Танцуя во тьме (СИ)

С этими словами, Мэль снял с шеи мешочек и, развязав шнурок, вытряхнул на ладонь сверкающее чудо.
-Это дымчатые солары, сумасшедше редкие камни, но они точно под твой цвет глаз, и мне хотелось, чтобы твое брачное ожерелье было именно таким.
Обрамленные белым металлом, эти солары сияли жарче алмазов, цепочка, с расположенными на ней через каждые два сантиметра камнями, трижды обвила мою шею, спускаясь каскадом до середины груди. Я поднял счастливый взгляд на Мэля, он улыбнулся, мягко касаясь моего лица.
-Я люблю тебя, Алис.
-И я люблю тебя, Мэль. Спасибо.
-Дети, я, конечно, безумно рада за вас, и свой подарок вы обязательно получите. Но если вы немедленно не уберетесь отсюда, за последствия я не ручаюсь!!!
Задыхаясь от смеха в объятиях Мэля, я с трудом выдохнул:
-Вот умеешь Ты выбрать момент… Госпожа!
====== Глава 53. Рубикон ======
Подойдя к лазу, я присвистнул. Помнится, заползал я сюда с великим трудом, теперь же, мог пройти вполне свободно, особо не напрягаясь. Лаз был раскурочен, как будто тут бронетранспортер проехал. Заметив мое недоумение, Мэль сдержанно хмыкнул.
-Торопился за тобой, было не до архитектурных изысков.
-Силен. – Столь же индифферентно хмыкнул я.
Стоило нам выйти наружу, как большой осколок стены аккуратно сполз вместе с крошевом земли и мелких камней и намертво закупорил проход.
-Ну, что ж, проход снова закрыт, а нам пора.
Мэль размерено зашагал вперед, а я, вернувшись к развалинам, осторожно погладил кусок камня.
-Еще свидимся, Госпожа.
И тихий отклик по краю сознания.
-Обязательно, Алис.
-На чьем полетим? – Забравшись на кручу, мы оценивали расстояние до корабликов.
-В общем-то, не принципиально, но у меня там остались кое-какие вещи. Нужные. Не хотелось бы их терять.
-Значит, полетим на твоем. У меня все свое с собой. Как у тебя с топливом, Алис?
-Понятия не имею. Мне-то оно зачем?
-Опять летел на сказочном ветре? – Мэль рассмеялся и, притянув меня к себе за пояс штанов, чмокнул в нос. – Ладно, малыш, пошли. Ночь не бесконечна, а то по жаре идти будет совсем печально.
И мы пошли, точнее поскакали. Я, прыгая налегке, взмок уже к середине пути. Мэль же двигался ровно, умудряясь тащить на себе еще какой-то вещмешок. Я не завидовал, но поглядывал с большим уважением.
-Что у тебя в мешке?
-Комм переносной, аптечка, фляги, сухпаек на неделю, оружие, плащ…
Тут он искоса глянул на меня хитрыми глазами, и я тут же вспыхнул до самых ушей, вспоминая наши с ним посиделки на этом плаще.
-Все, все, я понял. Расскажи лучше, почему этот Храм так называется.
-Храмом Сердца? Ты знаешь, я понятия не имею, но вроде что-то связанное с его вершиной. Прилетим на Гархар, спросишь в Храме, если будет еще интересно.
-Ладно.
Дальше пошел сложный участок, и поговорить больше не пришлось до самого корабля. Там разошлись, меня уже ноги не держали, и я пополз в душ, а Мэль отправился в рубку, что-то там настраивать, куда-то звонить. Скинув грязную, порванную одежду прямо на пол, я закопался в сумки в поисках сменки. Выходя из ванной, и вытирая на ходу волосы, я по дороге запнулся за брюки, больно ушибив палец на ноге. И чем, спрашивается? Отложив полотенце, я перетряхнул штаны в поисках диверсанта. Ну не помню я, чтобы у меня в карманах было что-то интересное.
Оказалось, у меня склероз. Или маразм. И я в упор не понимаю, когда успел набить боковые карманы штанов камнями саарэ. Да еще и в виде кулонов на шнурках. Камни были маленькие, неровные осколки, всего с ноготь большого пальца, но именно такой стоял в реакторе «Тени Айюмы». Меня Ниро туда водил, посмотреть. И он был такой же темненький, почти черный, как и те кулоны, что горкой сейчас лежали рассыпанные у меня на кровати. Среди них был один, который сразу притянул мой взгляд. Камень был крупнее остальных раза в три, глубокого черного цвета, с бриллиантовыми искрами в глубине. Ссыпав остальные в сумку, я крутил его в пальцах, не в силах выпустить из рук. Приятный на ощупь, будто полированное стекло, а его цвет напоминал глаза Мэля в тот момент, когда он…
 
Меня аж в жар бросило от воспоминаний. Прикрыв глаза и откинувшись на подушки, я вспоминал, как руки Мэля скользили по моей спине, как его пальцы путались в моих волосах. Вспоминал губы Мэля, их жар и нежность, что клеймили мою кожу. Вспоминал его глаза, когда он произносил ТЕ слова. Тогда в них тоже мерцали бриллиантовые искры.
