Мой сводный дракон (СИ)

Стопы не ассоциировались у меня с чем–то эротичным и вообще… это ведь ноги! Грязные! Даже если пробежишь из душа к кровати, всё равно ведь испачкаешься. Как потом целоваться? И там щекотно. Можно дёрнуться, да так, что целующий угодит в травмпункт.
Поморщилась.
Фильмы и книги, которые читала, момент с пятками не прояснял, а любопытство терзало душу. Я не могла представить себя в такой нелепой ситуации, потому, видимо, не представляла и мужчину, страстно лобызающего столь непривлекательную с моей точки зрения часть тела.
— Алессаль, объяснения бесполезны. Я сторонник практического подхода. Покажу. Так ты точно всё поймёшь, — заверил Рагнар, едва не мурлыкнул и… свернул к двери в свои покои.
— Что ты творишь, гад? — возмутилась я, выпрямляясь у него на руках и яростно заглядывая в глаза. — Живо иди в мою спальню!
— Слушаю и повинуюсь, моя прекрасная леди. Действительно, на своей территории тебе будет спокойнее, — продолжил паршивец гнуть свою линию.
— Рагнар, я тебя сейчас придушу!
— Сил не хватит.
— Тогда укушу. Больно!
Мужчина уже достиг моей двери и открыл её. Вцепилась в косяк не позволяя пройти дальше.
— Это невероятно пикантно и будит страсть, — играя бровями, ответил Рагнар.
— Издеваешься? — сообразила, наконец.
— Немного. Ты совершенно очаровательна, когда злишься и приказываешь, — заявил братец и понёс меня к выходу на террасу, остановившись лишь возле наполненной ароматным маслом чаши. — Выпусти Огонь, ему нужно прийти в себя после бассейна. Не забывай, что он — не просто стихия, которая может замереть и переждать что угодно, ему в воде физически плохо. А Тьма, по идее, напротив любит воду. Поговори с Огоньком, возможно, тебе есть смысл оставлять его в чаше, а самой купаться ночью, — дал совет брат.
— Каад тоже велел плавать ночью, но я забыла, — призналась, понурив голову.
Огонька высадила в чашу с извинениями и обещаниями больше так не шалить, а затем наблюдала, как медленно воспламеняется горючее масло, словно моему бедному зайчику не хватило сил выжечь его жадно и страстно, как он всегда делал. Ни искорки, ни звука. А ведь он всегда так радостно купался в масле, ревел от удовольствия, трещал бенгальскими огнями, рассыпая огненные брызги вокруг.
Чувство вины затопило с головой. Я невнимательная и эгоистичная девица, нет мне прощения.
— Тебе пришлось многое изучить за короткий срок, неудивительно, что не вся информация усвоилась. Это как с поцелуями пяточек — пока не начнёшь практиковать, не поймёшь всей прелести, — своеобразно успокоил Рагнар, опуская меня на подушки в беседке с панорамным видом, притом ноги бессовестно положил на свои колени.
— Кому это ты регулярно целуешь пятки? — спросила раньше, чем осознала, насколько ревниво это звучит. И дерзко.
Я ещё и язык свой не контролирую! Да что со мной сегодня такое? В присутствии Рагнара мозг словно работает через раз, выставляя меня в непригодном свете.
Вместо ответа мужчина начал неспешно, но довольно сильно массировать мои ступни, растирать пальчики, сдавливать их, поглаживать. Выходило совсем не щекотно. Отнюдь нет. Приятно! Безумно, восхитительно, бесконечно приятно.
И это я не танцевала весь день, не бегала на каблуках. В этом случае массаж и вовсе показался бы небом в алмазах.
Неожиданно для себя откинула неприятные мысли, расслабилась и откинулась на подушки. Потрясающе красивое закатное солнце и неприличность ситуации тоже не смущали и не отвлекали — не до них. Я растекалась лужицей от неспешных движений, плавилась, млела. И совсем позабыла о брошенной в сердцах фразе. Но Рагнар ответил, пусть и не сразу.
— Алессаль, — обратился он, заставляя приоткрыть один глаз и извлечь пару извилин из океана блаженства, — отшлёпать бы тебя за подобные слова, — закончил строго.
