Сказки Сан-Марино

  
Джан Луиджи Берти
 
Сказки Сан-Марино
 
  
Паучок-летун
 
С той поры, когда в Сан-Марино жили мальчик по имени Сабатино и маленький, удивительный паучок, прошло целых четыре века.
Сабатино был сыном коменданта крепости Рокка, главной в городе.
Стоит она на вершине горы Титан, над самой пропастью. Три могучие серые башни и крепкие, в три метра толщиной, каменные стены надёжно укрывали санмаринцев от врагов.
Много раз они пытались взять Рокку приступом, и всё напрасно — крепость как была, так и осталась неприступной. Но враги изобретали всё новые хитрости, и дозорные днём и ночью не спали, вели наблюдение. Горе тому, кто задремлет хоть на минуту — не миновать ему жестокого наказания.
Виновных сажали в крохотные тюремные камеры крепости, а потом предавали суду.
Отец Сабатино был человеком суровым, а порой и беспощадным. Даже собственному сыну он никаких поблажек не давал. Не разрешал ему выходить за ворота — поиграть с другими мальчишками.
Сабатино любил отца и понимал, что это нелёгкая служба делала его таким злым.
Но Сабатино, как и все мальчишки, любил поиграть, повеселиться. И вот, чтобы как-то развлечься, он часами бродил по крепости.
Всю Рокку облазил, знал самые потаённые её уголки и каждый камень. Только разве с камнями поиграешь? Да и поговорить и поспорить не с кем.
Порой, после целого дня одиночества, Сабатино вечером ложился в кровать и никак не мог уснуть — всякие грустные мысли лезли в голову. Лежал неподвижно в постели и прислушивался к размеренным шагам часовых да разглядывал причудливые узоры на отсыревшем потолке.
Это капельки влаги постепенно образовали пятнышки, фигурки и узоры.
В один из таких вечеров и произошла необыкновенная история. Мимо Сабатино пролетел паучок, а за ним тянулась серебристая нить.
На этой тончайшей нити паучок и держался в воздухе.
Паучок подлетел к стене, расправил лапки и сплёл новую нить.
По ней он полетел к другой стене, подгоняемый лёгким ветерком, проникавшим в комнату через открытое окно.
— Эх, если б я мог летать, как ты! — с тоской воскликнул Сабатино.
— Знаю, что не можешь, — писклявым голоском ответил паучок. — Думаешь, я могу делать всё, что мне нравится? Ты вот можешь играть на барабане, а я нет. А я так люблю играть на барабане!
Сабатино очень удивился. Приподнялся. Слез с постели и подошёл к паучку.
— Это ты со мной говорил? — спросил он.
— Да, я. Позволишь мне остаться тут? Раньше моим домом был старый шлем. Вчера какой-то солдат пришёл и забрал этот шлем, а я еле удрал.
— Вот чудеса-то! — воскликнул Сабатино. — Теперь я смогу говорить с тобой всегда, когда захочу.
С того дня для Сабатино началась новая жизнь.
Он и в самом деле научился играть на барабане, чтобы только порадовать паучка.
А паучок в знак благодарности рассказывал ему об удивительных вещах, которые он видел за стенами крепости, когда летал на своей серебристой нити. Ну, а начинался полёт так.
Сабатино подымался на колокольню крепости, наклонялся немного и отпускал паучка, а тот летел к старинным домам Сан-Марино.
Особенно он любил летать над городом в дни праздников, когда сотни солдат маршировали по улицам в ярких мундирах, со шпагами на боку.
 
