Точка невозврата (СИ)
Точка невозврата
Глава 1
— Светлана Николаевна, милочка, что же вы мне прикажите делать?!
— Пётр Иванович…
— Ирина Витальевна значит благополучно уходит к концу года в декрет, Алевтина Григорьевна значит после несчастного случая на больничном! Да я… Да я практически остаюсь без ценных кадров!
— Пётр Иванович…
— Милочка, ну войдите же вы в моё положение! Посреди учебного года, где же мне так быстро найти замену?!
— Но в этом году у меня и без того часы прибавились, а теперь ещё и классное руководство выпускного класса?! — произношу на выдохе отчаяния.
— Согласен Светлана Николаевна. Нам всем сейчас тяжело, у всех прибавилась работа, но нужно как-то сплотиться и вытянуть этот учебный год! Тем более, это в наших общих интересах!
— … ещё в июле, на собрании мы пытались обратить на эту ситуацию Ваше внимание…
— Мы уходим от темы, толку вспоминать что было в июле? Сейчас конкретная проблема с классным руководством 11 «А» класса, и моё окончательное решение вы уже слышали! — отрезает раздражённо, не давая возможности закончить моё мление.
— Я всего лишь прошу пойти мне навстречу Светлана Николаевна, точно также, как я пошёл Вам, три года назад, когда без единой рекомендации взял вас к нам в коллектив… — откашлявшись, всё же смягчает свой тон.
После такого весомого аргумента и противопоставить нечего. «Шах и мат» как говорится.
Вообще Прохоров был по своей природе хорошим человеком — отзывчивым и мягким, но эта «мягкость», как могло показаться на первый взгляд не лишало его «железной» хватки. До мозга костей дисциплинированный и педантичный — с руководством школы он справлялся более чем хорошо.
Одетый всегда «с иголочки», невысокого роста, подтянутый мужчина лет пятидесяти буравил меня не терпящим возражения взглядом:
— Ну так что, Светлана Николаевна, постараемся вместе найти выход из сложившейся ситуации?
Взглянув на директора обречённым взглядом и слабо кивнув в знак согласия, я тихо встала и покинула кабинет. Не имело абсолютно никакого смысла продолжать эти препирательства, учитывая, что Прохоров давно для себя всё решил. А если он что-то для себя решил, то изменить его точку зрения было практически невозможным… Чтож… Но я хотя бы попыталась… Нет ну а что? Ничего страшного «милочка», подумаешь классное руководство ВЫПУСКНОГО класса… Новый опыт, когда-то ведь нужно было начинать? Просто замечательное завершение и без того тяжёлой рабочей недели, ничего не скажешь! Возможно в другое время, я отнеслась бы к этой ситуации с бо́льшим энтузиазмом, но не сейчас, когда в моей жизни и без того было много проблем и неопределенностей.
С этими мыслями, на автомате собралась и побрела в сторону дома. Погода к слову была не из лучших для пеших прогулок — как никак начало ноября и первые заморозки, но мне просто необходимо было «проветрить» голову.
И как ты докатилась до такой жизни Светлана Николаевна? Кто бы мог подумать, лет к примеру двенадцать назад, что твоя жизнь сложится именно так?
Золотая медалистка в школе, лучшая на курсе, с большими перспективами на жизнь и вдруг… Нынешние реалии… В голове начали проноситься эпизоды студенческой жизни, эх… Какое всё таки беззаботное было время… Ну а сейчас? По сути эта работа была единственной стабильностью в моей жизни и лишиться её сейчас было бы непростительной глупостью с моей стороны. Мысли, мысли, мысли…
Делаю шаг с тротуара: оглушающий сигнал клаксона, удар, резкая боль и полная дезориентация…
Глава 2
Сознание к счастью я не потеряла, но уже несколько минут не могу прийти в себя, осознанность начинает возвращаться только тогда, когда оказавшись в сильной хватке рук, меня начинают трясти и доносятся возгласы.
— …твою мать!
— Молодой человек, не кричите на девушку, вы что не видите у неё шок!
— Прекратите трясти несчастную! Помогли бы лучше приподняться, не май месяц на дворе! — подхватывает ещё чей-то женский голос.
— Ты меня слышишь?! — не оставляет в покое мужской голос.
