Жена алого императора (СИ)

– Ты планируешь меня подразнить или расскажешь, что именно предложила некая леди? – полюбопытствовала я.
– Одно другому не мешает, – Шеймэл самодовольно усмехнулся. – Леди зовут Молис. Молис Галагерт. Она предлагает устроить неофициальный прием в честь помолвки или просто без повода – главное, чтобы присутствовала ты, я и достаточно большое количество аристократов, кто бы лицезрел твой позор. Как именно ты опозоришься, она пока еще не решила, но выбирает между двумя видами настоек: вызывающей страсть или бесконтрольный смех.
Я поперхнулась. Воздухом.
– А объектом страсти должен стать ты?
– Нет, что ты. Леди Молис не настолько смела, чтобы предлагать мне одну из главных ролей в спектакле. С этой целью подойдет любой лорд, который рискнет открыто проявить знаки невесте императора.
– А такой найдется? – Все интереснее и интереснее!
– Не уверен, – хмыкнул Шеймэл. – Ну а мне полагается отвлечь тебя, когда леди Молис будет подливать в твой напиток дополнительный ингредиент.
– Интересный выбор ингредиентов. Почему? Либо бесконтрольный смех, либо страсть.
– В случае со смехом все увидят, что невеста императора совершенно не умеет вести себя в высшем обществе. В случае со страстью все увидят, что годишься ты исключительно для постельных утех.
Видимо, идея с «горячим» зельем в воздухе витает.
– Она ведь не успокоится, – задумчиво заметила я. – Не согласишься ты – обратится к кому-нибудь другому. Как смотришь на небольшое приключение?
– Обожаю приключения. Ты что-то задумала? – Шеймэл заинтересовался.
– Ты ведь не откажешься принять предложение леди Молис? – я улыбнулась. А что? Совместные приключения сближают. Нам с Шеймэлом не помешает провернуть одну интригу на двоих.
Я все же добралась до Хорлока через полчаса, когда мы с принцем обсудили все детали и назначили прием «просто так, без повода» через день – у меня как раз будет выходной. Ну, как выходной. Завтра у меня прием в Феоаре, на который слетятся и светлые, и темные фениксы. А послезавтра я проведу в империи. Поскольку учебы не будет, займусь как раз… назовем это налаживанием связей. А прежде чем налаживать связи, стоит показать местным леди, что против меня лучше козни не строить – им же выйдет дороже.
Хорлок оказался лысоватым мужчиной лет пятидесяти. Тощий, одетый в невзрачный серый костюм, он терялся на фоне большого кабинета, заставленного приземистой мебелью и большим количеством шкафов с забитыми папками полками.
– Да-да, леди Стасианна, его величество меня предупредил. Вот все документы по учебному фонду, – он указал на стол, где весьма приличных размеров стопочкой высились папки с бумагами. – А это, – он кивнул на еще одну стопочку, поменьше, – по фонду для учащихся в императорском дворце. Леди, у вас полный доступ к этим бумагам, но я очень вас прошу. Пожалуйста, изучайте их здесь и не выносите за пределы кабинета. Бумаги очень важные, и я не хотел бы… – Хорлок замялся, не желая показаться невежливым и заранее обвинить в том, что все растеряю, а ему потом бегать по дворцу, собирать разбросанные бумаги.
– Я вас поняла, Хорлок. Благодарю.
Столов в кабинете было три, но два сейчас пустовали – помимо Хорлока здесь никого не было. Так что я заняла предложенный мне стол и принялась за изучение документов. Попробуем разобраться в меру способностей.
Уже через час я донимала Хорлока расспросами.
– Вот посмотрите. Здесь была одна сумма. Потом она делилась по разным направлениям. Закупка чернил, закупка карандашей и альбомов и другие. Но если посмотреть статьи расходов, то не сходится. Сумма расходов получается меньше! Я не понимаю, куда ушло двадцать процентов.
Хорлок пробежал глазами по документу. Нахмурился.
– Я тоже не понимаю.
– И вот здесь. Не могу понять, куда ушла часть суммы – в документах не нашла.
Я, конечно, не бухгалтер. Но в математических и экономических дисциплинах в университете разбиралась неплохо. Логика подсказывает, что все полученные фондом суммы должны быть расписаны по статьям расходов. Или должны где-то лежать, на счетах того же фонда, пополняясь и ожидая своей очереди. В любом случае они ведь не могли пропасть бесследно, правильно? А судя по всему, пропадают. Или я просто не вижу, куда именно уходят.
