молчаливо делилась со мной своим самым страшным кошмаром, позволяла разделить его и забрать себе. Пусть ненадолго, но она была не одна.
— Ты не обязан, — вдруг произносит Мира. — Не жалей меня.
— Даже не собирался, — захлопываю ноутбук и отодвигаю его.
В голове полно вопросов. Как ты себя чувствуешь? Кто сотворил с тобой такое? Что за мерзавец погасил огонь в твоих глазах?
— Я хочу есть, ты тоже. Не вижу причины, чтобы не сделать это прямо сейчас, — подхожу ближе и беру из ее рук кружку.
Наши пальцы соприкасаются в мимолетном жесте и Мира поднимает голову. За страх, все еще живущий в ее глазах, хочется проклясть весь мир.
— Позавтракай со мной, — прошу я хрипло.
— А что дальше? — ее взгляд не отрывается от моего лица.
Я уеду. Оставлю тебя здесь. Ты будешь собирать себя по осколкам, а я разрушать свою жизнь в Нью-Йорке.
— Мы выпьем кофе и съедим самую отвратительно сладкую булочку какую только найдем. Ты опять накричишь на меня за какую-нибудь мелочь, а я продолжу шутить.
— Да ты мазохист.
— Возможно, но рядом…
— Мира, — прерывает нас голос Макса.
Он влетает в кухню и его тревожный взгляд задерживается на наших руках, обхвативших одну кружку и являющуюся единственной преградой разделяющей нас. Если не считать тайн прошлого, кошмаров и суровой правды.
Мира отстраняется от меня, делает шаг назад и вновь становится недосягаемой.
— Я приготовлю завтрак, — говорит Макс, становясь между нами и оттесняя меня к окну.
Не разрушай ее…
Возможно Макс прав. Я разрушу ее. Оставлю после себя руины и сделаю еще хуже.
Проклятье.
  
Глава 18
 
Последняя неделя превратилась в знаменитые девять кругов ада. Макс любыми путями пресекает все попытки Миры выйти на работу. Он чуть не уволил бармена, который принял конверт с загадочными фотографиями, сутки напролет просматривает камеры, чтобы понять кто это мог быть и до такой степени опекает Миру, что мне самому становится тошно от чрезмерной заботы, что уж говорить о той, которая привыкла сама распоряжаться своей жизнью.
 
Возможно именно поэтому я вижу, как Мира спускается по ступенькам и, повесив рюкзак на одно плечо, уверенной походкой направляется к барной стойке.
— Доброе утро, — она садится на высокий барный стул и упирается локтями в деревянную поверхность столешницы. — Можно мне кофе?
Забыл упомянуть, с недавних пор я теперь помогаю другу, пока он не найдет нового сотрудника. Благо у меня есть опыт: пока фотография не стала основным и довольно хорошим заработком, я на протяжении года выходил в ночной клуб и был тем, кто помогал заполнять пробоины в душе алкоголем.
Изгибаю бровь и смотрю на нее.
— Что? Только не говори, что ты, как и мой зануда-друг за то, чтобы я сидела дома.
Она недовольно фыркает.
— Я хочу убедиться, что он не разрушил то, что мы с таким трудом создавали.
— Я слова не сказал.
— У тебя такой же надзирательный взгляд. Только проболтайся ему и вылетишь с работы, — она легкомысленно пожимает плечами.
— А вот с этим могут возникнуть проблемы. Я тут по доброй воле и кажется, инициатива все же наказуема: начальство не ценит своих сотрудников.
Она едва заметно улыбается и прикусывает губу.
— Так могу я получить свой кофе? — Мира склоняет голову набок.
— Постараюсь не ударить в грязь лицом.
Когда я подхожу к кофе-машине, мой временный напарник уступает мне с улыбкой место. Поворачиваю холдер и жду пока перемелется кофе. Когда кружка наполняет ароматным и терпким напитком, беру молоко и взбиваю пену. Мира безотрывно следит за каждым моим движением.
Я скучал по нашим перепалкам. Скучал по ее шуткам и едким замечаниям. С этого началось наше знакомство и так продолжалось на протяжении всего времени. Даже те мимолетные улыбки, на которые она была способна в эти серые дни приносили мне радость.
Знаю, что Мира не приняла, то что с ней произошло: она игнорирует любое напоминание о том дне. Даже сейчас пришла на работу, лишь бы показать, что жизнь продолжается и она точно хочет вновь обрести контроль, которым так дорожит.
И все же я рад, сейчас видеть улыбку на ее губах. Мне не хватало ее.
Нет ничего страшного, если я признаюсь в этом только себе. Пусть и слышу тревожный звоночек в голове.
Ставлю кружку с кофе и складываю руки на груди.
Мира с подозрением смотрит на напиток, медленно подносит его к губам и делает глоток. Пусть я и не профи, но все же смог нарисовать на пенке улыбающийся смайлик
— Не плохо, — она пожимает плечами. — Но все же надо немного подучиться.
— Перейдем к персональным мастер-классам?
— Только если с Максом. Эта зона находится исключительно под его управлением.
— В первый день мне так не показалось.
Закусив губу, она с прищуром смотрит на меня, а затем берет кружку и встает.
— Если мы начнем препираться, то у меня не останется времени на работу. Так что пока не нагрянул Макс и не включил режим заботливого старшего брата, я бы предпочла удалиться, — Мира вновь подносит кружку к губам и делает глоток кофе. — И Богдан… Спасибо, — шепчет она. — За все.
Эта благодарность точно относится не к кофе.
— Всегда твои услугам, босс, — салютуй ей рукой.
Раз Мира хочет показать, что жизнь продолжается дальше, так тому и быть.
Она улыбается и уходит в сторону свободного столика. Мира кладет рюкзак на соседний стул и, достав ноутбук, ставит его на стол. Рядом с ним кладет блокнот, ручку, еще раз все проверяет. Даже такие элементарные действия у нее четко распланированы.
Оглянувшись по сторонам и, убедившись, что в зале все спокойно, она погружается в работу.
Я принимаю несколько заказов, но мой взгляд все время возвращается к упрямой девчонке, сидящей в самом дальнем углу зала. Неосознанно я слежу за каждым ее движением, за тем, как напрягаются ее плечи, когда к ней подходит гитарист их группы. Как она натянуто улыбается и намеренно создает между ними дистанцию: подбирает под себя ноги и ставит на них ноутбук. Как вжимается в кресло и машинально кивает на каждое его слово.