Торжество любви

— Ничего подобного! — твердо проговорила она. — Я искала работу, чтобы было на что издавать журнал, и когда Николас предложил мне поработать у него, я согласилась. Вот и все. — Даже ей самой объяснение показалось очень убедительным, тем более, что это чистая правда, а уж люди сами решат, как к нему относиться. Но, то обстоятельство, что объяснение не было полным, Бетани упустила из виду.
Миссис Росс удовлетворенно кивнула.
— Верю вам, дорогая. Вам повезло, Николас прекрасный человек! Если б моя внучка не была обручена...
Вне всякого сомнения, половина мам, пап, бабушек и дедушек округи тешила себя подобными мечтами. Почему Николас не встречается ни с одной местной девушкой? — подумала Бетани с удивлением, но тут же вспомнила, что всего несколько месяцев назад он жил в Мельбурне и был по уши влюблен в красавицу Лану Синден. Вернувшись в Ярравонгу, он крутился как белка в колесе, разрываясь между работой и маленькой племянницей. Но одиноким пробыл бы недолго, и как только стал бы появляться в местном обществе, женщины быстро бы проторили тропинку к его двери.
От этих мыслей ее отвлекли сотни миниатюрных вещиц на полках, которые она стала с интересом рассматривать и даже купила несколько для своего кукольного домика, оставшегося дома, в Мельбурне, — коврики ручной работы, комплект из покрывальца и занавесочек, которые были гораздо изящнее, чем те, что продавались на ярмарках для коллекционеров.
— Зашли бы в мою мастерскую, посмотрели бы фотографии моих покупателей, которые они прислали мне, — упрашивала пожилая женщина.
Бетани посмотрела в окно. Николас все так же сидел в машине, шляпа по-прежнему надвинута на глаза. Наверняка он не рассердится, если она задержится еще минут на пять.
— С удовольствием, — ответила она. Мастерская была еще меньше по размерам и еще больше завалена, чем магазинчик. Миссис Росс стала извиняться за беспорядок, но Бетани ей возразила:
— Из этого хаоса рождается чудо, сотворенное вашими руками. Трудно поверить, что все, что продается в вашем магазине, сделано вами.
— Буквально все, — подтвердила миссис Росс с гордостью. — С тех пор, как мистер Росс отошел в мир иной, я все время провожу здесь, в моем маленьком мирке. И не жалею — со всей Австралии ко мне приходят письма от моих покупателей с вложенными снимками, на которых видно, как смотрятся мои вещицы в их кукольных домиках.
Она жестом пригласила Бетани к стене, где были развешаны фотографии. На одних гордые владельцы кукольных домиков позировали на их фоне, на других домики были открыты, чтобы было видно их внутреннее убранство. Вдруг Бетани осенило.
— Некоторые из этих фотографий вызовут огромный интерес у читателей. — Она наклонилась, чтобы рассмотреть нижний ряд. Три снимка пожелтели, и уголки у них свернулись.
— Вот! Что вы можете сказать о них? — спросила ее старушка.
Бетани внимательно рассмотрела фотографии. На них был изображен кукольный домик явно прошлого столетия, обставленный замысловатой старинной мебелью.
— Он просто великолепен! — воскликнула она.
Хозяйка зарделась от гордости, и Бетани решила, что этот домик — семейная реликвия миссис Росс.
— Это кукольный домик Фрейксов, — вдруг проговорила старушка. — Ребенком я видела его, но потом мы переехали и больше я о нем ничего не слышала. Попросите Николаса, может, он вам расскажет. — Она таинственно понизила голос: — Хотя после того, что случилось, Николас относится очень болезненно ко всему, что касается домика. Да это и понятно.
Старушка наклонилась к Бетани, словно намереваясь посвятить ее в детали происшедшего.
Такая таинственность испугала Бетани, и она покачала головой:
— Пусть лучше он сам расскажет мне об этом, когда сочтет необходимым.
Но миссис Росс ничуть не смутилась.
— Я не удивлюсь, если он вообще ничего не расскажет, дорогая. Для юного Николаса те времена были не из легких. Он...
