Тайный сын миллиардера (СИ)

Уехала, стерва! Сердце мне в лепешку, как асфальтоукладчиком, раскатала. Теперь у нее есть сын от меня. Пусть не врет, будто я к нему отношения не имею. Я и без тестов ДНК вижу, что он — моя вылитая копия.
О, как я зол, взбешен! Пальцы затряслись от гнева. Выходит, Василиса от меня забеременела и даже это утаила в секрете?! Скрывалась несколько лет! Если бы не случайность, если бы не роковое стечение обстоятельств, я бы никогда не узнал о сыне?
Да что она за мать такая?! Допустим, Василиса не бедствовала, это по одежде заметно, и сын при ней, а не в приюте, хвала небесам! Но это ровным счетом ничего не меняло. Мне хотелось зажать ее в углу и встряхнуть хорошенько, спросив, как она смела поступить со мной так. Но я понимал, что сцен устраивать не стоит.
Спокойствие, Кирилл, только спокойствие… Я смотрел, как Василиса уходила, прошел за ней, проследил до парковки. Девушку ждала машина с водителем. Я запомнил номера. Я все про тебя узнаю… Все! В прошлом она держала в тайне сведения о моей дочери, а теперь она хотела скрыть от меня сына?!
Не выйдет! Я получу свое. У сына должен быть отец.
Я так решил.
* * *
Василиса
— Добрый вечер, Василиса Арсеньевна! Пан Стефан просил передать, чтобы вы перезвонили ему! — сказал водитель сразу же, как только мы с сыном сели на заднее сиденье внедорожника.
— Спасибо, Ярек, — ответила на польском и достала телефон.
Нужно было позвонить боссу, Стефану Войцеховски, и обрадовать его, что в приюте все прошло гладко, без заминок. Почти все, сказала себе. Все, кроме Крестовского, будь он неладен! Стоило подумать о нем, как у меня задрожали руки. Сумасшествие какое-то! Спустя столько лет реагировать подобным образом на этого мужчину. Смешно, Василиса, соберись немедленно!
Я уже не та молоденькая глупышка, попавшая под чары обаятельного мерзавца. У меня есть сынишка, хорошая работа, собственная квартира в Варшаве и большие перспективы... Я всего добилась своим трудом и ни перед кем не обязана отчитываться за свои действия в прошлом, тем более, перед этим козлом.
Придурок самовлюбленный. Как обычно, только о себе и думает! Как он на меня смотрел, мамочки! Словно я голой перед ним вышагивала. Совершенно посторонних не стеснялся, при детях на меня пялился, раздевал глазами… У него совершенно отсутствуют понятия о совести, гад аморальный! Крупный, умелый, горячий и страстный гад, подумала, вспомнив нашу ночь.
Сравнения — прочь. Он — подонок, и думать о нем не стоило! Только убеждения не помогли.
Пальцы все так же дрожали, телефон выскользнул на пол.
— Я подниму, мамочка! — пообещал сын.
Пока Мирослав поднимал телефон, я бросила случайный взгляд в окно и вздрогнула. Мне показалось, что за углом здания стоял Крестовский! Высокий мужчина, спортивного телосложения. Костюм песочных тонов.
Крестовский?! Или не он?! Издалека было не разобрать!
По коже пробежали острые мурашки. Сердце в груди заныло… Крестовский любил одеваться в светлый. Светлый безумно шел его темным волосам и подчеркивал смуглую, красивую кожу. Неужели он следил за мной? От тревоги зрение немного подвело, поплыли разноцветные пятна. Из состояния ступора меня вывел голос сыночка.
— Держи, ма!
Мирослав протянул мне телефон. Поддавшись порыву, я крепко обняла сынишку и поцеловала его в рыжеватую макушку.
— Спасибо, солнышко!
— Ма, я уже большой, давай без телячьих нежностей? — проворчал Мирослав.
— Что-что?!
Я удивленно посмотрела на сынишку.
— Где ты успел такого нахвататься, скажи мне?
— По телеку слышал. У пани Яси шел фильм, и я немножко послушал.
— Ах, пани Яся, значит! — сощурилась я. — Я поговорю с ней о выборе фильмов для досуга. Больше так не говори, хорошо?
— Это плохие слова?
— Нет.
— У этих слов есть два смысла? — нахмурился Мирослав.
Сын говорил на двух языках и иногда уточнял: не означает ли слово что-то плохое, на втором языке?
— Нет. Просто я очень сильно тебя люблю, а когда ты так говоришь, получается, что ты не хочешь обнять меня в ответ, и это меня обижает.
 
