Сергиевград, призыв, кровь, хлябь и смыв (СИ)
Надо заметить, что светлая и святая магия продолжают приносить мне некоторый дискомфорт, но не такой уж сильный. Потому я и не думаю раскрывать свою тайну всем подряд.
Будь у меня волшебный молоточек, то я бы эти знания убрал у всех. Но не судьба.
— Блин, тут больше моего веса ресурсов, — пробормотал я, попробовав поднять все сумки.
— Не, в тебе килограмм сорок, а тут около тридцати. Не будь жадным, тащи в несколько подходов, — усмехнулся Николай, ещё один качок-целитель, но всего лишь на Спутнике. Хотя дар гарантировал ему работу и средства.
Борис и Фома ушли, а клуб наполнила целая дюжина других учащихся.
— Логично, — согласился я и пошёл к общаге с первыми двумя пакетами, где была чистая океаническая вода в глиняных кувшинах.
Камни-камни, здания, редкая травка, пробивающаяся сквозь плиты. Только в тайных местах тут можно побыть рядом с землёй, вернее крупным слоем грунта.
Собственно я и свернул на одну из дорог, которой редко пользовались из-за лишней длины, зато тут было приятнее глазу.
Неожиданно я заметил красный столб света, что стремился в небо как раз в одном из мест с растительностью. Там ещё была небольшая дыра в заборе, запримеченная мной, если решу свалить без помощи помидоров.
Непонятно, Лютиков же как-то избавился от метки.
Я поставил кувшины у дороги, а сам аккуратно подкрался.
— Да просто забей ты на этот клуб…
— Отец наказал туда ходить, чтобы твоё тело было равномерно развито.
— Но ходишь-то в него ты.
— Это ты его прогуливал! Я столько раз чуть не раскрыл себя, будь мы старше, все бы поняли, что в академии под одним именем двое!
— Да плевать. Всё равно должны поступить в следующем году. Тебя официально зачислят.
Ааа. Они близнецы. Ну, не моё дело.
Я не стал дальше слушать, поднял кувшины и ушёл. Мне своих тайн выше крыши.
Теперь надо просто быть осмотрительнее, так как метка действует на одного из них. Выходит лотерея с попаданием под буйного с шизой.
Хотя решается всё просто: ходить в другое время, то есть не в первую смену, а во вторую. Но тогда и народу больше, и Бориса не будет. А целительство на Планете всё же эффективнее, и он адекватный.
Николай больше по шуточкам ниже пояса или по обсуждению достоинств прекрасной половины учительского состава.
Мне это скучно.
Вот отрабатывать перед сном волну земли на тренировочном поле, окружённом мягкими ограждениями — весело, пусть над моими косяками и смеются другие, мне это не мешает. Я становлюсь сильнее.
* * *Пролетело время, и я вместе с несколькими тысячами учащихся на летающих вагончиках прибыл в лагерь подготовки.
Я уже несколько раз пересекался с монстрами, так что не ожидал чего-то особо нового, но старался не расслабляться.
Одно дело чудовища, другое — люди. Что от взрослых, что от детей можно ожидать неожиданных действий.
Да и Глория бродит на свободе, пусть мы, кажется, вылетели из её радиуса.
Провести призыв, конечно, «учебный», я пока не успел, да и всё ещё народу в академии было много. На каникулах должно быть намного меньше.
Это самая привилегированная из всех академий. Тут большая часть потомков бояр с преальмами и зажиточных аристократов, обедневшие редкость, а простолюдинов фактически нет, ведь я принадлежу к преальмам, пусть от меня это и «скрывают».
Зимой я не был в каникулы один, но кроме преподавателей и меня следы на снегу оставляли лишь белки.
«Третий год» обучения — понятие на удивление широкое. На эту практику собирают учащихся из многих академий вокруг, а так же студентов университета и других заведений, что успели продвинуться до этапа Планеты быстрее трёх лет обучения.
Учеников море, учителей по двое на летающий вагончик, а так же каждому выдали жетон практиканта, который отслеживает нас. И снять его невозможно, вроде бы.