Услышав покашливание, Бетани обернулась. В дверном проеме стоял Николас собственной персоной с малышкой на руках. Он был вне себя от ярости. Бетани никогда не видела его таким.
 
Казалось, миссис Росс ничего не заметила.
— Николас, рада вас видеть! А мы только что говорили о вас.
Вот уже во второй раз он застает Бетани за весьма неприглядным занятием — у него за спиной она шепчется с людьми, которые знают его с детства, — и перекошенное от гнева лицо лучше всяких слов говорило, что он ни за что не поверит в ее невиновность.
— У миссис Росс сохранилось несколько чудесных старых фотографий с изображением кукольного домика Фрейксов, — неестественно громко проговорила Бетани, чтобы как-то снять напряженность.
— Вы можете взять эти фотографии с собой, если хотите, — предложила миссис Росс, протягивая Николасу пожелтевшие фотографии.
Он взял фотографии так осторожно, словно они могли ужалить.
— Лучше я отдам их Бетани, раз домик вызывает у нее такой повышенный интерес, — холодно сказал он.
Ей хотелось ответить, что она не заслуживает такого отношения к себе, потому что на фотографии наткнулась случайно и ничего не выспрашивала у словоохотливой старушки. Но дело сделано — их отношениям нанесен серьезный удар.
— Мы, пожалуй, поедем, а то Мари устанет, — сказала Бетани миссис Росс.
— Бедная крошка! Как хорошо, что у нее есть дядя Николас, а то бы она осталась одна-одинешенька на всем белом свете, — простодушно проговорила пожилая женщина.
— Уж чего-чего, а этого с ней никогда не произойдет, — проговорил Николас таким свирепым тоном, что Бетани испуганно посмотрела на него.
— Спасибо, что все мне показали. Я вам позвоню, и мы уточним время, когда мне подъехать к вам для интервью, — проговорила Бетани, делая ударение на слове «интервью» специально для Николаса, чтобы он не подумал, что она станет вытягивать из старушки какие-нибудь сведения о его семье. Коль скоро с кукольным домиком Фрейксов связано что-то скандальное, ей хотелось бы услышать правду от самого Николаса. Но ему, по всей видимости, легче отправить ее обратно в Мельбурн, чем поделиться семейными тайнами.
Он молча усадил Мари в ее креслице и пристегнул ремнем, но когда сел за руль, то, обернувшись к Бетани, заговорил, дрожа от гнева:
— Вы, я вижу, не успокоитесь, пока не узнаете всю эту гнусную историю?
Это было уж слишком!
— Николас, что бы вы там ни думали, я миссис Росс за язык не тянула! Она сама настояла, чтобы я посмотрела ее коллекцию фотографий. У вас нет никаких оснований злиться на меня!
Он еще крепче сжал руль.
— Не очень-то вы ее отговаривали, когда она начала свой рассказ.
— Какой рассказ! Она просто упомянула, что с этим домиком связано какое-то скандальное дело, вот и все!
— Тогда позвольте просветить вас. Я ненавижу этот «кукольный домик Фрейксов», как вы его называете, потому, что он погубил нашу семью.
 ГЛАВА ПЯТАЯ 
Бетани судорожно сплела пальцы рук в замок.
— Я вас не понимаю, — растерянно проговорила она.
Николас процедил сквозь стиснутые зубы:
— Как только я удовлетворю ваше любопытство, что вы сделаете — останетесь, или тут же уедете?
Еще совсем недавно ее ответ был бы прост, как дважды два. Она затем и приехала в Ярравонгу, чтобы узнать о судьбе этой реликвии. Но, с другой стороны, она прекрасно понимала, что не только меркантильные соображения удерживают ее здесь.
— Расскажете вы мне о домике или нет, я буду сидеть с Мари до тех пор, пока вы не найдете ей постоянную няню, — тихо проговорила Бетани, полностью отдавая себе отчет, что это только часть правды. Другая часть заключалась в том, что ее как магнитом притягивал к себе сам хозяин поместья. Слишком далеко она зашла и уже была не в состоянии все бросить и уехать. Кстати, первым шагом стал тот самый поцелуй в первый же день приезда в Ярравонгу.
Бетани вздрогнула от внезапно промелькнувшей мысли и поспешно добавила: