Сайфер (ЛП)

Температура в комнате упала так, что Джорни мог видеть облачка пара, которые Хокин выдыхал, когда оторвал взгляд от экрана телефона.
— Сайфер никогда нас не предаст, — тихо сказал он. — Если бы он мог быть тут, так и было бы.
Вера Хока в своего лучшего друга достойна восхищения, но Джорни не уверен, что он того заслуживает. Когда непадший входил в Шеул, завершал своё падение, пуская внутрь зло. Каким бы достойным Сайфер ни был, зло теперь часть его самого. И зло создало новые крылья, силы и способности. Но сильно ли оно овладело им? Этот вопрос всегда всплывал, когда дело касалось падших ангелов. У большинства из пор сочилась злоба, и они были гигантскими радиоактивными придурками. Но некоторые — обычно те, кто пал совсем недавно — не так уж плохи. Может, если они доберутся до Сайфера быстрее, то смогут спасти от самого худшего. Или, по крайней мере, задержать на несколько столетий.
— Ладно, приятель. — Джорни вскинул руки в защитном жесте. — Успокойся. Я просто хочу указать на большого, демонического слона в комнате, понимаешь?
Хокин сверкнул глазами, но через мгновение снова уставился в телефон.
— У меня есть карта, и думаю, есть информация, способная нам помочь. — Говоря это, он нажимал на экран телефона. — В прошлом году Сайфер исследовал личные связи примерно дюжины врагов Азагота, чтобы найти лазейки в их системы безопасности и технологии.
Джорни взволнованно кивнул, понимая, к чему он клонит.
— Я помогал ему с этим. Баэль был одной из целей.
— Скажи, что вам ребятам удалось найти лазейку, — проговорил Хокин.
— Да. — Джорни ухмыльнулся. — Парни, думаю, мы сможем помочь Сайферу.
Джорни с энтузиазмом, которого не было с момента исчезновения Сайфера, взял свой кусок торта. Они, наконец-то, могут попробовать помочь другу. Но после семи месяцев в Шеуле, сколько Сайфера можно спасти?
  
Глава 4
 
— Говори, Сайфер. Не давай повода для новой боли.
Огненные проклятия Сайфера не растопили лёд в камере, но стало лучше. Флейл потеряла, казалось, несколько часов в попытках заставить его говорить, иначе, она будет пытать его через аскердиск. Что действительно отвратительно.
Так или иначе, он делал то, что она хотела, и говорил глупости, избегая боли. Но в какой-то момент она перестанет играть и серьёзно отнесётся к пыткам.
Тем не менее, это предложение особенно тупое, и он сначала отказался. Грудь пульсировала, как у сукиного сына, от этого маленького акта неповиновения.
— Сайфер…
— Ладно. — Он закатил глаза так сильно, что стало больно. — Мой член размером с мини-сосиску.
Когда она захихикала и захлопала в ладоши, он откинул голову на стену и посмотрел на оставшиеся сотни сосулек, свисающих с потолка пещеры — некоторые размером с него. Если такие упадут, будет дьявольски больно.
Жаль, что ни одна не упала на Флейл.
Он осторожно сместил вес, ни сильно давя на крылья. Верёвка, привязанная к основанию новых крыльев падшего ангела, глубоко сидящая в спине, причиняла адскую боль. Любое давление мучило. Хуже всего то, что Сайфер ещё даже не видел своих крыльев. Баэль приказал, не давать им раскрываться.
— Сколько ушло времени на то, чтобы тебя сломать, Флейл?
Она моргнула.
— Сломать? Меня никто не ломал. После свержения с Небес, я охотно и гордо вошла в Шеул.
— Свергли? — Какой абсурд, но на смех не было ни времени, ни сил. — То есть, хочешь сказать — ты не виновна в падении?
— Я ни в малейшей степени не невинна, — ответила она с раздражением. — Но всё равно это фигня. Ну, убила я несколько человек без разрешения, и что? Большинство — отбросы общества. Меня несправедливо выкинули.
— Несправедливо? — Она что, сошла с ума? — Убийство людей без причины или разрешения — худшее преступление в длинном списке преступлений. Ты нарушила правило номер один, и удивляешься, что лишилась крыльев?
Она издала звук отвращения.
— Понимаю, что нарушила закон, но он смешон. Люди подобны насекомым. И почему неправильно их убивать? — Должно быть, он не скрыл выражение шока на лице, потому что она упёрла кулаки в бока и сердито посмотрела на него. — И не только я так думаю.
 