 
– Может, вы не все документы мне предоставили?
– Все. Леди Стасианна… я не могу уследить за всеми фондами. Их двадцать шесть! И все на моем попечении.
– Разве вы не проверяете документы, которые проходят через ваши руки? Ставите подпись без проверки?
Хорлок начал раздражаться.
– Я главный по фондам. Понимаете? Главный! У меня есть заместители, на которых возложена ответственность за тот или иной фонд. Да, они передо мной отчитываются, но я не проверяю каждую бумажку лично! Вот что, леди. Я напишу вам, к кому стоит обратиться по интересующему вас фонду. Задавайте вопросы ему.
– Хорошо, благодарю, – я кивнула. Угрожать не стала. И напоминать, что он, как ответственный за все фонды, ответственен за каждую бумажку в этом кабинете. Если кто-то где-то подворовывает, отвечать придется и ему тоже. Но если Хорлок знает и в доле, тогда… мне стоит пока поубавить пыл и усыпить его бдительность. Я невинно хлопнула ресницами и защебетала: – Признаюсь, я совершенно не разбираюсь в бухгалтерии. Просто моя подруга хотела, чтобы на обучение поступила ее подопечная. Вот, я решила помочь девочкам. И совершенно запуталась в этих бумагах.
Под этот поток слов Хорлок заметно расслабился и хмуро меня выпроводил, тем более я не сопротивлялась.
– Конечно-конечно, я вас понимаю. Обращайтесь к Бэрдоку – он обязательно вам поможет и ответит на все вопросы.
Я вышла из кабинета, покрутила в руках листок бумаги с контактами. Что ж… медлить не стоит. Я всерьез начинаю подозревать, что суммы действительно пропадают. Я внимательно изучила документы! Ну не сходятся концы с концами. Входит больше, чем выходит или оседает в фонде. А если деньги не расходуются и не копятся в фонде – велика вероятность, что они оседают в чьем-то кармане.
Вполне вероятно, что Хорлок предупредит Бэрдока. Нельзя давать им шанс подготовить поддельные документы на недостающие суммы. А значит, стоит отправиться к Бэрдоку прямо сейчас.
– Фьёр, ты со мной? – позвала мысленно.
– Конечно!
Раах встретил меня на выходе из дворца. Мне как раз подали карету, так что залетели в салон мы одновременно.
– А как мы будем действовать? Давай обсудим план? Я могу расцарапать ему лицо или оторвать ухо! – тараторил Фьёр, пока мы ехали в город.
– Ухо отрывать не надо – никаких увечий, пожалуйста. Но поцарапать и поклевать немного можно, если потребуется. Только не делай этого, пока я не скажу. Будем действовать по ситуации: зависит от того, насколько сговорчивым окажется Бэрдок.
– Или несговорчивым, – хихикнул Фьёр. – Я могу быть грозным. Очень грозным! Он сразу подобреет, если увидит, на что я способен.
– Возможно, даже огнем придется пальнуть, – задумчиво согласилась я. – Но учти. Если Бэрдок окажется милейшей души человеком и выяснится, что это я чего-то не поняла, не разобралась, не увидела в документах – мы не будем его трогать.
– Все понял. Сделаю, как скажешь. Я буду тебя слушаться. – Фьёр перестал метаться в нетерпении по салону и подобрался ко мне, ласково дотронувшись кончиком клюва до руки. – Стася, ты можешь мне доверять.
Большие глаза смотрели так, что я не могла не улыбнуться. Потрепала его по голове.
– Я верю тебе, Фьёр. Мы команда. И обязательно сработаемся.
– Мы – одно целое, – эта мысль прозвучала совсем тихо и умиротворенно, но я ее услышала.
А вот в офисе Бэрдока начались проблемы. Меня не хотели пускать! У него толпы секретарей, и все заявляли, что Бэрдок так занят, что вдохнуть некогда.
Я не стала пробиваться силой и спорить, хотя Фьёр уже порывался подпалить документы. Я лишь мило улыбнулась и сказала:
– Ну ничего страшного. Зайду в другой раз. Попрошу Эроана, чтобы записал меня заранее и такого больше не повторилось.