Он её ад (СИ)

Даже во сне мне было тревожно: мне снова снилось что-то похожее на суд, я видела брата, еще живых родителей, и отца, который тащил меня куда-то, а я была не в силах ему противостоять. В какой-то момент мне стало очень холодно и я, вздрогнув, проснулась.
И тут же увидела перед собой Яагера. Наклонившись, он упирался одной рукой в кровать, рядом с моей головой.
Комната была все еще темной, несмотря на то, что за окном уже понемногу начал светлеть горизонт. Сонно моргнув еще раз, я убедилась, что Матиас - не галлюцинация после крепкого сна, и он действительно какого-то черта навис надо мной, поэтому я едва сдержалась, чтобы не закричать от нахлынувших страха и возмущения.
Что он делает?!
— От... отойди! — сдавленно выдала. В следующий миг я почувствовала что-то неладное, и опустив глаза вниз, обмерла. Оказалось, что я во сне вновь ворочалась. Более того, даже сильнее, чем обычно, из-за чего одеяло валялось комом на полу, тонкая ткань толстовки задралась, обнажая живот, а штаны, наоборот, немного сползли, из-за чего теперь частично было видно нижнее белье.
Взгляд Яагера обжигал. Заставил замереть. Это продолжалось считанные секунды, но казалось, что целую вечность, в которой я прекрасно ощущала то, как Матиас на меня смотрел. Я не понимала того, что видела в его глазах, но в этот момент казалось, что по коже скользнули раскаленные угольки. Все чувства после сна были обострены, и продрогшая от холода кожа четко ощущала жар, который исходил от человека напротив. Стоило только бросить взгляд на напрягшиеся мышцы, как сердце словно остановилось.
Он сделал еле заметное движение вперед, будто срывался, но уже в следующий момент, наоборот, отстранился.
— Не спи в таком виде. — внезапно произнес Яагер и я вздрогнула. Сейчас его голос был до невозможности утяжелен хрипотцой. Я почувствовала прикосновение костяшек его пальцев на животе, и Матиас сильно потянул мою толстовку вниз, прикрыв живот.
Я тут же в панике схватила его за руку и села, подобравшись.
— Не надо.
Матиас поднял на меня взгляд, видимо, собираясь что-то сказать. Но так как теперь мое лицо оказалось прямо перед ним, наши взгляды пересеклись и повисла странная, неудобная тишина. Я смотрела на его лицо, черты которого в утренней темноте казались еще жестче и холоднее. После он внезапно скользнул взглядом к моим губам.
В следующий момент все вышло синхронно: когда я подняла руку, чтобы положить ее на грудь Яагеру и оттолкнуть его в сторону, он наклонился и прикоснулся губами к моим.
Как и в прошлый раз, это было неожиданно. Но тогда он отстранился почти сразу же, а в этот раз Матиас внезапно углубил поцелуй, положив мне на затылок ладонь, а я растерялась, из-за непривычных и для меня диких ощущений, в которых я прекрасно почувствовала его жесткие губы, а так же язык. По коже скользнуло острое покалывание и я не знала, что чувствовала в этот момент. Скорее всего, шок. Слишком много всего. Что-то жгучее от понимания того, что нечто настолько интимное у меня происходило с тем, кого я ненавидела и вообще считала страшным парнем, не знающим, что такое грань в жестокости, но в тот же момент этот поцелуй действительно заставлял растеряться. Может, это потому, что до Яагера меня никто не целовал и я просто не понимала, что это такое и сейчас терялась в нахлынувшей волне полностью незнакомых для меня ощущений.
Моя ладонь все еще лежала на его груди, чувствуя, насколько напряжены были мышцы, и напор, который буйствовал в мощном теле, и я не могла ее убрать, потому что мне казалось - опусти я ее, и всё. Меня мигом разорвут в клочья и я даже ничего не смогу сделать. Но пальцы уже подрагивали - от шока, который я сейчас испытывала.
В следующее мгновение ладонь Матиаса пробралась под мою толстовку и легла на талию. Сжала ее, из-за чего я дернулась и в панике с силой попыталась оттолкнуть Яагера. Вот только, бесполезно. Это все равно, что толкать огромную скалу.