Но вскоре для Сан-Марино снова наступили нелёгкие дни. Вспыхнула война с соседним городом Римини.
Его властитель, князь Малатёста, хотел захватить непокорную республику Сан-Марино.
И вот однажды санмаринцы отбили штурм врагов и взяли с десяток пленных. Всех их посадили в крепость Рокка.
Один из пленных, немолодой уже офицер, почему-то люто ненавидел пауков. Едва их находил, сразу убивал. Он даже отрастил и заострил ноготь на мизинце левой руки. Так ему стало легче расправляться с пауками.
Сабатино теперь всё время беспокоился за судьбу своего друга — паучка.
Порыв ветра, сквозняк могли внезапно унести паучка в камеру пленника, и там бы ему пришёл конец. От страха Сабатино глаз не мог сомкнуть. Думал он, думал и однажды ночью надумал: решил тайком поговорить с пленником.
Прокрался к его камере и приник к глазку.
— Эй, пленник, ты меня слышишь? — тихонько спросил он дрожащим голосом.
— Кто там пищит? — пробурчал пленный офицер, спавший на большущей голой доске.
— Тише… Говори тихо, прошу тебя, — прошептал Сабатино. — Я сын коменданта. Это ты убиваешь пауков? За что? Они ведь вовсе даже не злые. И ещё очень забавные. А тебе они не нравятся, да?
В ответ пленник повернулся на бок и громко захрапел. Сабатино, затаив дыхание, пытался разглядеть в глазок, спит ли пленник или же притворяется. Но вот пленник снова пошевелился.
— Не сердись, пленник. Я помогу тебе бежать, только обещай больше не убивать пауков.
— Иди спать, сопляк! Что ты там за ерунду мелешь?
— Клянусь, я говорю правду, — не сдавался Сабатино. — У меня есть ключи от твоей камеры. Сейчас я ими тряхну. Слышишь?
И он тихонько звякнул ключами. Пленный тут же слез с доски и подошёл к двери.
Через глазок Сабатино увидел, что у него большущая спутанная борода и злые глазищи.
У Сабатино от ужаса аж ноги подкосились.
Но он набрался храбрости и показал пленнику ключи. Потом проскользнул в камеру.
Ключи он отдал не сразу — сначала заставил пленника обрезать ноготь на мизинце.
Пленный обрезал ноготь, схватил ключи и вмиг исчез во тьме, бесшумно, как рысь.
На другой день произошло весьма неприятное для Сабатино событие.
А ведь он был мальчуган умный и мог бы заранее догадаться, чем всё это кончится.
Шла война, и республика Сан-Марино была в большой опасности. Ну, а пленник — беглец — не вернулся к своим, а проник в сам город.
Он решил разведать, какие укрепления возвели санмаринцы за крепостью. Ещё он надеялся отыскать слабое место в обороне города и там-то и начать новый штурм. Хорошо, что часовые быстро схватили беглеца и привели к командиру всех войск Сан-Марино.
Отца Сабатино обвинили в тяжком преступлении — он не помешал побегу пленника, сумевшему даже достать ключи от камеры.
Судья подозревал отца Сабатино в измене, и его посадили в ту самую камеру, в которой прежде сидел пленный, вражеский офицер.
Отца Сабатино ждала смертная казнь. Лишь теперь Сабатино понял, что он натворил. Друга-паучка спас, но отец-то по его вине попал в великую беду.
От горя Сабатино готов был головой о стенку биться.
Паучок пытался утешить друга, но безуспешно. Он и рад был помочь Сабатино, да не знал как.
Наконец Сабатино дали свидание с отцом.
— Папа, во всём я виноват, — прошептал сквозь слёзы Сабатино, с тоской глядя на отца. — Я сделал это, чтобы спасти друга-паучка.
Отец Сабатино толком не понял, что сделал его сын и о каком таком паучке он говорит. Всё же в глубине души он был добрым человеком и не стал ругать сына. Пусть уж его самого осудят. Как-никак, а он стойко сражался в боях, и, может, суд не будет слишком суровым.
Шла неделя за неделей, а отец Сабатино всё сидел и сидел в тёмной, сырой камере.
Сабатино почти не выходил из своей комнатки, хоть дни стояли погожие.
Солнышко повисало разноцветной дугой над крепостью, и его лучи золотили крыши домов.
А потом начались дожди и ветра. Сабатино лежал на постели и смотрел в потолок.