Он её ад (СИ)

На этих словах Матиас чуть изогнул темную бровь.
— В таком случае, с кем ночуя ты чувствуешь себя в безопасности?
Его лицо не изменилось, зато в голос словно плеснули яд. От этого по позвоночнику пробежали мурашки и я поежилась. Он ведь не знает про Ливена? Или услышал, что я провела у того несколько ночей?
— Это неважно. — я снова мотнула головой. — Тебя не касается. Вполне вероятно, что я всего лишь ночую где-нибудь в пустой комнате и собираюсь продолжать это делать.
Я вздрогнула и замолчала, когда заметила, как рука Матиаса внезапно оказалась возле моего лица. Сжавшись, я ждала чего-то нехорошего, но неожиданно пальцы всего лишь скользнули по моей щеке, и, собрав волосы, убрали их за ухо.
Хотя этот жест был скорее бережным, что у меня никак не вязалось с Яагером, я все равно чувствовала, как от Матиаса исходит покалывающее напряжение и плавится воздух. Словно он в любую следующую секунду мог выпустить плохо скрытую ярость, которая появилась после моих слов. Поэтому подобная аккуратность еще больше пугала: было бы понятнее, если бы Яагер реально меня просто ударил.
В конце концов, я уже поняла, что этот человек, больше подходящий роли машины для убийства, мог скрывать свои намерения лишь для того, чтобы потом выплеснуть их с удвоенной силой. Как это произошло неделю назад.
— Не надо. — шепнула я, хотев было дернуть головой, чтобы волосы снова скрыли лицо, но Матиас все еще продолжал касаться горячими пальцами моей щеки, не позволяя мне это сделать.
— При мне не прячь свое лицо.
В этот момент снова раздались шаги неподалеку. Только на сей раз они не исчезли в другом коридоре, и, покосившись, я ощутила, как рухнуло мое сердце. Из-за угла вырулил улыбающийся Ливен.
Яагер, заметив на моем лице тревогу, бросил взгляд в сторону парня, и я тут же увидела ,как на его губах появился оскал.
— Твой друг? У него ночевала?
Не знаю почему, но у меня возникло стойкое ощущение чего-то нехорошего. Страх опять пронзил сознание, но на этот раз я боялась не за себя. Перепугавшись до смерти за Ливена, я схватила Матиаса за футболку, не подумав о том, как это смехотворно может выглядеть со стороны: ушлепок, которому хватило духа вцепиться в этого дикого зверя.
— Не трогай его, — прошептала. Толком не понимала, что делала, но в быстром и лихорадочном движении потянула Матиаса на себя — к открытой комнате, рядом с которой мы стояли. Я случайно задела дверь и она захлопнулась, оставляя меня и Яагера закрытыми в этом маленьком помещении.
Тут не было окон и свет не горел, но упершись спиной во что-то, я поняла, что мы находились в кладовой, в которой уборщики складывали ведра и швабры. Очень тесная комнатка, в которой, даже пытаясь отстраниться от Яагера, я все равно соприкасалась с ним.
Плевать. Главное, что я успела затащить Матиаса сюда до того, как нас увидел Ливен. Иначе бы друг точно начал меня защищать и, мне почему-то казалось, что ничем хорошим это не закончилось бы.
Пытаясь встать поудобнее, я уперлась спиной в рукоять швабры, а грудью в торс Матиаса.
Дьявол.
Ладно. Неважно. Сейчас Ливен пройдет и я выйду отсюда.
Деньги
— Зачем ты затащила меня сюда?
От вопроса Яагера, по коже скользнули острые мурашки, но намного хуже было то, что он сейчас стоял настолько близко. Я попыталась отстраниться, но все равно грудью соприкасалась с его торсом.
Сделав глубокий вдох, я прислушалась к шагам и поняла, что Ливен, как раз прошел мимо кладовой, в которой мы находились, и пошел дальше. Только после этого я ответила:
— Затем, что я не знаю, чего от тебя ожидать, — тихо прошептала. — Тебе и повода не нужно, чтобы кого-то избить, а от того, как ты посмотрел на моего друга… Уничтожишь его только за то, что он мне помогал?
