Мистер Фермер. В объятиях тьмы! (СИ)
Кристалл всё принимал и принимал в себя ману. Как бы я не пыхтел, не тужился, цвет его оставался всё таким же мутным, и сам он, словно не имея дна, всё всасывал, всасывал и всасывал в себя мою ману. Солнце успело частично спрятаться за горы, а я, едва живой, уставший, что бык, продолжал тужиться, надеясь, что эта дрянь наконец-то сдастся, заполнится и, изменившись, признает меня не в рот ебанным магом тысяча первого уровня.
— Господин, мужчины инквизиторы просят разрешения помочь детям в сборе урожая. — Голос показавшейся Зуриэль отвлёк меня от дел. Сдавшись, я опускаю руки, небрежно роняя кристалл в грязь. Не вышло. Он, всё ещё цел, невредим, я проиграл битву какой-то стекляшке, нихуя я не маг тысяча первого уровня.
— Хорошо. Пусть помогут. — Трясущимися пальцами подняв бижутерию, отряхнув от грязи и протянув ангелу, замечаю как та, вроде бы как всегда, спокойная с покер фейсом резко начинает заливаться краской.
— Ещё что-то?
Ангел кивнула.
— Вы ещё мерки какие-нибудь снимать будете? — От слов её я и сам стыдливо раскраснелся. Бля, ну переборщил я чутка, что теперь, каждый раз она мне это вспоминать будет⁈
— Не переживай, такое больше не повторится.
— Не повторится что? — Как муха на говно, почувствовав мою слабость, робость и неуверенность в себе, явилась Эсфея. Я просил Зуриэль не рассказывать о случившемся богине, и судя по её молчанию, а так же отсутствию подъёбов со стороны древней, обещание своё она держала. — Ай, ладно, не важно, что это за убожество? — Тыкнула пальцем в кристалл Эсфея, — я говорила тебе учиться разделять ману, а не…
Переняв кристалл, Эсфея резко заткнулась, косо поглядев на меня, обратилась к Зуриэль.
— Ты что-то с ним делала? — Ангел растеряно замотала головой. Может, мне всё же удалось удивить Древнюю? По глазам её хмурым, вечно недовольному лицу, сложно понять, та злилась или удивлялась. — Матвей, а ты как, умирать не собираешься?
— С хуя ли я должен умирать? Нормально всё. — Ответил я.
— Псих ненормальный, тебе лечиться надо. — Забрав кристалл, Эсфея передаёт мне новый. Кажется, она всё-таки недовольна проделанной работой.
— Да что не так то?
— Ничего. Идём, Зуриэль, поможешь мне кое в чём.
Про себя повторив всё то, что я думаю об этой сучке, отправляюсь за пределы деревни, в поле к своим трудягам. Времени у нас до момента, когда стемнеет, максимум час, успею порастыкивать семян, может смогу развеяться, отвлечься от дурных мыслей и воспоминаний той запретной, я бы даже сказал, неприкасаемой ангельской груди.
— Такая упругая… эх…
— Староста, беда, беда, староста! — Крича, чуть ли не от ворот, поднимая ненужную панику нёсся ко мне Обба. Какого хуя мой наместник Озёрного форта делает в деревне? Блять, не может быть…
Очень дурная мысль посетила мою голову.
— Что с Озёрным? — Едва тот добежал, тряся парня за плечи, спросил я.
— Всё… ох… всё с Озёрным в порядке, пока… — С глазами полными ужаса, произнёс кролли.
Две эльфийские армии двигались в нашу сторону. Первая, с юга-востока, принадлежала мятежному командиру, чьи воины и предупредили кролли о их приближении. Вторая, самая большая армия, подчиняющаяся напрямую эльфийскому королю, преследуя беглецов, шла чуть западней.
Из быстрого пересказа Обба я понял следующее.
