Танцуя во тьме (СИ)

Ниро обернулся, подавив в себе очередной вздох. Широко распахнутые, напуганные глаза Дису, влажные ресницы, трогательно слипшиеся стрелочками, и нежные вздрагивающие губы… Ну чисто ребенок, обиженный злыми дядями. Ниро привлек его к себе, обнимая и слегка укачивая.
- Ниро, я никогда не думал, что это так страшно, когда стреляют. Я так испугался. Я до сих пор дрожу, хотя мы спаслись и уже далеко отлетели. Нам ведь теперь ничего не угрожает, правда, Ниро?
- Нам-то да, мы сумели ускользнуть. Все-таки разведчик – не бот, и его так легко не сцапаешь. Повезло, что с нами был пилот, и что оставался еще один разведчик. Но, Дису... – Ниро слегка отстранил его. – Ты ни о ком не хочешь спросить?
- О ком? – Дису непонимающе хлопнул ресницами. – И вообще, Ниро, почему ты выбрал такую неудобную каюту? Вечно тебя тянет к машинному отделению, да еще и поближе к реактору…
- Дису? – Ниро почти рявкнул.
- Что? – Он все так же искренне не понимал, чего от него хотят.
- Ты не хочешь спросить о брате?
- А что о брате? Разве он не погиб? Это конечно, так печально, но ты ведь не бросишь меня? – Огромные глаза Дису наполнились слезами. – Я же теперь остался совсем один. Бедный Сали, бедный мой братик.
Дису изящно всхлипнул и закрыл лицо ладонями. Его хрупкие плечи вздрагивали, а длинные волосы скрыли его словно потоки дождя. Не глядя, Дису протянул тонкую руку, и Ниро обхватил его влажные пальцы. Снова обняв его, Ниро недоумевал, чего ради он рассердился на малыша? Ведь и дураку ясно, Дису просто в шоке и еще не осознал гибели брата. Хотя, видит Айюма, как сильно Ниро мечтал, чтобы капитан выжил.
Дису пригрелся в его объятиях и довольно засопел. Ниро все так же гладил его по голове, размышляя.
- Ай! Что там у тебя, Ниро?
Оказалось, это волосы Дису зацепились за кольцо. За кольцо Уго. Дису рассматривал его, вертя руку Ниро во все строны.
- Какое милое колечко. Очень даже симпатичное. Ниро, я хочу его померять, дай, пожалуйста.
- Н-нет…
Ниро было физически неприятно, когда Дису касался кольца, хотя, казалось бы, какая разница? Это же просто кольцо… И тем не менее, Ниро не понравилось, когда Дису попытался стянуть кольцо с его пальца и отнял у него руку.
- Ниро? Неужели тебе жалко для меня какого-то кольца?
- Какого-то, может и не жалко, а это – нет. Не трогай.
- Ниро…
Дису остановившись, смотрел на него, как-то странно сузив глаза.
- Ниро, отдай мне кольцо… Пожалуйста…
- Нет.
-Ниро…
- Я сказал, нет.
Было невероятно тяжело смотреть в эти потрясающие глаза, видеть эту восхитительную улыбку на нежных губах и отказывать в какой-то мелочи… Нет. Ниро сжал кулак. Кольцо Уго – не мелочь. И он его не отдаст. Никому.
- Дису, не веди себя как неразумное дитя. Я…
- Ниро. Отдай. Мне. Кольцо.
Дису жестко смотрел ему в глаза, и… Дису? Жестко? Да полно… Да быть того не может… Или?
- Ниро. Я жду.
- Дису, я…
- Ниро. Кольцо.
- Нет. Нет! Оно слишком важно для меня. Так что, нет. Тебе придется найти себе новую игрушку.
Ниро отвернулся, краем глаза успев отметить совершенно обалделое, несчастное лицо Дису. В душе свербила маета, будто он пнул беззащитного ребенка. Хотелось обернуться назад и, обняв Дису, пообещать ему все, что он пожелает. Но вот кольцо… Отдать его – это окончательно и бесповоротно потерять Уго… Нет. На это он никогда не пойдет. Даже ради Дису.
- Ниро…
Тут корабль тряхнуло, потом еще раз, да так, что Ниро едва устоял на ногах, придерживая Дису. Тот испуганно жался, пряча лицо у него на груди и щекоча кожу в открытом вороте своими длинными ресницами и теплым, влажным дыханием.
- Что происходит?