Ощущаю тошноту и сильное головокружение. Закрываю глаза, делаю глубокий вдох и изо всех сил пытаюсь поймать ускользающую реальность. Не получается — стальная хватка рук так и продолжает меня потрясывать, отчего чувство тошноты только усиливается. Ну заче-е-ем?! Раздражённо приоткрыв глаза встречаюсь с «льдом» голубых глаз.
— Ну что, очухалась?!
— …ой да вызвали уже и скорую и полицию!
— …в ГАИ! В ГАИ нужно было звонить!
— …товарищи не расходитесь, мы же получается очевидцы?! — доносятся отрывки разговоров.
— Не молчи твою мать! — подтягивает к себе незнакомец.
— Отпусти…те…
— Ну наконец-то! Хоть голос подала! Где болит?
Сглатываю, пытаюсь в хаосе шума абстрагироваться и понять свои ощущения. Прислушиваюсь к себе, оценивая состояние тела. Не могу никак сообразить, что же произошло?
— Ты по-ходу опять выпадаешь из эфира, ну-ка фокус на меня, — в следующую секунду одна из рук незнакомца оказывается у меня на затылке. — Где болит?
— Я… Мне… Что произошло? — интуитивно поджимаю к себе всё больше ноющую от боли ногу. — Ай, — перехватываю руку незнакомца, который проследив за моим движением ноги, распахивает моё пальто и по-хозяйски начинает ощупывать ногу.
— Спокойно, лезть к тебе под юбку в мои планы не входит, по крайней мере сегодня, — бурчит, уловив моё смущённое состояние.
Щеки заливает краской, отворачиваюсь, переключаясь на зевак, которые пытаются ближе к нам подойти и заснять происходящее на мобильные телефоны, но к счастью какой-то мужчина преграждает им путь. Господи… Не хватало только загреметь в выпуск местных новостей…
Холод, головокружение, расфокусированное сознание, сирены… В себя окончательно начинаю приходить после нашатыря, который подносит к моему лицу фельдшер.
— Сейчас я поставлю Вам укольчик, видимых тяжёлых травм не наблюдается, но нужно будет проехать в городскую больницу для обследования…
— Какого обследования?
— На наличие травм внутренних органов, — невозмутимо отвечает фельдшер. — Ну вот, а сейчас, лежите спокойно, я Вас закреплю, как приедем в приёмное отделение, помогут сделать звонок родственникам…
В приёмном отделении, краем глаза замечаю того самого мужчину, который сдерживал зевак. Он заходит к дежурной бригаде, после чего, меня быстро увозят. Спустя продолжительное время, после анализов, МРТ, УЗИ внутренних органов, мне сообщают, что всё почти в порядке. Имеются ушибы мягких тканей, ссадины и лёгкое сотрясение головного мозга, но в целом всё это мелочи по словам дежурного травматолога.
Периодически стараюсь как-то восстановить в памяти цепочку событий. Мои очередные старания прерывают сотрудники ГИБДД, которые проясняют ситуацию. Как мне далее поясняют, был совершен наезд на пешехода — то бишь меня.
К счастью, скорость автомобиля была не высокая, так же у водителя оказалась хорошая реакция: он успел дать по тормозам и вывернуть руль в сторону — удар пришелся по касательной крылом автомобиля. Собственно говоря, лишь этот факт сохранил мне здоровье, а возможно даже и жизнь.
К несчастью, так сказать — я переходила дорогу в неположенном месте, а это административное правонарушение и возможно даже претензии со стороны водителя, так как его автомобиль получил повреждения во время манёвра.
Мечтаю оказаться дома, чтобы этот день скорее закончился. После всех разбирательств, заполнения бумажек, и отказа от госпитализации меня наконец-то отпускают.
Оказавшись на улице, с ужасом осознаю, что я совершенно забыла про время и никому не звонила. Нахожу в сумочке, которую мне передал один из сотрудников ГИБДД телефон. Время одиннадцать вечера: два пропущенных вызова от Ольги Васильевны и семнадцать от Артёмки.
Глава 3
Как хорошо, что все тяготы, которые свалились мне на голову, пришлись на пятницу и впереди ещё два выходных дня, чтобы прийти в себя. Говорят, жизнь состоит из белых и чёрных полос, но создавалось стойкое ощущение, что у меня какая-то затяжная чёрная полоса. В эту ночь мне так и не удалось уснуть, в голове крутилась ужасающая мысль, что я могла больше никогда не увидеть своего мальчика. От одной лишь этой мысли, сердце рвало на части…