Пожиратели миров. 4 том (СИ)

— Так, давай договоримся сразу, что, если тебя кто-то обидит, ты не будешь никого убивать и жечь мои точки, а сначала обратишься ко мне. Я уверен, что мы сразу решим вопрос полюбовно и накажем зачинщиков без лишнего шума.
Вахта говорил с улыбкой, будто шутит, но я понимал, насколько он серьёзно к этому относится. Репутация в любом мире является почти всем.
— Буду иметь в виду.
— Что ж… клан, который контролирует арсенальный округ в Антерганте? Это, если я не ошибаюсь, почти самый центр. Там же всякие правительственные здания находятся, исторические памятники архитектуре, дома богатеньких людей нашей страны и прочая лабуда.
— Да.
­— Сразу спрошу, зачем? Потому что, ты уж извини, влезать во что-то типа государственной измены мне не хочется. Да и они вряд ли захотят.
— Надо разобраться с одним чиновником.
— Мокруха?
— Нет. Надо кое-что подкинуть и подставить.
— Ладно. Но там никто не промышляет, так как центр столицы, и в нём чревато вообще появляться. Однако есть Тисовый клан. Они парни удалые, за хорошие деньги возьмутся за любую работу в пределах разумного. Но они и крутые, потому… надо быть осторожным с ними.
— Ты их знаешь?
— Контрабанда, — кратко ответил Вахта, не вдаваясь в детали.
— Хорошо. Передай, что я готов заплатить за услугу.
— Без проблем. Ах да, угощайся!
Вахта пододвинул мне бутылку.
— Я, пожалуй, откажусь, — покачал я головой.
— Очень зря. Очень! Тогда, чтобы закончить дело между нами сразу, я сейчас позвоню и скажу тебе результат. Не отходя от кассы так сказать. Подожди здесь пока. Можешь развлечься с девушками. Они сегодня очень… игривые. Девушки, — Вахта ласково улыбнулся. — Я не хочу, чтобы наш гость скучал, ясно?
Они сразу закивали. Его доброе лицо и приветливый тон не обещал им ничего хорошего, если я вдруг заскучаю.
Вахта встал и под сопровождением охраны покинул ВИП-комнату, оставив меня наедине с ними.
То, что они игривые — это было мягко сказано. Они уже всего меня обтрогали. И сейчас одна томно дышала прямо в ухо, будто намереваясь его откусить, а другая целовала в шею, словно дезинфицировала поцелуями место для укуса. Плюс то одна, то другая рука пытались залезть мне в штаны, и мне постоянно приходилось их выдёргивать из брюк.
— Вахта говорил, что ты очень опасный и очень плохой мальчик… — прошептала одна из девушек мне на ухо таким голосом, будто у неё был жар.
— А для плохого мальчика нужны хорошие девочки… — прошептала другая на другое ухо.
Тут уже и третья полезла мне на колени. Меня окружали.
— Плохим людям нужны плохие люди, чтобы минус на минус получался плюс, — согнал я девушку с колен и попытался растолкать двух, что лезли на меня с двух сторон.
— Я могу быть плохой девочкой, — произнесла уже четвёртая, которая начала обнимать меня сзади, прижимаясь сзади к моему затылку мягкой грудью. Подобное поведение пошлого общества вызывало у меня естественную реакцию, от которой я чувствовал себя неловко. Особенно когда обе щупали мою реакцию рукой.
— Давайте без этого, — оттолкнул я их руки.
— О, я могу и без рук… — показала зубки девушка. — Я отлично работаю и без рук…
И начала расстёгивать мне ширинку. Девушки буквально залезали на меня. Они тянули ко мне руки, до ужаса напоминая демонов-обольстителей, которые претворялись прекрасными девами и юношами, заманивая податливых и слабых людей себе на завтрак.
С одной стороны, я понимал, что хочу этого сам. У меня не было никогда такого вида секса, когда девушка работает ртом. У меня и секса, кроме как с Катэрией не было, если на то пошло. Мой животный инстинкт требовал взять одну из них, а если позволят силы, всех разом и утонуть в их телах, испробовав всё, что люди придумали за это время. Хотелось действительно ощутить на себе, что такое страсть и похоть. Но с другой…
Я — проявление воли Императора. Меня не сломить сладостными речами и манящими похотью телами… пусть и очень хочется.