— Не обижайся, я тебя сто тысяч миллионов раз подряд могу обнять! Можно?
— Конечно!
Сынишка крепко обнял меня за шею. Ох, здоровячок! На голову выше всех мальчишек своего возраста, крепыш. Он пошел в отца, подумала я, снова вернувшись к мыслям о Кирилле Крестовском.
Перевела взгляд на здание приюта для сирот и никого не увидела. Показалось, наверное. Да, просто показалось. Не стал бы Крестовский красться за мной по пятам. Еще и тайком. Нет, он бы прямо подошел, по красной ковровой дорожке, с фанфарами. Показалось, решила я уверенно. Просто перенервничала из-за встречи лицом к лицу с прошлым.
Машина мягко тронулась. Успокоившись, я позвонила боссу — Стефану Войцеховски. Он ответил почти сразу же. Услышав его мягкий, бархатный голос, я улыбнулась незримому собеседнику.
— Стефан, добрый вечер.
— Рад тебя слышать, Василиса. Как прошло?
— Замечательно. Сердечный привет от директора приюта и его воспитанников. На деньги они обещали купить новые кровати, столы и стулья… Обновить столовую — в приоритете.
— В столовой еще стоят те самые табуретки? — ужаснулся Стефан.
— Скрипучие.
— И с сучками? — поцокал языком Стефан.
— И с сучками. Я испортила чулки.
— О, как нехорошо вышло! — рассмеялся добродушно босс. — Позволь оплатить тебе… кхм… расходы?
В другой раз я бы тактично отказалась от оплаты таких расходов. Покупка чулок тоже выходит за рамки дружеского общения и служебных отношений. Я знала, что, покупая женщине белье, мужчина надеется, что сам будет его снимать.
Стефан — привлекательный, остроумный мужчина. Очень состоятельный и взрослый, ему больше сорока. С ним комфортно, он многое мне дал, я научилась у него почти всему, что знаю. Вначале он относился ко мне лишь покровительственно, со временем отношения изменились и стали ближе, теплее, перетекли в дружеские.
Мы давно были на «ты», поддерживали хорошее общение. Но как-то незаметно в наши дружеские отношения проскользнул флирт. После одного корпоратива и случайного поцелуя все изменилось. Теперь Стефан намекал, чтобы наши отношения перешли из разряда дружеских в более интимные.
Обычно я мягко отказывала ему. Намек с чулками был очень красноречив: босс хотел затащить меня в постель и переспать! При других обстоятельствах я бы точно сказала Стефану «нет». Но сегодняшняя встреча с мужчиной из прошлого заставила меня изрядно понервничать, а еще эти слова Крестовского: «Мой сын!»
Эти два простых слова лишили меня равновесия. Я занервничала.
Крестовский до сих пор шествует в первой десятке самых привлекательных и состоятельных мужчин столицы. Миллиардер сейчас женат на моей старшей сестре и воспитывает с ней общую дочь. Он успешен, красив, богат и желанен многими. Интересно, он до сих пор меняет девушек, как перчатки, или ему хватает одной темпераментной Адель?
Я не знала этого наверняка. Но точно знала, что я до сих пор одинока и могу выглядеть уязвимой на фоне блистательного миллиардера. Поэтому неожиданно для себя я ответила Стефану:
— Сегодня я испортила не просто чулки, но мои самые любимые чулки. Поэтому не откажусь от замены.
— Да? — переспросил Стефан и задышал чаще.
Стефан очень приятный и привлекательный, как мужчина, несмотря на большую разницу в возрасте. Но я уже вкусила однажды, что такое головокружительная страсть и понимала, что к Стефану у меня нет ни одной сотой из того, что называют «химией в отношениях».
Однако куда меня завела эта химия с Крестовским? Нет, больше никакой химии и взрывов. Только тепло, только доверительные отношения.
Согласиться на предложение Стефана? А что, если и да… Что я делаю? Не пожалею ли потом?
  
Глава 2
 
Василиса
Я перевела взгляд на Мирослава, который прислушивался к моему разговору. Точная копия отца… Я ненавидела Крестовского, но за Мирослава я была ему благодарна. Хотя никогда не признаю, что Мирослав — его сын.