— Опять? — раздалось с передних сидений и грузный мужчина, бывший недавно качком по фамилии Конев, поднялся, посмотрел на планшет с нашим отображением и крикнул. — Грязев, ещё одна попытка избавиться от артефакта, я подойду, и ты будешь всю дорогу отжиматься со мной на плечах!
— Я ж помру, — крикнул я в ответ.
— О том и речь, но я тебя исцелю в последний миг. Так что свои шаловливые ручки в сторону от ценного казённого имущества! И это касается всех!
Вокруг послышался ропот.
— Тут взрослые люди, надо, значит надо.
— За вином послать можно и слуг.
— Ты дура? Нам запретили их с собой брать!
— Какая нелепость.
— Да заткнитесь все, дайте поспать. Мы все после экзамена Лиходееву, он мозг промыл каждому своими вопросами и уточнениями.
— Да, списать нереально у этого менталиста, так что заткнитесь, академические, а то…
— А то что? — услышал я знакомый голос Бориса среди женских, он сидел на скамеечке впереди рядом с преподами.
— Борь, ничего. Просто просим помолчать.
Наступила тишина. Я удостоверился, что жетон профукать как минимум сложно, а потому спокойно заснул.
Не знаю, специально или нет, я попал в летающий вагончик со старшими третьегодками, студентами и аспирантами.
Кроме них тут так же был глава клуба атлетизма, запугивающий безобидных аирчиков своей массой, а так же человек, которого я не видел очень давно: ОБЖшник.
Сейчас я читал программку к данному мероприятию.
Нас должны разбить на группы по три человека. При этом в лагере в сумме около тридцати тысяч только учащихся.
В обычное время это полигон обучения военных, чудотворцев и других практикующих боевых магов. Летом же начинается время практики.
Нам в противники инструкторы могут предоставить пленного монстра из трещины, голема, иллюзию монстра или вообще роль исполнит человек.
Последнее симулирует одну из важных опасностей для магов: волшебников-преступников.
Сложность монстра (исключительно одного противника) не должна превышать Рядового. То есть сила противника должна оказаться на уровне волка или максимум тигра.
Последнего не хотелось бы, это граница чуть ниже Солдата. Некоторые специалисты называют амурских тигров одними из немногих существ, что соответствуют подобной опасности среди немагических монстров. Хотя бегемоты, носороги, некоторые виды змей и ряд других особей так же входят в эту категорию опасности.
Но уровня Пешки на суше нет. Даже слоны всё ещё Солдаты. А вот в море осьминоги, кашалоты и многие виды акул оказались отнесены к пику немагического мира, что как раз равнозначен слабейшим Пешкам. Башне в дикой природе нет равных.
Конечно, если не учитывать стихийные бедствия.
Что-то я отвлёкся.
Группы будут выбираться на второй неделе практики. Сам по себе срок нахождения тут длится до месяца.
Вначале будет теория, потом инструктаж, после этого три дня тренировок внутри классов, а потом жеребьёвка групп, после которой снова тренировки и только потом сама практика.
Я бы предпочёл отделаться от этой рутины как можно раньше, у некоторых ресурсов для ритуала есть срок годности. И через двадцать дней океаническая вода перестанет быть пригодной для ограничительного круга. Потом её только вылить в ванну плавать или горло полоскать.
Так что я с этого момента паинька и отличник. Надо свалить отсюда как можно быстрее.
Глава 13
Сложности всё же есть. У меня нет реально сильной атаки против чудовищ.
Нет, я могу напасть со своим юмористическим номером «Кир и его пупырки», но монстры могут и не понять всей смехотворности каменных шипов стартового уровня.
Волна земли хороша, я научился делать поворот на скорости своего шага, но не большей. Однако в бою быстро сменить положение можно, тормозить я умею. Не догонять тоже. Я вообще качественный слоупок, как оказалось. Прямо прирождённый тормоз. Догадаться спрыгнуть с волны и создать новую, я смог не с первой попытки, да и то подсмотрел у других.