Граф Рысев 4 (СИ)

— Мария Сергеевна предложила расширить меню, включив в него десерты и салаты. А закуски, хм, тут такое дело, Евгений Фёдорович, — Михалыч замялся, а потом продолжил. — Нам большой заказ поступил. Как раз на десерты и закуски на свадьбе. Вот я и решил включить закуски в меню. Чтобы люди знали, что такое мы тоже можем делать.
— Свадьба? — я недоуменно посмотрел на него. — Мы же вроде бы ещё не работаем. Как эти господа вообще узнали, что нам можно заказать что-то этакое?
— Так мы уже работаем, — Михалыч вернул мне недоумённый взгляд. — Как продажа кафе состоялась, так мы и начали. Собственно, это мой первый вопрос. Что делать с куплей-продажей? Сава-то так спешил убраться из форта, что продал кафе мне.
Я задумался, потом посмотрел на него и протянул.
— Ничего мы делать не будем. Пускай будет на тебя оформлено, как на ПроРысева. У юристов надо будет уточнить, как доход в этом случае считать. Да и вообще, пускай как клановую собственность оформляют, а ты как генеральный директор пойдёшь, или как-то так. Я эти нюансы не слишком хорошо знаю.
— Хорошо, я уточню, — кивнул Михалыч, обдумывая своё повышение. — Тогда третий вопрос.
— А второй? — я усмехнулся и допил кофе. Вроде бы понемногу начал просыпаться.
— Второй — это рисунки в меню, — махнул рукой Михалыч. — А вот третий куда серьёзнее.
— И? Что за третий вопрос? — поставив чашку на стол, я поторопил Михалыча, который почему-то замолчал.
— Если пойдёт так, как сегодня, то нам понадобится больше мальчишек. Те, что у нас есть не справятся. — Выпалил Михалыч.
— Не понял. Как это мальчишек не хватает? — я уставился на него, пытаясь сообразить, о чём он говорит.
— Я не утверждаю, что это будет продолжаться постоянно. Просто сегодня первый день развоза заказов, и многие решили попробовать, что это такое. Приём заказов ещё не закончился, а у моих поваров уже задница в мыле. Вы же не против, что я нанял себе помощников? — он просто идеально перескочил на другую тему.
— Не против, — я подтащил к столу мольберт и сразу же принялся рисовать понравившийся мне десерт.
Писал на листе меню не я. Где-то Михалыч нашёл девочку с каллиграфическим почерком, которая и выводила все положенные буквы. После того, как все они будут нарисованы и подписаны, Михалыч отнесёт их к магу-артефактору, тому же Быкову, который сделает много цветных копий, которые ничем не будут отличаться от оригинала. Пока нам хватит. Но, если дело пойдёт, и мы будем ставить его на поток, организовав сеть по Российской империи, то придётся делать большой заказ в одной из типографий. Там же и логотипы на коробки закажем, в виде жующей рыси. И да, у меня грандиозные планы. Потому что еда — это то немногое, что будет нужно людям любых слоев населения всегда.
— Так что, ваше сиятельство, что вы решили насчёт мальчишек? — повторил вопрос Михалыч, когда я заканчивал рисовать последний салат.
— Ничего я пока не скажу, — я повертел малюсенький салатник в руке и поставил его обратно на стол. В нём слишком много какой-то травы. А я не травоядное животное. Даже в то время, когда я не ел мясо, меня выручала рыба, и птица с белым мясом. До травы я, хвала Рыси, не опустился. Думаю, она меня не поняла бы. — Давай договоримся. Если через месяц ажиотаж останется на уровне, когда уже привезённых мальчишек будет не хватать, то мы вернёмся к этому вопросу.
— Хорошо, — кивнул Михалыч, принимая мои аргументы. — Картинки высохли?
— Да, должны были, — кивнул я, наблюдая, как он очень аккуратно сворачивает листы с рисунками. — Завтра доложишь, как прошёл день.
— Слушаюсь, ваше сиятельство, — кивнул он и быстро вышел из гостиной.
Я же довольно долго смотрел на мольберт.
— Кузя! — Кузьма появился так быстро, словно за дверью стоял и караулил, когда же я его позову. — Унеси мольберт в кабинет. Кисти в ацетон замочи, в специальной банке. Я позже их вычищу.
— Слушаюсь, ваше сиятельство, — Кузя подхватил мольберт. — Да, граф Мамбов пришёл, с минуты на минуту сюда придёт. Его Игнат в гостиную направил, потому что не знал, встали вы уже или нет.