Вскрикнув, я разжал руку, выронив камень. Кулон, что я крутил в пальцах, нагрелся и светился ровным, мягким светом, постепенно остывая. Но не это было самым интересным, казалось, камень потек, сменил форму. Если раньше, это был просто кусочек, отколовшийся от глыбы, то сейчас… я потянул за цепочку. Молочно белый камень с искрами в глубине, что подарил мне Рив, уютно устроился на моей ладони. Черный кулон, что я поднял за шнурок, был… нет, не копией, но… Я аккуратно положил их рядом. Чуть повернул, еще, и они вложились друг в друга, как кусочки пазла. Теперь на моей ладони лежала фигурка, похожая на… яйцо? Нет, на что? Я крутил ее и так и эдак, пока меня не осенило, она напоминала сердце, такое, каким его рисуют влюбленные школьницы. Я усмехнулся. Кажется, я знаю, что подарить Мэлю.
-Знакомая картина, только, ради разнообразия, ты не спишь.
Вскинув глаза, я увидел Мэля, стоящего в дверях. Переодевшийся, с влажными волосами, и с напряжением в глазах.
-В каком смысле?
Он подошел и присел рядом на кровать. Под его жарким взглядом я смутился, но так и продолжал сидеть в одном полотенце, подогнув ногу, и спиной опираясь о подушки. Кривовато улыбнувшись, Мэль с некоторой маетой в глазах, признался:
-Так получилось, что пару раз, когда я заходил к тебе поговорить, ты спал в ванной. Один раз, ты уснул на стуле, а в другой – прямо в воде. Это было таким счастьем, просто прикоснуться к тебе, хотя бы для того, чтобы отнести сонного в постель.
Голос Мэля становился все тише, последние слова он почти шептал. Прямо мне в губы. Еще ближе, еще… Наше дыхание смешивалось, сердце бухало в груди. Ослабевшие пальцы разжались, кулон выпал. Я ждал… вот сейчас…
-Ты бы знал, как тяжело было уходить от тебя, такого мягкого, такого теплого…
От волнения губы пересохли, и я машинально облизнулся, отчего в глазах Мэля что-то полыхнуло, но он все также не шевелясь, нависал надо мной, опираясь руками о кровать. Не касаясь меня, хотя вряд ли между нами можно было протиснуть руку. Я заворожено смотрел в его лицо, и понимал, все, Рубикон пройден. По-прежнему не сводя с Мэля глаз, лишь чуть прикрыв их ресницами, я медленно поднял руку, и кончиками пальцев нежно провел по его губам.
-Я знаю, когда это было. Ты часто снишься мне, Мэль. Но в те разы, в тех снах, ты творил со мной такое, что я просыпался в дикой горячке от собственных стонов.
Мэль аккуратно прихватил мои пальцы губами, чуть прикусил и, отпустив, шепнул, целуя ладонь:
-Давай я покажу, что снилось мне. В моих снах ты был одет совсем иначе.
Его пальцы осторожно подцепили край моего полотенца и легонько потянули. Серьезно глядя на меня, он ловил панические всполохи в моих глазах.
-Не бойся, малыш. Сегодня я все буду делать медленно.
-Только сегодня?
Мой голос чуть вздрагивал, руки вцепились в его рубашку, но я уже плохо понимал, о чем мы оба говорим. Его губы мягко ласкали кожу за ухом, заставляя меня ежиться от удовольствия.
Его хриплый чувственный шепот вызывал озноб, меня сотрясала мелкая дрожь и почему-то поджимались пальцы на ногах.
-Только сегодня, пока ты так напуган. Потом, это будет зависеть…
Его губы уже скользили вниз по шее, касались ключиц, и я тонул, тонул в волнах жаркого ветра, что делал мою кожу такой болезненно чувствительной.
-Будет зависеть?...
-Будет зависеть… от того… что тебе понравится… больше…
-Больше?…
Мое тело томно изгибалось, стремясь продлить прикосновение его ладоней, руками ловя ответную дрожь его напряженного тела, я воевал с пуговицами, стремясь избавиться от ненавистной одежды. Его рот не отрывался от моих губ, терзая их изысканной лаской, а я пил его дыхание, стремясь запастись этим впрок. Воздуха не хватало. Терпения тоже. Наплевав на все, я рванул его рубашку, пуговицы счастливо разлетелись в стороны, а Мэль судорожно стиснул мои бедра и, уткнувшись мне в шею, замер.