Пастыри чудовищ. Книга 2 (СИ)
На Встречальный день всюду царствуют радость и надежда – следующий год уже на пороге и вдруг он каким-то чудом да будет хорошим. Народ выходит гадать и увеселяться, идет обмен подарками и сладостями, обливание водой, которая уже обновилась, и теперь нужно смыть с себя год и породниться со следующим. Фейерверки в городах, песни, пляски, ярмарки.
После этого приходит первое число Луны Дикта, а Предвечный – парень суровый, так что чаще всего этот день носит горькое название Похмельный. Я бы мог назвать его ещё и Склочным – помнится, мы здорово зашивались в Корпусе из-за количества преступлений.
Нынче Склочным мне хотелось наименовать себя – причём, решительно непонятно, почему. Следы от пыряния кинжалом уже с девятницу как совсем затянулись, на нас неудержимо наступал год под номером тысяча пятьсот девяносто восьмой от Прихода Вод, Гильдия помалкивала во все свои несомненно чистые тряпочки, а я с чего-то вступил на Перекрёстки в настроении, которое примерно можно было выразить формулой «моя бывшая плюс Тербенно помножить на маразм королевы Ракканта».
Грызун – и тот не стал точить мою печень дурными предчувствиями. Разнообразия ради – он просто ныл, но делал это с утра и постоянно.
«Ы-ы-ы-ы, собрание, рано-то как, – отдавалось едко и желчно. – Небось, сейчас нас оповестят о том, как развешивать гирлянды по яприлям и кормить пудингом алапардов. У-у-у-у, Мел в хорошем настроении. Наверняка проломила своим корабликом голову какому-нибудь провинившемуся вольерному, хорошо б не Дерку – он мне две серебряных должен. Фу, а вот Нэйш».
Источающий бодрость Нэйш инстинкту не понравился настолько, что тот аж захлебнулся на пять минут: «В костюююююмчике, зараза. С улыыыыыбочкой, зараза. С блокнооооотиком, скотина, ща сядет, рисовать будет, убил бы, нетсилсмотреть!»
– Солоденький, что-то не так? – справилась Аманда, которая принесла в каминную легкий корабельный дух (шхуна в её руках была почти так же изумительна, как грудь, к которой она была притиснута). Я махнул рукой и заверил, что теперь-то всё так, раз она здесь.
Арделл сбежала по лестнице и с размаху запрыгнула в кресло за столом.
– Сегодня особая «встряска». Попытаемся обуздать тот идиотизм, в который обычно превращаются праздники в питомнике.
Внутренний грызун поражённо смолк, встретив кого-то с еще более непраздничным настроем.
– До новичков доношу, если ещё не знаете: все семейные вольерные празднуют с семьёй и уходят после полудня, так что у нас прибавляется работы. Если у кого-то есть уважительные причины, вроде похода в храм, посещения близких и прочего – говорите сразу и обозначайте время отсутствия. Нэйш, с тобой всё ясно, нужно будет – вызову.
Устранитель благодушно отсалютовал карандашом. Начальство подождало отпросов, не дождалось и продолжило:
– Церемония Проводов – как всегда, на пристани, по времени – как звери позволят. Дальше посиделки у камина под пироги с историями и песнями. Костры не жжём, поединков не устраиваем, если кто-нибудь склонен к утренним розыгрышам в день Вторых Перекрестков – советую передумать, и без того работы хватит.
«А на Рифах-то повеселее было», – вздумал высунуться внутренний голос.
– Закрываем питомник для посетителей – дня на три, всё равно трезвых не будет. Вход – через калитку, артефакты на засовах не забываем обновлять. Будут ломиться пьяные из деревни – просьба не калечить. Мел. Это. Касается. Тебя.
Последнее колено Драккантов фыркнуло носом и тоже отсалютовало. Ножом. Гриз пригвоздила её взглядом наподобие «Я за тобой слежу!» и продолжила расклад:
– Браконьеры в открытую часть питомника на праздник не сунутся, но деревенские вечно забредают. В патруле ночью я, Хаата, Нэйш, возражения? Возражений нет, хорошо, остальные – смотрите за Лортеном и его гостями, чуть что – вызывайте меня. И да, Мел…
– Не калечить, угу.
На этот раз Гриз посмотрела на Яниста. Взглядом, который напутствовал: «И ты за ней тоже следи!»
