Мой сводный дракон (СИ)

— Позвольте с вами не согласиться, — холодно ответила ему. — Мы не представлены, вы не являетесь моим родственником и нарушаете все правила приличия. Будьте любезны…
Я не успела договорить, как мужчина заорал не своим голосом, согнулся в три погибели и рухнул на землю, где выгнулся в обратную сторону, будто невидимый враг ломал ему позвоночник.
— Рагнар! — крикнула, не понимая, что происходит. — Здесь у человека эпилепсия! Или ещё что–то! Я не знаю, что делать! Иди же сюда! Скорее!
Брат вышел своей обычной неспешной походкой, следом появился владелец гостиницы. Мужчины без интереса оценили лежавшего у моих ног «вампира» и как ни в чём не бывало продолжили обсуждать новости.
Мне открыли дверь, подали руку, усадили в карету… Пока я непонимающе хлопала глазами и пыталась сообразить, что вообще происходит, почему ночью ко мне бегут на всех парах, а когда зову, отнюдь не торопятся, как мужчины распрощались, после чего трактирщик вернулся к себе, не сделав попытки помочь «страдальцу», а наша карета отправилась в путь.
Я приготовилась внимать — была уверена, что получу ворох нотаций, но Рагнар смотрел в окно и не предпринимал попыток учить уму–разуму. Несмотря на гложущее любопытство, приняла жестокое по отношению к себе, но необходимое решение — не провоцировать брата на разбор полётов и ехать молча. Однако телефона с интернетом не было, книгу с собой я не взяла, она осталась в багаже, пейзаж на окном быстро наскучил, так что, не прошло и часа, как я с ума сходила от безделья.
Посмотрела на Рагнара. Тот ехал, думая о чём–то своём, и на меня особо не смотрел. Мне бы тоже не помешало занять ум, только я прекрасно знала, чем закончатся неподтверждённые аргументами мысли о жизни в новом мире — я накручу себя переживаниями, сомнениями и страхами, затем начну паниковать и сделаю какую–нибудь глупость. Лучше отвлечься.
— Я бы хотела взять книгу из чемодана. Это возможно? — уточнила, чинно сложив руки на коленях и бросив на брата кроткий взгляд.
Карета остановилась, Рагнар вышел первым и подал руку, помогая спуститься на землю.
— Кричи.
— Что?
— Кричи, — повторил он. — Здесь никто не услышит, а ты на грани.
Посмотрела на этого доморощенного психолога. Неплохая шуточка, не спорю. Я действительно едва не лопнула за час вынужденного молчания. Но признать его правоту? Да ни за что!
— Не понимаю, что ты имеешь в виду, дорогой брат. Я лишь хотела взять книгу. — Пожала плечами и направилась к багажу, который крепился сзади магического транспорта.
Разумеется, мне не позволили и пальцем прикоснуться к тяжестям. Всё же, как ни крути, есть плюсы даже в патриархальном обществе. Через несколько мгновений в моих руках оказалась книга о расах.
Ещё через несколько секунд я сидела в карете и искала двести пятую страницу.
Итак, что здесь у нас пишут про вампиров?
«Древняя раса, прибывшая из мира Сарадоэкан.
Седьмой круг от звезды Сурран.
Третий исход.
Класс опасности: шестнадцатый».
— И это всё? — выдохнула я, недовольно посмотрев на брата. — Здесь ничего толкового нет, всего четыре предложения. Где найти более подробную информацию?
Рагнар скосил глаза на раскрытую в моих руках книгу.
— Как ты расшифровала те четыре предложения, что прочитала? — вопросом на вопрос ответил он.
— Никак. Я лишь обратила внимание на то, что страшные–ужасные в моём понимании вампиры лишь шестнадцатые в списке, а значит, есть ещё пятнадцать рас для изучения.
— Рас гораздо больше, Алессаль, и указанный в справочнике класс опасности для твоих целей роли не играет. Что касается четырёх не устроивших тебя предложений поясню: звезда Сурран — это источник магической энергии, из–за которого разгорелась Великая война.
— Ты говорил, дело не в войне, а в студентах. Точнее, в магах–погодниках.