Мозг не сразу смог обработать столь возмутительную информацию! В кровь впрыснули адреналин, я подскочила, пружиня от злости, накаливаясь. От хорошего настроения и расслабленности не осталось и следа.
— Ты меня с ума сводишь своими заявлениями! То заботишься, то бесишь. Выбери уже одну линию поведения! — выпалила я, совершенно не контролируя эмоции, и ушла к себе, вколачивая пятки в ковровое покрытие. Огонёк не забирала — он только начал разгораться и ему требовалось время на восстановление, приду за ним позднее.
 
Когда закрыла дверь в свою спальню, меня трясло от обиды и злости, и зла я была прежде всего на себя. Слишком доверилась ему. Расслабилась. Утратила ориентиры. Позволила фантазии работать активнее, чем разуму, обманулась.
Совместное проживание с мужчиной на одной территории в моём возрасте — огромная ошибка. Мы забываем о родстве, забываем о разуме. Оба срываемся и ведём себя непоследовательно. Ни к чему хорошему это не приведёт.
Нужно руководствоваться первоначальным планом — найти путь на Землю и забыть Эрмид с его обитателями, как страшный сон. В немагическом мире я чувствую себя как рыба в воде — там всё понятно и просто, там я ни от кого не завишу, здесь же — сплошные головоломки, от которых устала, не успев выйти в свет и погрузиться в них окончательно.
И Рагнар с этими бешеными перепадами настроения! Ещё и учит меня вечно по своей идиотской методике — ничего толком не объясняя! Пусть моя подруга–цан и вступилась за него, когда я вскользь на это пожаловалась, сказала, что со мной лучше работают провокации, я так не считала. Достаточно нормально объяснить, кто есть кто и всё!
Но нет же, по–человечески здесь не умеют!
Интриги, правление мирами, короны с их протекцией, магические клятвы, непонятные и опасные расы — не моё. Душа не лежит. Вот вообще никак. Это только в фильмах и книгах здорово, в жизни — сплошная головная боль. И тонну информации, которую местные изучают с пелёнок, от меня требуют освоить за пять минут и филигранно использовать, будто я робот такой — закачай данные и никаких проблем.
А насколько здесь опасно — не передать словами. В лесу деревья изуродованы доверху, в море не зайти, расы через одну коварнее другой. Боюсь представить, что творится во дворце. Уверена — там опаснее, чем при встрече с голодным драконом.
Я накручивала и накручивала себя, расхаживая по комнате кругами, пока вдруг эмоции не закончились — лопнули, как мыльный пузырь. Потому что на самом деле я не испытывала и десятой доли тех чувств, что демонстрировала, надев личину дочери рода Фогрейв. Это всё игра. Ненастоящая я. Образ для нового мира, который я выбрала, вжилась и проигрывала, а на самом деле я совсем другая. Не милая неженка Алессаль, которой стала рядом с сильным и властным Рагнаром.
— Если так посмотреть… — произнесла медленно и повернулась к зеркалу, уставившись в него так пристально и жадно, точно оно способно показать душу со всем содержимым и дать ответы на все вопросы.
Холодное отражение не питало иллюзий и отражало ту меня, что я не хотела видеть: не сильную, решительную, гордую и здравомыслящую девушку, а ослеплённого желаниями и гормонами влюблённого подростка. Хорошую девочку Алесю, послушную дочь рода Фогрейв.
Я увлеклась братом и потеряла часть себя, это глупо, недальновидно и совершенно непростительно в моём положении. Эмоции лишь вредят — ослепляют, мешают, искажают действительность.
Недопустимая слабость.
Выдохнула, собралась с духом, посмотрела на себя ещё раз.
Состряпала свирепое лицо.
Пожалуй, стоит честно ответить себе на главный вопрос — кто я такая: земная девушка Алеся, приёмная дочь лорда Фогрейва или тёмная и опасная огненная леди?
Что я на самом деле чувствую? Чего хочу?
Сама.
Если опустить «должна», «согласно этикету», «девушке положено», отбросить слабость и страх, бесконечные метания. Прислушаться к себе. Признать, что я — не светлая милая девочка, а тёмная.
Тёмная — это ведь не злая и страшная, не плохая и гадкая.
Отражение в зеркале изменилось: черты лица заострились, а взгляд стал из деланно–сурового мефистофелевским, коварным, но твёрдым и уверенным, сильным.