 
— Вот же не спится человеку, — я покачал головой, хотел ещё добавить про шило в причинном месте, но не успел, потому что дверь открылась и пресловутый граф Мамбов переступил порог гостиной. — А я только что говорил Кузе, что более шебутного человека в форте вряд ли можно найти.
— Ты мне льстишь, — мы обменялись рукопожатием. — О, салатик. Можно? — Олег дождался моего кивка и сразу же схватил салатник. — Вкусно, — сообщил он мне, отсалютовав вилкой.
— Поверю тебе на слово, — я упал в кресло и прикрыл глаза. — Так что тебе не спится? Я-то ладно, меня подняли по очень неотложному делу. А вот тебе спать и спать. Ты же, судя по всему, уже давненько на ногах.
— Не только Медведеву было интересно, почему случился прорыв, да ещё такой мощный, там, где его не должно было быть вообще, — Мамбов нашел на столе один из десертов, который я не стал есть, только потому, что в меня больше элементарно не влезало.
На этот раз он не спрашивал разрешения, справедливо решив, что одного раза вполне достаточно. Подхватив пирожное, он сел напротив меня и улыбнувшись, отправил его в рот.
— Тебе что-то удалось узнать? — я даже вперёд подался, сверля его пристальным взглядом.
У Мамбова была уникальная способность узнавать информацию. И на этот раз, эта способность его, похоже, не подвела. Если судить по довольной роже.
— Вкусно, — заявил он, вытирая руки платком. Налив в стакан воды из стоявшего на столике графина, он вернулся в кресло и хитро посмотрел на меня. — Я узнал почти всё. И был так удивлён, что поспешил к тебе, чтобы поделиться новостью.
— Так, прежде, чем ты сообщишь мне потрясающую новость, ответь на вопрос: как тебе это удаётся? — я ткнул в его сторону пальцем.
— Фи, как невежливо, — Мамбов покачал головой.
— Плевать, — я отмахнулся от его «фи». — Как у тебя получается добывать информацию?
— А что, это разве сложно? — он действительно удивился. — Нужно только уметь слушать. Большинство людей жаждет выговориться. И даже у самого крепкого в плане сохранения тайн всегда проскользнёт оговорка. То здесь, то там… Собирая эти оговорки по крупицам, уже очень скоро перед тобой встаёт целостная картина. Это как… — он задумался. — Как писать картину. Тут мазок, там мазок, — он рукой показал движение кисти. — Не знаю, как ты, а я вижу свою картину ещё до того, как наложу последний мазок.
— Я знаю, зачем тебя Медведев к себе в секту заманил, — усмехнувшись, я развалился в кресле. — Из тебя получится супер-аналитик.
— Ерунда, — Мамбов махнул рукой. — Я же не спрашиваю, как у тебя получается нравиться женщинам.
— Я уже отвечал. Я — кот, и это многим нравится. Не тяни, рассказывай, кто нас так крупно подставил?
— Секретарша помощника Медведева, — торжественно произнёс Мамбов.
— Кто? — я собрался и подался вперёд. — Я не знаю никакой секретарши помощника Медведева! Да я даже не знаю, кто у Медведева помощник.
— Вот. — Мамбов поднял палец вверх. — В твоих бурных похождениях есть один минус. Стоило при тебе заявить о проблемах с хорошенькой женщиной, и ты сразу начинаешь воспринимать это на свой счёт. А на самом деле, всё гораздо проще. Твой пример оказался заразительным. Кое-кто захотел такой же славы. Весьма сомнительной, надо сказать, но славы. Ты вот уже остепенился, стал невероятно известным художником и без своих похождений, а кто-то ещё не перешагнул этот порог.
— Хватит мне мозг выносить, — я поморщился. Ещё бы помнил о своих, так называемых, похождениях, может, и не кривился каждый раз, когда о них упоминают. — Рассказывай, по существу.
— В общем, как оказалось, Енотов не просто так рванул в сортир за целительскими свитками. Он, гад такой, подозревал, что может случиться конфуз. Нам, правда, не сказал, но, когда я прижал его сегодня утром к стенке, выложил всё как на духу. Хотя, положа руку на сердце, сказал бы он нам о своём фиаско, это что-то изменило бы? Нет, не изменило, прорыв уже начался, — добавил Мамбов задумчиво.