Заклятые друзья. Книга 3. Просто бизнес и ничего личного (СИ)

— Шесть, — незамедлительно выдал Тин. — У них там парней вообще нет.
— И какая из них украла самое ценное, что у тебя есть? — улыбнулся Содер.
Тин дернулся.
— В смысле, украла? Еще утром все деньги были на месте!
— Содер имеел ввиду твое сердце, — я нетерпеливо тряхнул головой. — Давай особые приметы! У нее, как и у тебя, глаз косит? Или уши, как лопухи?
— Или нос слишком большой и с горбинкой? — вставил Содер.
— Может, у нее прыщи по всему лицу? Есть у нас одна такая, — в памяти внезапно всплыла одна из студиозок, страдавшая возрастным недугом кожи.
Но она, вроде, ходила в синей мантии факультета Стихии Воды.
— Нет, нет, нет, — замахал руками Тин. — Моя Психия красивая. У нее нет недостатков!
— Понятно, — меня разбирало любопытство, кому же из девушек посчастливилось стать предметом вожделения нашего друга. — Опиши ее внешне. Цвет волос, глаз, черты лица.
— Волосы светлые, по плечи, — глаза Тина затуманились. — Глаза зеленые, лицо настолько красивое, что при виде ее я теряю дар речи…
Меня передернуло. Он что, умудрился влюбиться в Клафелинщицу?
— Только не говори, что предметом твоей страсти стала госпожа Клафелимиди! — снял у меня с языка Содер.
— Вы что? Моя Психея более красивая, чем госпожа Клафелимиди! — заявил Тин и тем самым сразу же сломал мне мозг.
Причем не только мне — у американца тоже сбилась программа и он, бедолага, завис.
— Ты сейчас серьезно? — недоверчиво уточнил я.
Красивая блондинка с зелеными глазами и не Клафелинщица? Спрашивается, куда смотрели мои глаза?
— Совершенно серьезно! — с жаром подтвердил Тин. — Я весь прошлый год присматривался к ней, а в минувшие выходные, на вечеринке у Хантердея, мы с ней станцевали… И я понял, что не могу без нее! Она просто богиня! Самая прекрасная и обворожительная девушка, которую я только встречал на…
— Тин, я не понял, а в чем твоя проблема? — прервал его хвалебные оды Содер.
Тин сразу потускнел и как-то обмяк.
— Парни, я не знаю, что делать дальше, — помявшись, признался он. — Я еще ни разу не общался с девушкой с глазу на глаз.
Я с трудом сдержал рвущуюся на лицо улыбку. Первый из четверых наших друзей, на словах замшелых «Дон Жуанов», признался, что он и не Дон Жуан вовсе, а скорее наоборот. Что-то такое я давно подозревал.
— В смысле, не знаешь? Ты же весь прошлый год нам говорил, что у тебя уже были отношения с противоположным полом. Многократные! — на последнем слове Содер сделал акцент.
Тин напоминал побитую собаку.
— Я немного преувеличивал, — смущенно пробормотал он.
— Да нет, братишка, ты не преувеличивал, — улыбка все-таки победила и засияла на моем лице. — Ты просто нам нагло гнал!
— Ну… да… — переборов себя, признал Тин.
Тяжелое признание для главного болтуна и хвастуна Всея Академии.
— Хорошо, — оценил я его мужественный поступок, на которые способны были лишь немногие из мужиков. Уверен, большинство стояло бы на своем. — Что ты от нас хочешь?
Тин сразу приободрился.
— Подскажите, что мне делать? Как завоевать ее расположение?
— А что ей нравится? Чем она увлекается? — полюбопытствовал Содер.
— Не знаю, — развел руками Тин.
— О чем она любит говорить?
— Не знаю.
— А что она любит есть? — подключился к расспросам я.
— Не знаю.
— Что она читает?
— Не знаю.
Монотонные «не знаю» Тина поставили нас в тупик.
— Я так понимаю, о ее любимых цветах у тебя спрашивать не стоит? — осуждающе покачал головой Содер.
Тин обреченно вздохнул.
— Тогда скажи нам, о чем ты вообще с ней разговаривал? — решил я зайти с другой стороны. — Что она вообще рассказывала тебе?
— Она по большей части молчала. Говорил я, а ребята слушали.
— Почему-то я в этом не сомневался, — хмыкнул Содер. — Что говорил-то?