– Ко второй ночи Перекрестков они там все перепьются. Пожары тушим, пьяниц усыпляем, из вольеров идиотов достаём. Вяжем или отрезвляем, рассовываем подальше друг от друга – хоть в подсобки, хоть в сараи, главное – не к Лортену. Нэйш, и если ты ещё раз начнёшь вскрытие, когда из угла три аристократа глазами лупают…
– Насколько я помню, работа была срочной. И не я их туда поместил.
– И скажи спасибо, что он вскрывал не их, сладенькая, – ласково подхватила Аманда.
«Сладенькая» сверкнула гневной зеленью из взгляда и продолжила:
– Первое число как-нибудь переживём, разве что если какие-нибудь банды заявятся за подвигами…
– Мяснику своему говори, чтобы он их не калечил!! Можешь вон Конфетку попросить – пусть им печенек отсыплет!
– На самом деле, отличная идея. Немного яда – или хотя бы слабительного…
Арделл помассировала виски, явно приходя к мысли, что в «теле» нужен какой-нибудь новый орган. Например, отвечающий за затыкание ртов.
– Хватит. Дальше начинается самое паскудное, – Мел и Аманда поддержали дружным сочувственным стоном.
– Визиты благотворительниц, – пояснила красотка нойя и потрясла своей шхуной. – О, эта память может наполнить несколько таких трюмов. Клянусь тропами Перекрестницы: на этих дам нападает безумие, словно они грифонихи во время гона…
– Пвфхаа-а-а!!
– Лезут как шнырки в горох, – отчеканила Мелони и отоварила закашлявшегося женишка кулаком по спине. – Одна за другой, вир знает, куда засунутся. Всё им расскажи-покажи, бедные зверушки, а можно погладить, сю-сю-сю, вскую ли вы не в платье, ой, единорог навалил кучу, ой, у них из-под хвоста не радуга льётся… Морковка, завязывай кашлять, кулак отбила.
– А насчет них… тоже действуют предупреждения «не калечить»? – осведомился бедолага Янист, кое-как разогнувшись.
– А ты собирался? – хмыкнула Мел. – Грызи, кстати, он за «витрину» сойдёт.
– Ч-что?!
– Пожалуй, – отозвалась варгиня задумчиво. – Господин Олкест, нужен тот, кто бы встретил благотворительниц, побеседовал с ними, провёл по питомнику. Словом, кто-то с хорошими манерами. И желательно бы мужчина…
– Потому что эти курицы сплошь старые девы.
Янист под взглядом Арделл заалел и забормотал, что, конечно, любую помощь…
– Замечательно, а то в прошлый год Рихарда на всех не хватало, – после такого вердикта Янист стремительно спал с лица. – А у нас есть дела и без поединков между благотворительницами. Нэйш, Олкест, рассчитываю на вас, главное – не подпускайте их к опасным животным…
– Или ко мне.
– Или к Мел. И Фрезе. И к Изе. Нэйш, объяснишь человеку тонкости.
Янист продолжил спадать с лица. Гриз передохнула и опять оседлала начальственного конька:
– Вольерные к этому времени вернутся – Аманда, нужно отрезвляющее. Будем следить за чистотой клеток и вообще, территории. Мел, на нас с тобой – животные и их поведение, Лайл, если вдруг выжмешь из кого дополнительные средства – я не расстроюсь. Насчёт средств: если карманы пустые или какие-то сложности – говорите сразу, после праздников поджаться придётся. Да, и если приедет матушка Лортена…
– …то я спускаю с привязи мантикору!!
На этой реплике Мел предпраздничный совет можно было бы даже считать и законченным. Дальше пошла рутина, унылая до того, что крыса внутри начала позёвывать. Сирил-Сквор в клетке задумчиво поскрипывал, переваривая услышанное. Словом, всё шло очень даже заурядно – если бы в конце «встряски» в меня не прилетело заданием.
– Вызов не то чтобы срочный, – сказала Арделл, задумчиво комкая листок блокнота. – От знакомых нойя. Триграничье, бывший замок Шеу, возле городка Трестейя...
Ёкнуло внутри – и откликнулся тихий смешок из угла.
– В чем дело, Нэйш? Знакомые места?
– Для меня? Нет. Но может быть, для кого-нибудь…
Взгляда в мою сторону так и не последовало, но от улыбочки устранителя по коже пошёл холодок.
Он же читал моё дело. Помнит через столько лет или всё-таки опять справки наводил?