Танцуя во тьме (СИ)

- Ну да, правильно, как-то я забыл. Ну тогда замечательно.
Проводив меня до дверей камбуза, он коротко, но жарко поцеловал меня на прощание и ушел. А я еще некоторое время испуганно озирался… Ну не привык я еще так выставляться на всеобщее обозрение. Толкнув дверь, я увидел Уго, сидящего за столом и задумчиво прихлебывающего таир.
В общем, Мэлю я сказал правду, до ночи я вряд ли освобожусь. Пока мы с Уго наобнимались, пока он вытряс из меня все, что я помню и не помню, пока Уго в лицах пересказывал эпопею моего освобождения, мы с ним приговорили три чайника таира и огромную тарелку печенек.
Рассказывая, Уго залихватски улыбался. Я же слушал, раскрыв рот.
- Ты так напитал разведчика, что нам хватило энергии не только на полог невидимости, но и на то, чтоб взломать защиту лайнера. Я сам лично вел капитана Тонга. Сколько на этом лайнере ловушек, убиться можно. Просто чудо, что мы смогли все обнаружить и вывести вас обратно. Мы конечно, напрочь сожгли операционку, и этот разведчик теперь просто груда металлолома, но вас вытащили! Йоху! Как мы уходили, это отдельный разговор, почти вся электроника погорела, еще полог какое-то время продержался, но фактически мы просто дрейфовали в космосе, пока нас не подобрала «Зулисса». В общем, – Уго счастливо вздохнул, – это была самая потрясающая авантюра из всех, что я знаю! И я горд тем, что участвовал в ней от начала до конца.
- Ахренеть…
Это все, что я был способен сказать. Вот это мы погуляли…
Скрип двери и на пороге возник высокий парень в форме стрелков с коротким ежиком волос.
- Уго, можно с тобой поговорить?
Я понимающе улыбнулся Уго и соскользнул со стула.
- Увидимся, друг.
Выйдя в коридор, я задумался, найти нашу с Мэлем каюту было в принципе нереально, если только… Я потянулся мысленно к теплому маленькому комочку. Здравствуй, дружок, поможешь? Ощутив в ответ ласковое тепло и довольное сопение, я улыбнулся.
Я глубоко вздохнул, осторожно гладя его мягкую шерстку и нежные ушки. Хороший мой, я тоже соскучился. Мыша весело возился под моей ладонью, его черные глазки смешливо посматривали на меня, словно его приводил в радостное недоумение мой топографический кретинизм. Я буквально видел его хитрую усмешку на лукавой мордашке. Ах, ты ж, маленький разбойник! Смеешься над хозяином? Не стыдно, моське? Мое шутливое негодование было встречено ехидным пофыркиванием, что де он просто счастлив, помочь любимому хозяину. Я потрепал его по головке, аккуратно взъерошив шерстку. А Мыша доверчиво подставлял спинку, утыкаясь своим розовым носиком мне в ладонь.
Пойдем в каюту, малыш, мне почему-то ужасно хочется полежать в ароматной пене. Мыша согласно пискнул, и направление само собой возникло у меня в голове.
Тихо мурлыкая себе под нос немудреную песенку, я шел, еще не зная, какой дивный сюрприз мне приготовила эта самая ванна.
 ***
- Ты должен вернуться ко мне, Уго. Я понимаю, что поступил, как последний болван. Ну занесло меня, не спорю. Но сейчас все будет по-другому, я обещаю. Уго, посмотри на меня.
Глядя на парня, сидящего напротив, он с удивлением спрашивал себя, неужели совсем недавно, он, Уго, был так влюблен в него? С каким восторгом он ловил смешливые искорки в этих зеленых глазах, с каким удовольствием подставлялся под эти губы. Вспоминал, как его неверность рвала на лоскуты его душу. И это было еще совсем недавно. А сейчас глядя на него, Уго почти с равнодушием отмечал, что волосы у него отросли, и зачесывает он их немного иначе, и ждать не мог дождаться, когда же окончится эта ненужная встреча. Перегорело все. И давно. И не стоит ворошить прошлое, да и было ли там что серьезное, теперь, спустя время Уго в этом очень сомневался. Вернее не сомневался. Не было.
- Уго, послушай меня. Мы можем начать все сначала, забыть прошлое.
Крупная рука, сверкнув молнией стрелков на рукаве, накрыла его, лежащую на столе. И это было… неприятно. Уго осторожно вытянул пальцы из тяжелого захвата и обнял ладонями кружку, греясь о ее горячие бока.