— Эрмид приютил осколки цивилизаций и продолжает это делать, потому использует древний классификатор. До войны двенадцать приближённых к Суррану миров и населявшие их расы считались самыми могущественными, влиятельными, сильными и опасными. Их связывало многое, история была непростой, а путь к союзу извилистым. Сперва они заключили пакт о ненападении, затем начали сотрудничать, обмениваться знаниями, опытом. Исследовать миры. Энергии Суррана хватало с лихвой.
 
Рагнар задумчиво посмотрел в окно. Спустя несколько мгновений тишины я не выдержала.
— И что случилось? Они попали в более сильный мир?
— В мир, звезда которого умирала, — тихо произнёс Рагнар, будто эта информация причиняла ему боль.
— И расы того мира решили сменить место жительства, да? Переселиться к Суррану?
— Они это сделали, — коротко заметил Рагнар и, словно потеряв интерес к беседе, быстро закончил: — Круг от звезды — это сила тела и магии, исход — сила духа.
Я представила Солнечную систему, где вместо Солнца царит Сурран, а вращающиеся вокруг планеты — не привычные мне Меркурий, Венера, Земля и прочие, а те самые двенадцать сильнейших.
Чем ближе к звезде, тем больше магии, в земном понимании — тепла.
Выходит, вампиры жили на седьмой планете от звезды, имели доступ к магической энергии и чувствовали себя достаточно уверенно. Почему тогда сила их духа — на троечку?
— Выходит, близость к Суррану и верность идеалам — это и есть основные критерии оценки рас? — уточнила, укладывая в голове полученные сведения.
— Да.
— А сколько было исходов? Двенадцать? — уточнила, предполагая, что великие и могучие древние эгоистично посчитали лишь свой вип–клуб, не принимая во внимание окраинные миры.
— Девять. После ухода эльфов война превратилась в самоубийство. У оставшихся четырёх рас не было шанса на успех. Ни одного. Впрочем, подозреваю, его не было изначально, — со вздохом добавил Рагнар после небольшой паузы.
— Вампиры ушли одними из первых. Этот поступок расценивается как предательство? Потому вы с трактирщиком не помогли мужчине, что… подошёл ко мне? — в последний момент нашла удачную замену слову «приставал», лишь бы не взбесить брата. Я уже изучила его реакции и понимала, когда не стоит его лишний раз тревожить.
— Да, каждый исход — это предательство. И нет, твоему собеседнику не оказали помощь по иной причине — ты справилась самостоятельно и это твоя победа, разделять её — дурной тон.
— Я?! Я ничего не делала. Или это Огонёк? Я его не просила. Честное слово!
Я пыталась вспомнить, где был «попугай Кеша», но по всему выходило, что огонь спрятался ещё до приближения вампира. И коварно на него набросился!
— Это твоих рук дело, Алессаль. При полном отсутствии способностей ты удивительно устойчива к ментальному воздействию. Вампиры — одни из лучших в затуманивании мозгов.
— А лучшие — земные психологи–маркетологи, — хмыкнула я. — Ты не представляешь, сколько информационного мусора в моём мире. А в интернете! У–у–у! Отделять зёрна от плевел — главное умение современного землянина, — проговорила я, задрав подбородок.
— Полезное качество для любого мира, — согласился Рагнар.
— Но если у меня нет способностей к ментальному воздействию или магии, как я смогла обездвижить настоящего вампира? — спросила, стараясь не подпрыгивать от нетерпения. — Я ведь не убила его, да?
— Нет, конечно, лишь парализовала, как хищник жертву.
— Эм-м, — протянула непонимающе.
— Вампиры — хищники, Алессаль. Их физическая сила превосходит человеческую, но на родной планете они долгие годы вынуждены были хитростью и коварством добывать себе пропитание, потому их основной метод охоты — не обычное нападение. Они предпочитают обездвиживать жертву.
— И на людей охотятся так же, как на животных? — Голос прозвучал неожиданно тонко. Выдала страх. Вампиров я недолюбливала даже в телевизоре, страшные они, жуткие.
— С небольшим отличием. Люди всё же сложнее животных, Алессаль, — мягко заметил Рагнар, улыбаясь моей скривившейся физиономии.
Нарочно дразнит! Знает, как меня бесит его снисходительный тон.