Кто-то, скорее всего из первой армии, совершил переворот во дворце, устроил нападение на короля, в ходе которого погибло очень много знатных эльфов. Покушение завершилось неудачей. Предчувствуя чистки и расправы за содеянное, все сторонники предателя собрались вместе, кинулись в нашу сторону, надеясь на поддержку единственной, хоть немного значимой в местных лесах силы. Наличие в нашем поселении того же Тасс Меллэра говорило о нашей договороспособности. Возможно даже Меллэр шпионил за нами, посылал доклады своим подельникам о нашей силе и мощи, способствуя тем самым подогреванию внутриполитической ситуации в рядах эльфов. Конечно, после случившегося с его дочерью, в подобную, очередную подставу мне слабо верится, но, хуй его знает, чё у этих долгожителей на уме. Короче, как итог, первая армия двигалась в Озёрный, желая стать лагерем неподалёку, вторая бежала за ними вслед, желая этого не допустить.
Пока я собирал совет, пока дожидался глав, вслед за Обба прибежал ещё один кролли, он уже нёс доклад от второй посыльной группы. Передравшись между собой, на голову разбив посланцев мятежных эльфов и обратив их в бегство, к нам заявились очень злые и очень решительно настроенные приспешники короля. Ни о какой помощи или содействии они не говорили, более того, яростно и решительно не просили, а требовали нашего содействия в уничтожении мятежников, а так же последующей выдаче их королю всех, кто принимал решение о принятии в поселение Тасс Меллэра и его подельников. Иными словами, король эльфов требовал моей головы и не оставил мне другого выбора, кроме как записать его в свои личные враги.
— Это были не переговоры, а… а… а требование проведения казни! — Кричал рассерженный подобным обращением ко мне посыльный. Хоть мозгов у кролли не много, но даже они понимали. Всё и вправду обстояло именно так. Эльфы пришли воевать, проливать кровь и устанавливать над территорией своё полное господство. Но зачем? Почему именно сейчас, неужели они испугались меня и моего поселения? Неужели сила ангела и богини настолько сильно напугала их? Сука, выдача меня означала лишь одно, гибель всей нашей цивилизации. Мои жители слишком тупые, без сильного, умного лидера, владеющего хоть какой-то магией, они просто разбегутся или, с подачи интриганов, передерутся между собой. Чёрт, нас ведь не так уж и много, с детьми, стариками, женщинами какая-то жалкая тысяча. Неужели эльфы решили вместе с мятежниками, задушить конкурента на права владения этими лесами? Блять… как не вовремя и именно сейчас, когда мы только-только наладили отношение с хищниками, только взялись за производства зачарованного оружия.
Совет начался и закончился довольно быстро. Му, Кролли, Заййя, Пом со своими хищниками поддержали меня, сказав, что не позволят каким-то Хранителям рощи вести себя с нами, словно они хозяева, а мы рабы. Воздержались от высказывания лишь трусливые выдры. Их представитель не хотел пускать своих сородичей на войну и потому пообещал, что выр-выр будут работать в тылу, за все народности разом, обеспечивая нас провиантом. Подобная трусость вызвала презрение у других видов, но я не позволил поднять выдру на смех. Произнесённое являлось и оставалось лишь словами, в армии моей примерно тридцать пять процентов от ополчения и стражи занимали исключительно выдры. Даже с учётом мнения и пожеланий старейшины, я не мог отказаться от столь многочисленного пополнения войска за счёт людского ресурса выр-выр.
По завершению собрания, в деревни началась экстренная мобилизация. Оружейная стремительно пустила, сгружались, перевязывались и собирались в путь первые отряды усиления Озёрного. Болты, пилумы, щиты, а так же тридцать наших лучших бойцов, вместе с Кобо и Мудагаром, с поднявшейся в небе луной отправляются в форт. Мне очень хотелось вместе с ними отправить Зуриэль или хотя бы инквизицию, что владеет зачарованными предметами. Но ангел, считавшая важным лишь обеспечение моей безопасности, категорично отказалась.