Несколько невыносимо долгих секунд царила тишина, в которой я отчетливо слышала шаги Ливена. Они отдалялись, но парень еще не отошел достаточно далеко, а я мысленно молилась о том, чтобы он сейчас ускорился и как можно быстрее скрылся за поворотом, ведь в это мгновение я ощущала себя так, словно была заперта в клетке со зверем. Более того, в эту клетку я сама себя загнала.
 
— Значит, ты у него ночевала, — сделал вывод Матиас и в этот момент от него действительно исходило что-то нехорошее. Жуткое.
— Какое это имеет значение?
— Он к тебе прикасался?
— Что? — я непонимающе приподняла голову, хоть и в этой темноте не видела Матиаса. Правда, от этого легче не становилось. Из-за того, что я его не видела, ощущала сильнее и сейчас он мне действительно казался зверем. Жутким. Агрессивным.
— Он тебя целовал?
— Нет, — ответила мгновенно. — Ливен просто мой друг. Между нами нет ничего такого.
Вновь наступила тишина и я уловила то, что шаги Ливена уже сейчас были еле слышны. Это хорошо. Осталось еще совсем немного потерпеть, но, неожиданно для себя я ощутила, что атмосфера в кладовой сейчас была не настолько невыносимо давящей.
Неожиданно Матиас прикоснулся к ладони, выглядывающей из-под гипса. Я привыкла к тому, что руки этого агрессивного чудовища могли только причинять боль. Сколько же парней Матиас избил и изувечил? Множество. Наверное, даже больше, чем я предполагала, поэтому, та бережность, с которой он сейчас прикасался ко мне, казалась дикостью. Чем-то невозможным. Тем, чего просто не могло существовать.
Но я все же резко отдернула руку. Правда, несмотря на это, все еще ощущала прикосновения Матиаса на ней. Его ладони огромные. По прикосновениям грубые и шершавые. Я нахмурилась. Разве такие руки должны быть у мажора?
— Больно? — спросил Яагер. В кладовой из-за темноты ничего не было видно, но почему-то мне казалось, что я ощущала взгляд Матиаса на моем гипсе.
— А ты как думаешь? — спросила сквозь плотно стиснутые зубы. — Пожалуйста, больше не прикасайся ко мне. Мне неприятно.
Лишь на мгновение мне показалось, что в том тусклом и мизерном свете, который проходил в кладовую через щель в двери, я увидела отблеск в черных глазах Матиаса. В них увидела, нет, ощутила то, что меня саму наполнило чем-то пожирающим и изувечивающим. Но, качнув головой, я избавилась от этих ощущений, после чего, поняв, что Ливен ушел и его шагов больше не было слышно, я собиралась дернуть за ручку, чтобы открыть дверь и выйти отсюда.
Вот только, остановилась. В коридоре опять кто-то шел, а, поскольку два парня выходящих из тесной кладовки будут крайне странным зрелищем, я с досадой поняла, что придется еще подождать.
Внезапно ладонь Яагера легла на мою щеку. Он вновь убрал волосы, упавшие мне на лицо, но в этот раз он на этом не остановился: я почувствовала, как его пальцы скользнули мне на шею сзади и сжали, притягивая ближе. В следующую секунду наши тела соприкоснулись так тесно, словно два кусочка паззла.
Если бы снаружи никого не было, я бы вскрикнула от неожиданности. Но вместо этого у меня вырвалось протестующее “м-м...”.
Он наклонился так, что я ощутила его ставшее обжигающим дыхание на моих губах, и тихо сказал:
— Я тебя не обижу и другим не дам, но... я хочу прикасаться к тебе. Дьявол. Знала бы ты, сколько всего я хочу сделать с тобой.
После чего он скользнул кончиком носа по моей щеке, и неожиданно следующий выдох я почувствовала в ложбинке между плечом и шеей. Яагер обнимал меня, и я в шоке тут же уперлась ладонями в его торс, в остром желании отстранить его от меня. При этом услышала, как двое каких-то парней будто специально остановились возле комнаты, в которой мы прятались и громко болтали, смеясь.
Это длилось несколько ударов сердца, после чего он резко отпустил меня и отстранился. А затем, толкнув дверь, вышел.
— Матиас?! А ты... а ты что там?... — послышался удивленный голос. Я испуганно оглянулась, думая, где бы мне спрятаться. Но сознание, все еще будучи в панике после такой близости с Матиасом, не могло прийти в норму, поэтому я бестолково вертела головой по сторонам.