Заклятые друзья. Книга 3. Просто бизнес и ничего личного (СИ)

— Самцы готовы? — на всю тренировочную площадку взревел Гарет.
— Тише ты, Гарет, — взмолился Тин. — Услышат же!
Однако Гарет и не подумал снизить громкость.
— Я не слышу ответа?
— Да, готовы, — тонкими голосками вразнобой выкрикнули "самцы".
— Нет, не готовы, друг мой, — вступил в игру Содер. — Перед тем, как начать, они должны признать проблему!
— Я согласен с тобой, друг, — торжественно склонил голову Гарет.
Сидевшие на скамейке маги затаили дыхание. Разворачивающееся перед ними действо напоминало обряд Посвящения, который студиозы проходили в начале первого курса.
— Сейчас каждый из вас должен представиться, громко назвав свое имя, и озвучить суть проблемы, которую мы потом попытаемся вместе с вами решить! — торжественно провозгласил Содер. Предваряя вопросы, он вскинул руку. — Привожу пример, как это должно звучать. Я, студиоз темного факультета Содер Смэлл, признаю, что никогда не имел отношений с противоположным полом и хочу научиться тонкому искусству соблазнения и доведения до…
Содер прервался, задумавшись над окончанием формулировки. Четверо студиозов замерли с открытыми ртами, глядя на него расширившимися глазами.
— Эй! — свой возглас Гарет сопроводил коротким свистом. — Соблазнитель! Ты чему там еще собрался их учить? Забыл, что у нас только ведро! Вернее, Кристина… Еще вернее, ее железная голова! На себе, что ли, показывать все будешь? И в качестве учебного пособия сам выступишь? Каминг-аут решил провести?
Заражея склонилась к Клафелимиди.
— Что такое каминг-аут?
— Это словечко из Вольных баронств, — ни на секунду не замешкавшись, спокойно ответила та. — В переводе на наш обозначает выступление мастера.
— А-а-а-а… понятно.
В ответ на вопросы Гарета, Содер взъерошил волосы растопыренной пятерней и признал:
— Да. Тут погорячился. Значит, остановимся на тонком искусстве соблазнения.
Мнущаяся перед ними четверка уныло переглянулась.
— Мы бы хотели научиться целоваться, — магам пришлось напрячь слух, чтобы расслышать слова Тина. — Парни только ради этого со мной пришли.
— Что??? — подскочил к нему Гарет. Герой похода в Проклятые земли навис над Тином так, что тому пришлось отклониться назад, чтобы не соприкоснуться носами. Именно так армейский десятник нависает над новобранцем, который умудрился задать самый тупой в мире вопрос. На взгляд десятника, разумеется. — Только этому??? А как ты даму доведешь до того состояния, чтобы она согласилась тебя поцеловать? Свой прыщ ей покажешь?
Тин, все еще пребывая в отклоненном состоянии, пощупал лицо.
— У меня нет прыщей!
— Я говорил про прыщ, который у тебя в штанах! Что ты сразу за штаны схватился? Мне его решил показать? Не надо. Не смеши ни меня, ни остальных! Давай, делай признание. Ты первый!
— А почему опять я?
— Делай!!! — дружно громыхнули Насри, Хантердей и Моэль.
Аврелий почувствовал острый локоток Тифани, которым она его легонько толкнула.
— Глянь на девчонок, — сказала магесса, утирая выступившие на глазах слезы. Тифани давно так не смеялась. — Я на них обижусь, если они сейчас сорвут представление!
Аврелий посмотрел в сторону кустов и улыбнулся еще шире. К сожалению, ему была видна только Саманта, которая лежала в траве, надежно прикрытая от глаз студиозов кустами. На животе, закрыв лицо руками. Узкие, точеные плечики сотрясались от приступов беззвучного смеха.
— … не имел отношений… — между тем, монотонно бубнил Тин. — … искусству соблазнения. Все!
— Молодец, — хлопнул его по плечу Содер. — Следующий!
— Я, студиоз факультета Стихии Воздуха Насри Сант Люмпен…
Терпеливо дождавшись, пока «настоящие самцы» завершат оглашать признание, Содер и Гарет приступили к следующей части.
— Кристина, сейчас эти будущие боги любви будут осыпать тебя самыми изысканными комплиментами, которые только могут быть рождены в этом мире меча и магии!