- Подожди, я пойду в рубку к парням. Сейчас узнаем…
Ниро торопливо шагал по коридору. Дису, столь же торопливо, практически бежал за ним вслед. Корабль дернулся еще раз и замер, на сей раз, их все-таки уронив. Послышался шум открывающихся шлюзовых дверей, и поднимающемуся с пола Ниро в лицо уткнулось дуло плазменной винтовки.
Когда их всех, спасшихся на разведчике в количестве шести штук, вывели из кораблика, в огромном техотделе лайнера уже ждала встречающая делегация. Затянутые в черную униформу солдаты с оружием наперевес. И высокая фигура в светлых одеждах, монолитом стоявшая в центре. Глаза из-под тяжелых век с удовольствием оглядывали скованных новых гостей их шикарного тюремного уровня. Внезапно, он весь подался вперед, словно не веря своим глазам. Тонкий юноша с развевающимися волосами, растолкав всех, упал перед ним на колени. И подняв восторженно горящие глаза, прошептал срывающимся от счастья голосом:
 
- Хозяин… Я так скучал!
Я проснулся от ощущения, что что-то не так. Не понимая, откуда ждать очередной сюрприз, я на всякий случай посерьезней оделся. Натянув до кучи теплый, толстый свитер с высоким горлом и длинными рукавами, я довольно вздохнул. Какая-то общая зябкость организма требовала повышенного комфорта. Доверяя своему чутью, а всего-то и потребовалось попасть в пару передряг, чтобы научиться этому, я собрал сумку. Хорошая у меня все-таки сумка, не зря я в свое время ее у Сали выпросил. Творение китайского промышленного гения, она имела кучу кармашков, один из которых был столь удачно замаскирован, что не зная, не найдешь. Вот в него я и сложил свои камушки, да и денежную карточку туда же сунул. А то мало ли. Погладив пальцем ткань шальвар, и чуть тронув колокольчик на браслете, я вздохнул. В последнее время танцевать было совсем некогда. А так хотелось бы станцевать перед Мэлем. Помнится в тот единственный раз, что он был удостоен такой чести, ему это очень понравилось. Я прекрасно помнил жар его напряженного тела и бешенное пламя в глазах, его горячие руки на своей спине и чуть ниже… Его… Так. Стоп. Я же Сали нашел!
Мухой подорвавшись, я полетел в рубку. Внезапно корабль дернулся, и, не рассчитав траекторию, я со всей дури врезался в косяк, красиво приложившись виском. В глазах что-то вспыхнуло, и мир погас. Вот, блин, ну что ж так не везет-то…
Злобно вгрызаясь, боль терзала мою бедную голову. Чуть приподняв ресницы, я смутно различал окружающую обстановку, все было серым и каким-то унылым что ли. Впрочем, перед глазами все плыло, поэтому за точность не поручусь, но ассоциации были неприятные.
-Очнулся? Молодец.
Хрипловатый голос с визгливыми нотками резанул слух. Знакомый голос, вернее очень знакомы визгливые нотки в этом голосе.
-Открывай глаза. Нам есть о чем поговорить.
Ну открыл, толку-то, все вокруг по-прежнему как в тумане: серо и расплывчато. Попытавшись приподняться, я обнаружил, что мои руки скованны спереди, а сам я лежу на низком топчанчике в какой-то каморке. Повозившись и устроившись поудобнее, я огляделся. По-прежнему туман, лишь впереди медленно приближалось что-то большое. Какая-то фигура.
-Посмотри на меня. Мда… похоже, два блокиратора все-таки многовато…
Фигура обрела более плотные формы, у нее появились руки, и эти самые руки потянулись ко мне. Индифферентно наблюдая весь этот сюрреализм, я даже не дернулся, когда они завозились у меня на шее, чем-то позвякивая. Щелчок. И эти руки потянули с меня гибкую ленту блокиратора, и даже как-то стало легче дышать. Сам мир прояснился, будто с глаз спала пелена. Конечно, до былой четкости далеко, но и то хлеб. Этого хватило увидеть, что нахожусь я в небольшом закутке, огороженном решетками, а вот дальше… А дальше находилась лаборатория. Знакомый высокий стол-кровать, куча аппаратуры и… Ли Дье. Ммать…
Ли Дье стоял у самой решетки и довольно ухмылялся. Было странно видеть такую ухмылку на его лице. Еще занятнее было наблюдать его мечтательно прикрытые глаза с узкими хищными зрачками.
-Наконец-то, я тебя поймал. Ты очень шустрый мальчик, Эс-14. На Соросе я опоздал буквально на полчаса, и тебе удалось ускользнуть. Ну ничего, теперь-то мы сможем пообщаться с тобой поближе.