— Тут у меня к вам будет еще одна просьба, — повесил гриву Тин, остановившись метров за двадцать от главного корпуса.
Мы вынуждены были встать рядом.
— Какая?
— Я немного в своих рассказах преувеличил… Самую малость…
Мы с Содером переглянулись. С учетом пока не озвученной просьбы нашего болтуна, вывод напрашивался сам собой. Осталось только его озвучить, а затем уточнить детали.
 
— Я буду прав, если предположу, что твоя «самая малость» каким-то образом касается нас? — склонил я голову ближе к Тину, чтобы проходившие мимо студиозы не слышали нас.
— Да, — Тин поднял на меня глаза, изо всех сил стараясь придать им предельно честное выражение. Принимая во внимание то, что его глаза косили, самым чудесным образом вышло так, что одним глазом он взывал о жалости меня, а другим — Содера. — Я рассказывал всем о наших совместных делах.
— Что??? — охнул Содер. — О наших совместных делах с тобой? Это о каких?
— Ну… — шаркнул ногой Тин. — Совместных. Разных. О наших посиделках в Синей яме…
— Так мы же с тобой всего один раз там были! Когда ты обоссал стражников. После этого мы тебя и остальных туда не брали!
— Два раза я там был, — опроверг его слова Тин. — Два!
— Хорошо, — выдохнул я, предчувствуя, что самое интересное нас ждет впереди. — О чем ты еще рассказывал?
— О наших разборках с Тайгером де Кадсом, — стараясь не смотреть на нас, выпалил Тин.
— А тут-то ты с какого боку? — изумился Содер.
— Я же сказал, что немного преувеличил. Рассказал о некоторых подробностях, о которых остальные были не в курсе…
— И мы тоже не в курсе этих подробностей. Ты красавчик, Тин!
Тин в ответ виновато шмыгнул носом.
— Прелестно. Что еще? — требовательно спросил я.
— Рассказал, что с Хромым дружу. Он теперь всем известен. Его даже вон, — Тин кивнул в сторону скамейки, на которой продолжали сидеть наши одногруппницы с подружками, — аристократы все знают.
Хромой стал известным в широких массах? Это скорее плохо, чем хорошо. С другой стороны, а чего мы хотели? После операции со спасением Саманты и Синти, после организации нашей пышной встречи по возвращению из Проклятых земель, было бы удивительным, если бы он оставался безвестным разбойником. Вернее, продолжал быть известным лишь в строго определенных кругах.
— И что о Хромом говорят? — понизил голос Содер.
— Самое разное. Кто во что горазд придумывает, — легкомысленно махнул рукой Тин. — Только в одном все сходятся. В том, что Хромой теперь самый влиятельный и опасный бандит, с которым лучше не сталкиваться.
— Ясно. На этом все? — меня не покидало ощущение, что Тин еще не дошел до самого важного.
— Нет, — плечи Тина ссутулились.
Он словно сделался меньше и незаметнее.
— Что еще? — раздраженно воскликнул Содер.
— Тише, тише, — метнул быстрый взгляд по сторонам Тин. — Не надо орать на всю Академию.
— Говори.
Тин пожевал губу, вздохнул и на одном дыхании выпалил:
— Я ходил с вами в Проклятые земли. Не с самого начала. Присоединился уже в конце. Прошел через перевалы и зашел вглубь Проклятых земель на пятьдесят верст. Там мы встретились и вышли уже вместе.
После слов Тина молчание длилось почти минуту. Я разглядывал его простодушную физиономию, пытаясь найти на нем следы стыда. Не нашел. Тину явно было неловко, но угрызений совести он однозначно не испытывал.
— Постой! — вдруг вспомнил я. — А возвращение в город? Как ты обосновал свое отсутствие среди нас?
— Сказал, что вошел в город раньше. Разведать обстановку и предупредить Хромого, что вы уже рядом. Поэтому меня и в карцер не посадили, потому что вместе с вами не видели.
— Потрясающая ложь! И теперь что?
— Ребята! — взмолился Тин. — Я хотел произвести впечатление на Психею! Ну, сами подумайте, посмотрит на меня красивая девушка, если я не буду таким же крутым, как и вы?
— Мы не крутые. И никогда себя крутыми не строили! — отрезал Содер. — Лучше скажи, что ты от нас хочешь?
— Я прошу, чтобы вы подтвердили мои слова, — Тин сложил руки в умоляющем жесте.