Гарет произносил слова с таким напыщенным пафосом, с таким выражением, что легко мог соперничать с любым театральным конферансье.
Люция смерила взглядом по-юношески тощие фигурки «богов любви», их несчастные лица, и согнулась от очередного приступа смеха. Остальные маги от нее не отставали.
 
— Ты! — указательный палец Гарета остановился на Моэле. — Сделай Кристине комплимент!
Молодой студиоз от неожиданности икнул, испуганно посмотрел на ведро, которое Гарет держал перед его носом, затем на самого Гарета, и выдал:
— Э-э-э-э… У тебя такой большой рот…
Гарет опустил ведро.
— Ты совсем идиот?
— Моэль, — приблизился к ним Содер. — Девушке, с которой ты еще даже не целовался, такое лучше не говорить.
— Такое не стоит говорить даже жене! — фыркнул Гарет. — А с такими комплиментами ты жену себе никогда не найдешь! И помрешь девственником!
Аврелий с рыданиями сполз со скамейки.
— Спокойно, спокойно. Без паники. Он же еще учится. У тебя все получится, — Содер ободрил приунывшего Моэля. — Не переживай. Давай попробуем еще раз. Скажи Кристине что-нибудь приятное.
Моэль присмотрелся к ведру.
— Ребята, я не знаю, что сказать. Кристина какая-то страшная.
— Ведро лишь образ. Представь на месте Кристины любую другую девушку, которая тебе нравится, — подсказал Содер.
— Ну… Волосы…
— Что волосы?
— Волосы у нее редкие, — с немыслимыми страданиями «родил» комплимент Моэль. — У Кристины… И нос… Здоровый какой-то…
На поляне установилась тишина. Содер и Гарет весьма выразительно смотрели на окончательно стушевавшегося студиоза. Маги смеялись в голос, но маскирующий полог не давал студиозам их услышать. Однако вокруг других наблюдателей маскировка отсутствовала, и их обнаружение было лишь вопросом времени. Сдавленный смешок из-за кустов, изданный кем-то из девушек, моментально привлек внимание двух мэтров и их четверых последователей.
— Там кто-то есть, — Гарет вложил Кристину в руки Тина, после чего легко перепрыгнул через низкое ограждение тренировочной площадки и устремился к кустам, за которыми скрывались Саманта и ее подружки.
Содер бросился следом.
— Не оборачивайтесь! — тонко пискнул Тин. — Кто бы там не был, он не видел наших лиц! Не знает, кто мы!
С этими словами он натянул ведро себе на голову.
— А если узнает, это будет позор, — зарычал Моэль. — Бежим!
Студиозы бросились вперед, прямо на магов. Через несколько мгновений они пересекли маскирующий полог и остановились, словно вкопанные, глядя на растерявшихся магов, чинно восседавших на скамейке.
— Добрый вечер, — прогудел из ведра Тин через несколько мгновений неловкого молчания.
— Добрый вечер, — рассеяно ответила ему Клафелимиди.
— А мы тут в рыцарей играем. Шлем вот… одел.
— Молодцы, — счел нужным похвалить студиозов Аврелий. — А мы решили на звезды полюбоваться. Только-только пришли сюда.
Вновь повисло молчание.
— Так, может, мы пойдем? — робко спросил Насри.
— Идите, — разрешила ему Люция. — А мы еще посидим. Подождем, пока звезды на небе повыше взойдут.
Студиозы развернулись и поковыляли в направлении дорожки, белеющий силуэт которой уже с трудом угадывался в вечерних сумерках.
— Мда-а-а, — протянул Аврелий, когда их фигуры растворились среди деревьев. — Неловко получилось.
Пока внимание магов было отвлечено, к месту проведения обучения в сопровождении трех студиозок приблизились несостоявшиеся наставники.
— Екарный бабай! — воскликнул Гарет, неведомым образом сумевший в последний момент рассмотреть в сумерках Тина, плетущегося позади трех товарищей. — Ведро!
— Что ведро? — в отличие от друга, Содер не сумел никого поймать взглядом. — Они его с собой утащили.
Гарет досадливо поморщился.
— Тин его на свою тупую башку одел!
— Что? Он же намертво к веткам и дну приклеится! — Содер дернулся догонять, но Гарет его остановил.
— Поздно. Он уже приклеился. Теперь надо думать, как его отклеить. Но это потом. По вашему поводу! — студиоз повернулся к трем девушкам.