* * *
— Он ровный парень, говорю начистоту. И щедрый. Главное, просто сказать да или нет, он херни при отказе не сделает. Я не знаю, чё он хочет, сказал, что с вами перетрёт. Да, отвечаю. Если он выкинет херню, сам его грохну, за базар отвечаю. Да. Хорошо, значит на этом и порешили. Я сообщу ему.
 
Вахта не любил вести дела с Тисовыми. Клан был реально жёстким. Они уже зарекомендовали себя в криминальных кругах, и мало кто пытался перейти им дорогу, даже столичные аристократы. Хотя кто жёстче, Бугимен или они — это был ещё вопрос. Не каждый одиночка, что не факт, решит вырезать клан просто потому, что немного поспорил с ним. Это будет даже интересно, посмотреть на их встречу.
Как бы то ни было, дело было сделано. Он договорился, а значит вопросов к нему уже не будет, и он сможет избавиться от Бугимена. Хотя Вахта должен был признаться, вести дела с парнем было одно удовольствие. Ровный и жёсткий, он сказал — он сделал. При этом не шёл на всякую херь, пытаясь прижать и выбить услугу. Нужно что — заплатил. Все бы такими были, бед бы не знал.
Положив телефон в карман, он направился обратно в комнату, где оставил девушек с парнем. Было даже интересно, что они там с ним сделают. Вахта уже предвкушал увидеть настоящую оргию, но когда вошёл…
Увидел, как пять девушек с прямой спиной и опущенными головами смирно сидят напротив Бугимена, который спокойно попивает сок. И одна в данный момент что-то говорила. Лишь подойдя ближе, он понял, что она там бормочет.
— … аналог разностей для бесконечного числа бесконечно малых слагаемых.
— Неправильно, — фыркнул Бугимен. — Это аналог суммы. Там не бесконечно малые уменьшаемые и вычитаемые. Там слагаемые. Там не может быть разности.
— Да, — тихо, даже как-то извиняющееся ответила та. — Я подзабыла.
— Ладно, ты, ещё раз про эту книгу. Я так и не понял, причём смысл этого дерева.
— Дуб. Это был дуб. Он показывает изменение мировоззрения князя. То есть приводится пример, что до этого тот выглядел как злой и старый, который не обращает внимания на перемены, но потом расцвёл, понимаете?
Вахта смотрел на это, едва сдерживаясь, чтобы не спросить, какого хера здесь происходит? Это что за внеклассный урок по литературе и математике? Что он с ними сделал, что шлюхи о математике и литературе заговорили, будто аристократки?
— Вижу, вам тут весело, — вмешался всё же он в их разговор.
— Вахта, — кивнул Бугимен встав. — Есть результат?
— Да. Они согласились. Дали номер. Созвонишься, как прилетишь, они перетрут с тобой всё. Если не согласятся…
— Ничего.
— Ага. И это… я хочу спросить, а чё у вас тут происходит?
— Беседуем о литературе, — пожал он плечами. — Умные девушки. Ценю таких.
Девушки прямо заалели от слова Бугимена, засмущались, заулыбались, глаза попрятали, явно довольные похвалой. Вахта был в шоке — вот эти девки, которые тут такие позы и фокусы показывали, так ещё и смущаться умеют?
Этот человек реально несёт хаос и разрушения. Даже здесь, умудрился перевернуть верх дном. Страшный человек.
— Так, погодите, откуда вы вообще такие сложные слова знаете? — посмотрел он на девушек.
— Ну… я учусь в институте на математическом факультете.
— А я будущий географ.
— Я литературовед.
— У меня защита диплома по физике.
— Я на пятом курсе медицинского.
Вот тебе номер. Вахта никогда не любил учиться. Собственно, и не благодаря школьным знаниям он забрался так высоко. А тут прямо высшее общество собралось.
— Погодите-ка, а чё вы в шлюхах забыли тогда?
Девушки переглянулись и чуть ли не хором ответили.
— Деньги.
Лишь пятая задумалась.
— Натурально… да, деньги.
— Жесть… Что ж, рад, что они тебе понравились, Бугимен.
— Благодарю. И я бы хотел номер девушки-литературоведа. Мне надо литературу сдать.
— Я скину, обещаю, — вздохнул Вахта.
Бугимен кивнул и покинул ВИП-комнату.
Действительно, страшный человек…