Внезапно Яагер сам убрал ладонь из-под моей толстовки. Резко. Будто прикоснулся к раскаленной лаве, которая начала жечь руку, уничтожая ее. И вместе с этим он прервал поцелуй, после чего чуть отстранился, посмотрев на меня. В его глазах было что-то, что заставило мое сердце дрогнуть и сильнее отстраниться. Губы горели, и я никак не могла выкинуть из головы чувства, которые я испытывала от прикосновения его языка. У меня не было никакого опыта, но я прекрасно чувствовала, что он был у Матиаса. Ну, конечно, у него раньше было множество девчонок. Тех, кем он просто пользовался. Недолгие развлечения. Все разные, но так же все, как одна, будто сошедшие с обложек журналов.
 
Когда взгляд Яагера снова вернулся к моим губам, я каким-то шестым чувством поняла, что он снова собирается это сделать, и моя рука, взметнувшись, со звоном влепила ему пощечину. Я сразу заметила, что его щека начала краснеть, но я ни о чем не жалела.
Я сразу же соскользнула с кровати и быстрым шагом отошла на противоположную часть комнаты. Хотя, желала вообще оказаться на другом конце колледжа. Да плевать где — главное, подальше от Яагера.
— Больше не делай этого, — после сна мой голос все еще был хриплым. — Не целуй.
Матиас повернул голову и посмотрел на меня. В полумраке комнаты его глаза казались еще более темными. Настолько черными, что напоминали бездну ада.
— Я буду это делать.
У меня по коже пробежали мурашки и я дернулась. Вместе с этим ощутила, как в груди все полыхнуло. Недовольством и, вместе с этим, непониманием. Но, главное, злостью от того, что Матиас явно был намерен попользоваться мной так же, как и всеми теми девушками, которые попадали в его грубые руки. Нет особого выбора, а, значит, подойдет и та, которую он ненавидит и презирает. Все равно поиграет и скоро забудет.
А для меня, черт раздери, это были первые поцелуи и первые прикосновения.
Я желала испытать их с нормальным парнем. С тем, кого буду любить, а не ненавидеть.
Я разомкнула губы, но ничего сказать не успела. В этот момент в коридорах заиграли колонки — оповещение о том, что пора вставать.
Шумно выдохнув, я качнула головой и сказала:
— Мне нужно переодеться.
Матиас встал с моей кровати и, положив ладони в карманы штанов, отвернулся. Несколько долгих секунд я смотрела на его спину, не понимая, почему, несмотря на то, что он не соблюдал мое личное пространство, но при этом Яагер всегда отворачивался, когда я переодевалась.
Ладно. Плевать.
Я пошла к шкафу и достала одежду. Очень долго перематывала грудь, при этом, на всякий случай спрятавшись за дверью шкафа.
— Я переоделась, — сказала, закончив с одеждой. Хотя вообще не хотелось что-либо говорить Матиасу.
Я взяла полотенце и зубную щетку с пастой, после чего пошла к двери. Вышла в коридор и через пару шагов поняла, что Яагер шел за мной. Я нахмурилась, но ничего говорить не стала.
Я заняла самый крайний умывальник, а Яагер встал около того, который находился ближе всего. Дьявол. Тут множество умывальников и все свободные. Тем более, уже вскоре сюда начали приходить студенты и многие старшекурсники подходили к Матиасу. Здоровались с ним и пытались завести разговор. Яагер отвечал однословно. Иногда вообще ограничивался слабым кивком, продолжая чистить зубы.
Но все равно рядом собиралось слишком много парней, а мне это мешало.
Сделав глубокий вдох, я постаралась не обращать на это внимание и выдавила на зубную щетку как можно больше пасты.
Я все еще ощущала поцелуй Матиаса. Его губы и язык. Дьявол. Мне должно быть противно от того поцелуя, а я до сих пор не понимала, что чувствовала. Осознавала, что, наверное, благодаря опыту, Яагер мог сделать так, что поцелуй не покажется ужасным. То есть, это были не какие-то неловкие движения. Пусть я толком ничего не понимала, но из глубины сознания приходило осознание, что Матиас действительно умел целовать. Наверное, раньше перецеловал сотню девчонок. Ну, конечно, они же так и стелились перед ним. Черт. Они разве не видели его сущность? Да к такому и за сотню метров лучше не подходить.