— Ни хрена себе, — сказал он. — Именно поэтому Сатана и его шайку изгнали с небес.
— Спасибо за урок истории, — сухо сказала она. — Но ты явно не осознаёшь масштабов античеловеческого движения среди небесных ангелов.
— Откуда тебе это вообще известно? — огрызнулся он. — Ты пала когда?.. Лет восемьсот назад?
Она посмотрела на одну из сосулек, самую острую, и Сайфер подумал о том, как бы под ней не оказаться.
— Для ангелов этот отрезок времени — мгновение ока. И ты это знаешь. Но ошибаешься. Я потеряла крылья меньше трёх столетий назад.
— Да, но я совсем недавно был на небесах, и никто не говорил о мятеже
Она раздраженно поджала губы, которые когда-то доставляли огромное удовольствие.
— Они не станут говорить открыто. Некоторые, кого ты считаешь своими хорошими знакомыми, вероятно, согласны со мной.
Он хотел сказать, как она ошибалась, но, пораскинув мозгами, понял, что в этом есть смысл.
Ангелы старой гвардии, жившие ещё до того, как на Земле появилась хоть какая-то форма жизни, долго ждали, когда люди продемонстрируют, что достойны. Многие, кто не поддерживал восстание Сатаны и проповедовал терпение, начали переосмысливать позиции. А младшие ангелы, которые появились позже, видели лишь тех, кто уничтожал себя и планету, которую им дали.
«Словно люди деградируют, — как однажды сказал Тувол, один из старых друзей Сайфера. — Мы возлагали на них такие надежды, но эксперимент неудачный. Пора отцу покончить с ним. Другим живым существам на Земле будет лучше без их жестокости и эгоизма».
Как бы ни был шокирован Сайфер, списал мнение Туволя как нетрадиционное, разделяемое незначительным количеством маргинальных недовольных, чьё влияние столь же незначительно.
Но что, если это неправда? Что, если число и влияние экстремистов растёт?
— Допустим, вас больше, чем я думаю, — сказал он. — Чего они хотят?
Она уставилась на него, как на идиота.
— Ты не догадываешься? Апокалипсиса.
Это заявление достойно смеха.
— Мне неприятно говорить тебе это, психичка, но Небеса всегда старались предотвратить апокалипсис.
Флейл снова пнула его, на этот раз сильнее.
— Апокалипсис неизбежен, Сайфер. Точно так же, как существование религиозных демонов и человеческих радикалов, которые приближают конец света, есть и Ангелы.
— Но смысл промедления — дать людям время усовершенствовать свои души. — Таков аргумент Туволя против «неудавшегося эксперимента». Да, люди ужасны и, казалось, регрессировали, но они учились на плохих временах, а не на хороших. — Чтобы стать достойными вечной жизни, которой они будут одарены после того, как проживут несколько земных жизней и испытают всё, что можно испытать.
Она изобразила рвоту.
— Фу. Ты говоришь, как написано в грёбаном учебнике. Неужели не понимаешь, что у них не выйдет. Зачем продлевать агонию? Если Армагеддон начнётся прежде, чем человечество достигнет совершенства, все человеческие души будут уничтожены.
— Чушь собачья. Когда придёт конец света, все добрые души перейдут на другую сторону, независимо от того, совершенны они или нет.
Она пожала плечами.
— Так нам говорят. И если мы закончили теологические дебаты, давай вернёмся к тому, зачем я здесь. — Она указала на него. — Встань и разденься.
Великолепная смена темы.
— Спасибо, я пас.
— Когда ты успел стать скромным?
Сайфер вовсе не был скромным. У него великолепное тело, и он не видел причин скрывать это. Но он и не видел причин подчиняться этому требованию. Он всегда был упрямцем. И именно поэтому его изгнали с небес.
— Я больше не играю, Сайфер. — Волна агонии прокатилась от аскердиска.
Сайфер схватился за грудь и застонал, когда кровь потекла между пальцами по грудине.