Тайный сын миллиардера (СИ)

Я набрала номер своей подруги — Яси. Она была причиной всех моих проблем и катализатором всех катастроф, и она же — самым надежным человеком из всех. Как в ней это совмещалось, ума не приложу. Я до сих пор дружила с Ясей, более того, подруга снимала квартиру по соседству, я часто оставляла с ней Мирослава. Яся в нем души не чаяла. Я взяла с подруги клятву, что она не проболтается Крестовскому о сыне. Яся божилась, клялась… Кажется, держала свое обещание!
Гудки. Гудки… Да где же ее носит, подумала с нетерпением. Наконец, услышала в трубке:
— Алло?
— Алло. Яся?
— Да? — выдохнула подруга.
Я решила не терять время на стандартные приветствия и сразу перешла к сути.
— Значит, так, Яся. На моих с сыночком радарах появился он — парнокопытный самец, миллиардер Крестовский. И если ты ему хоть словечком, хоть половинкой, хоть взглядом обо мне что-то подскажешь или поспособствуешь... Я тебя в утиль сдам. Как самую говенную в мире подругу!
Яся от неожиданности даже икнула и издала странный писк, а через несколько секунд затараторила:
— Клянусь, что больше ни-ни. Ни слова. Ни намека. Ни даже подмигивания. А он... Это самое, да? — понизила голос подруга.
— На что ты намекаешь?! — возмутилась я.
— Приставал? Под юбку к тебе полез?
— Что?! Да пусть только попробует! Я ему вмиг приставалку на фарш измельчу... НЕТ! Ничего такого! — воинственно заявила я.
Но сама, закусив губу, вспомнила, как жарко и с голодом смотрел на меня миллиардер. До сих пор — сексапильный бабник. Ни одну юбку не пропускает… На мою юбку тоже с аппетитом смотрел, негодяй.
— Слушай, а вообще, какой он стал? — уточнила Яся. — Ты с ним говорила?
— Говорила? Нет, скорее, мнениями обменялась. Этот кретин решил, что Мирослав — его сын и угрожает отнять.
— Но Мирослав же сын Крестовского?
— Он — мой сын. Только мой. У Крестовского есть жена, пусть она ему и рожает сыновей! — отрезала я.
— А я слышала, что Адель принимает участие в новом сезоне популярного реалити-шоу «Второй шанс». Ну, ты знаешь, про реабилитацию и прочее… Оно невероятно популярное, у шоу десятки тысяч поклонников. У Адель такая кипучая деятельность, я смотрела ее инсту. Постоянные съемки, кастинги, шоу, рекламы… Очевидно, она слишком сильно занята, чтобы рожать детишек!
— Меня это не волнует от слова совсем. Это их проблемы. Хватит того, что они отобрали у меня дочь. Сына я не отдам!
— Ой-ой, ой-ей-ей… — застонала Яся. — Василиса, притормози. Только глупостей не наделай!
— Глупостей? Каких, например?
— Например, Стефан и его поползновения. Ты же не собираешься дать ему… ну… шанс. Только потому что появился Крестовский?
— Слышать ничего не желаю.
— Василиса, подумай сама. Там какая-то мутная история с его бывшей женой! — Яся понизили голос. — По слухам…
— Я ничего не желаю слышать. Никаких слухов. Стефан — достойный мужчина. Очень привлекательный. Ты и сама знаешь, как многое он мне дал.
— Да-да, я знаю, что он тебя под свое крыло взял, ты считаешь себя обязанной ему. И на мой взгляд, прыгать в постель от обиды и чувства долга — худшая из затей.
— Худшая из затей — ставить подножки в момент, когда твоей подруге нужна поддержка.
— Вась, ну ты не дуйся! Я же ничего плохого не хотела, просто говорю, чтобы ты не торопилась.
— Яся, поторопилась я всего один раз, когда прыгнула в постель с парнокопытным Крестовским после месяца знакомства. Стефана я знаю много лет. Поверь, сблизиться после стольких лет знакомства, после всех кризисов, что мы пережили бок о бок — самое правильное решение.
— Хорошо убеждаешь себя.
— Яся…
— Все, молчу. Молчу-молчу! Больше не скажу ни слова. Я желаю тебе счастье и всегда-всегда буду рядом. Чтобы ни случилось. Всегда… — заверила меня Яся.
— Спасибо, — поблагодарила я.
— Крестовский, правда, пообещал отнять сына? — осторожно спросила Яся.
— Правда, — усмехнулась я. — Правдивее не бывает.