- Уго, детка, ну прости меня, дурака. Я прошу, вернись ко мне, сейчас у нас все получится.
 
Скрипнула дверь и в столовую вошли солдаты из инженерного отдела. Смеясь и переговариваясь, они обустраивались за столом в ожидании обеда, и приветственно кивая Уго, сыпали последними новостями. Уго с облегчением вздохнул и поднялся.
- Нет, у нас ничего больше не получится. Я рад, что ты спасся, рад, что у тебя сейчас все хорошо, но вместе мы больше не будем. И если тебе тяжело быть просто моим другом, значит, мы станем просто знакомыми. Тихого дня тебе.
Выходя из столовой, Уго растерянно вздыхал. Он совсем расклеился, раз Зару так легко подловил его с этим разговором. Кто ж знал, что спустя столько времени он решит реанимировать их давно почившие отношения. Нет. Ни к чему это все. Не тот разговор, не тот гархарин. Не его сейчас хотел видеть Уго. Не его.
Провожая взглядом удаляющуюся спину Уго, Зару задумчиво прищурился. Уго просто обижен и набивает себе цену. Он самодовольно хмыкнул. Уго вернется. В конце концов, его можно поторопить, напомнив, что он потерял, когда оттолкнул его, Зару…
Таких матюгов «Зулисса» еще не слышала. В диком бешенстве, я вспоминал по матери всё и вся. Вот нутром чуял, зеркало меня сегодня не порадует, но кто ж знал, что эти твари отчебучили! Блядь! Попинав дверь еще пару минут, я, запыхавшись, упал на кровать. Суки! Злоба буквально душила меня, казалось, еще чуть и из ушей повалит дым, а сам я буду плеваться огнем.
Мэль появился на пороге каюты как призрак.
- Алис, что произошло?
- А?
Я сел на кровати, разглядывая Мэля. Напряженная, пружинистая походка, хищный прищур глаз… Ммм… Обожаю, когда он такой… Сквозь ресницы смотря на подходящего Мэля, я слегка облизнулся, с внутренней дрожью замечая, как в ответ полыхнули его глаза, а взгляд задержался на моих губах.
- Алис… Мне сказали, здесь кто-то кричал?
Он подошел уже совсем близко, носки его шикарных кожаных сапог почти касались моих ботинок, а сам я слегка откинулся на руках, глядя на него снизу вверх. Мой взгляд лениво скользил с серебристых заклепок украшающих голенища вверх по крепким ногам, обтянутым черными штанами, по нашивкам на форменном кителе… Всегда любил мужчин в форме. Я говорил уже? Да… Зато теперь я знаю, кто в ней самый… аппетитный.
- Так что случилось?
Застегнутый на все пуговицы, с невозмутимым лицом, Мэль вызывал во мне дикое желание вцепиться в него, рвануть ворот на кителе так, чтоб пуговицы разлетелись во все стороны, и впиться в его шею, покрывая ее жадными поцелуями, оставляя на ней понятные каждому метки. Так, чтобы никто даже не усомнился, ЭТОТ мужчина занят.
Мной.
- Алис?
Обожаю его низкий, чуть хрипловатый голос, от которого так сладко вздрагивает позвоночник. Подняв взгляд, я поразился переменам в его лице. Оно уже не было невозмутимым. Черты его заострились, глаза полыхали багровыми углями, а ноздри хищно вздрагивали. И лишь побелевшие костяшки на сжатых кулаках, выдавали его усилия, чтобы оставаться неподвижным. Медленно протянув руку, я провел ногтями по его бедру, постепенно поднимаясь выше, до тех пор, пока пальцы не коснулись пояса. Сжавшись на нем мертвой хваткой, и чувствуя шелковистую кожу, покрывавшую его каменные мышцы, я понял: если я не получу его немедленно, я просто умру… Потом возможно, я поудивляюсь себе и своим сумасшедшим порывам, но это будет потом. Сейчас я знал одно, Мэль мне необходим. Кровь гулко билась в ушах, сердце вообще, по-моему, забыло, что надо делать, оно то билось, как сумасшедшее, то замирало так, что у меня перехватывало дыхание. Не отводя взгляда, я аккуратно потянул за ремень, тягучим, слитным движением вынимая его из шлёвок.
Глаза Мэля сузились и тут же пыхнули таким жаром, что я буквально весь покрылся испариной. Облизнув пересохшие губы, я медленно, путаясь в пальцах, расстегивал его штаны. В глазах у меня все плыло, терпкий запах Мэля кружил голову, ноздри возбужденно трепетали, втягивая его, насыщаясь им.