— Мне кажется, он не со зла. И он несчастен с Адель.
— Откуда тебе это известно?
— Я к бабке ходила… Она карты раскинула. Сказала, что в браке все фальшивое, и что Крестовский глубоко несчастен.
 
Я хотела фыркнуть. Но Яся понизила голос до трагического шепота:
— Это еще не все.
— Да? А что еще?
— Если пойдет по этой же дорожке, Крестовского ждет верная смерть… — произнесла совсем замогильным голосом подруга. — Не хочешь спасти его гибели?
— Ой, все! — отмахнулась я.
— Не, а чего ты так пренебрежительно фыркаешь, я не понимаю?
— От слов твоих. К бабке ты сходила! Ну хватит, Ясь… Сколько можно дребеденью увлекаться. Ты же вроде не глупая девушка, у тебя медицинский колледж за плечами. Ты должна очень трезво смотреть на жизнь, а ты в чепуху всякую веришь и к бабкам ходишь!
— Я не к шарлатанке пошла, у той бабки — дар. Она все видит. Все материи, все ауры… Васенька, умоляю, ты только не торопись с этим Стефаном, подумай о разговоре с Крестовским. Обсуди все, как было. Я где угодно кровью распишусь, что все с моей подачи началось, ну?
— Он — козел.
— Вася, ты ему жизнь спасешь! — завопила Яся. — Умрет человек, а ты ему руки не подала, не отвела беду! Как потом будешь жить с этим?
— Я сегодня с ним виделась и говорила по телефону. Этот гад очень даже живучий и помирать не собирается. Пышет здоровьем и мужским аппетитом. Все, хватит говорить мне о ерунде всякой!
— Бабка не врет, Вася… Кириллу грозит большая беда, — запричитала Яся.
— Ясь, мне пора. Милош один в ванной комнате Стефана, и мне даже представить страшно, как сильно он может безобразничать.
— Что-что?! — возмутилась Яся. — Милош? Ты уже и сыночка называешь, как Стефан! Милош?! Ты чего! Это же наш Мирчик. Мирослав! Мирослав и точка! Никаких Милошей! Кажется, мне надо быть рядом, чтобы ты фигню не натворила!
— Давай без поспешных выводов, Яся. Я большая девочка и со всем справлюсь. Тем более, мы лишь немного со Стефом задержимся в России и вернемся в Варшаву. Насчет Мира я просто оговорилась, голова кругом от всего. Мне пора…
Я отложила в сторону телефон и сделала шаг в сторону ванной комнаты. Из нее вылетел побледневший Мирослав и замер возле двери, поспешно растопырив руки. О боже… Уже нашкодил?! Что стряслось? Я сразу отметила, какой виноватой выглядела мордашка сына.
— Мир, что ты натворил?
— Я… Ничего такого. Правда, ничего такого. Там совсем немножко. Я все уберу…
— Мирослав!
Сердце ухнуло вниз.
— Что ты наделал?
— Ты только Стефану ничего не говори! — приложил к губам палец Мирослав. — Скоро там все уложится. Улягется… — начал путаться в словах.
— Так, Мирослав, отойди.
Я решительно передвинула сынишку в сторону и распахнула дверь.
— БОЖЕ!
Пока я ошарашенно смотрела на плоды купания Мирослава, позади раздался заботливый мужской голос:
— Василиса, ты кричала! Что-то случилось?!
На пороге спальни возник Стефан, одетый в домашний костюм: легкие брюки свободного покроя, рубашка, расстегнутая на несколько пуговиц, на ногах — мягкие замшевые туфли.
— Василиса, милая, на тебе лица нет!
Стефан мгновенно обнял меня со спины.
— Что стряслось?
— Ничего. Просто… кхм…
Я не могла найти слов. Просто не знала, как объяснить Стефану, что ванной комнаты у него больше нет.
То есть, она существует, конечно же. Но там такое…
— Милош, — строгим тоном позвал Стефан. — Это ты, негодник, виноват. Расстроил свою маму. Разве так поступают настоящие мужчины? Нет, так поступают только мелкие пакостники. В моем доме мелкие пакостники всегда заслуживают наказание и отправляются в угол пыльной, старой кладовки. Без света, — добавил зловеще.
— Мааам, — позвал Мирослав, испуганно взглянув в мою сторону.
Он иногда пугался темноты. Хоть Мирослав напроказничал жутко сильно, но я не могла позволить Стефану наказать сына таким способом. Причем, Стефан даже еще не знал, в чем дело, но уже решил наказать моего сына.