Жена алого императора (СИ)

– Все хорошо, Стася. Мать птенцов связана с фениксом. До того, как обзавелась потомством, она была обычным раахом, спутником феникса. Фениксы бросились к гнезду сразу, как только все произошло. Но поскольку все произошло очень быстро, вмешаться не успели – вы уже исчезли в портале. Фениксы сообщили Анаасгу, тот вызвал меня. К сожалению, отследить, куда открылся портал, не удалось. Только примерное направление. Мы переместились в точку неподалеку от вас и принялись прочесывать окрестности. А спутник рааха помог ей восстановиться. С ней все хорошо. Самка выживет и сможет позаботиться о птенцах. О том, которого ты так героически спасла, она тоже позаботится.
Я облегченно перевела дыхание. Хорошо, что хотя бы с малышами и их мамой все будет в порядке. Значит, наш с Фьёром подвиг был не зря. И я очень хочу верить, что смесь магии, которую я интуитивно выпустила, поможет ему восстановиться. Если подумать, это не свет и не тьма. А просто энергия, не окрашенная в чуждый Фьёру свет, должна помочь.
Осталось понять, что это было и как дальше жить.
– Я знаю об отношениях между светлыми и темными фениксами, – продолжил Эроан. – Конечно, стоит также выяснить, проводили они эксперименты или нет. Я попрошу у Анаасга доступ к их архивам по исследованиям магии. Ну а дальше будет зависеть от того, что он готов будет мне предоставить.
– Полагаешь, не стоит говорить ему о произошедшем?
– А ты доверяешь Анаасгу?
– Да, доверяю. Но, пожалуй… тайна слишком опасная.
– Учитывая, что орденцы ходят в Феоар, как к себе домой, стоит пока приберечь нашу тайну. И я очень тебя прошу, Стася. Будь осторожна. Следи за тем, какую магию ты используешь. Это должен быть только первозданный свет.
– При всем желании не смогу повторить это нечто… которое сотворила во сне.
– И хорошо. Не стоит. По крайней мере, пока во всем не разберемся. Так вот, отвечая на твой вопрос. Я полагаю, при объединении первозданного света с первозданной тьмой ничего не происходит. Первозданный свет остается первозданным светом. Как и тьма остается тьмой. Заметила, что Анаасг сегодня сказал? Он был встревожен и мог бы проболтаться, если б знал. Но он сказал, что ты не сможешь помочь Фьёру. А ты ему помогла.
– Полагаешь, Анаасг не знает?
– Либо он очень хороший актер, а я, как подозрительный император, не могу полностью исключать такой вариант. Либо он не знает. Современные фениксы, по крайней мере, фениксы света не знают. А вот темные… с темными темная история, – фыркнул Эроан.
– Возможно, ордену было важно, чтобы темные и светлые перестали друг другу доверять?
– Очень может быть. Учитывая, что их интересует как раз та магия, которой ты воспользовалась…
Мы помолчали. И молчание это было тяжелое, с дуновением нехороших предчувствий.
– Я смогу тебя защитить. Веришь?
– Верю, – я со вздохом положила голову Эроану на плечо.
– При объединении первозданных света и тьмы ничего не происходит. Анаасг говорил, что это шаг назад. Нечто, что предшествует первозданному свету и первозданной тьме. Ты воспользовалась тем, что им предшествует. Но я не понимаю, как это могло произойти, если ты, по сути, владеешь лишь производной, как и все остальные фениксы.
А люди, обладающие смешением света или тьмы со стихией, надо полагать, владеют производной уже второго порядка. Как ни крути, и у людей, и у фениксов – лишь производные.
– Во время… когда Анаасг помогал мне обрести контроль над магией, кое-что произошло, – внезапно вспомнила я. – Мне почудилось, что магия фениксов задела магию Фьёра. Я как будто ощутила, как тьма коснулась меня, не только свет.
Похоже, связь с раахом все-таки повлияла на инициацию. А теперь… я понятия не имею, что это значит!
  
Глава 8
 
Тонкая струйка чужих эмоций – тревоги и растерянности – разбудила меня.
– Фьёр?! Милый мой, ты очнулся!
Я подпрыгнула в кровати, напугав воплем заодно Эроана. Он выскочил из ванной в одном полотенце на бедрах и с щеткой в руках. Похоже, еще ранее утро, я сама в такое время никогда не просыпаюсь. Но Эроан как раз собирался отправиться по делам, когда меня разбудил раах.
 
Малыш смотрел на меня сквозь кокон и боялся пошевелиться. Я махнула рукой, развеивая магию. Замерла, не зная, можно ли обнять и не навредит ли это восстановлению.
– Со мной все в порядке. Стася! Стасенька! – завопил Фьёр в моей голове и сам бросился ко мне.
Я раскрыла объятия, крепко-крепко прижимая рааха к себе.
Сообразив, что никто ни на кого не нападает, Эроан вернулся в ванную, а то у него уже изо рта пена от пасты пошла. Даже сплюнуть, похоже, не успел, когда бросался мне на помощь.
– Как я рада, Фьёр! Как рада, что ты пришел в себя. Ты в порядке? Как ты себя чувствуешь? Ничего не болит?
Я взяла его в руки и принялась осматривать со всех сторон. С возмущенным писком Фьёр вырвался из хватки и, нахохлившись, устроился рядом.
– Все в порядке. Ничего не болит. Я восстановился. А что было? Расскажешь? Тебя Эроан спас? Я ничего не помню. Только вспышку, когда тот человек напал на меня.
Эроан вернулся из ванной уже полностью одетый. Наклонился, чтобы поцеловать меня.
– Рад, что все обошлось. Фьёр, с возвращением.
Раах радостно курлыкнул.
– Стася, я пойду к Анасгу, нам нужно обсудить важные вопросы. Потом отправлюсь в империю по делам. Увидимся вечером, в империи. А ты отдыхай, никуда не спеши. После завтрака Анаасг будет ждать тебя в своем кабинете.
– Удачного дня, – пожелала я, выбираясь из постели. Теперь мне пора в ванную.
Пока принимала водные процедуры, рассказывала Фьёру, что произошло. А когда я принялась за волосы, раах забрался в воду после меня. Я передернула плечами, глядя, как тьма расползается. Жуткие картины раненого, растекающегося по острым камням Фьёра, еще долго будут стоять перед мысленным взором.
– Со мной все хорошо. Я восстановился. Полностью, – откликнулся Фьёр.
– Я рада.
– Это ведь ты мне помогла, да?
– Ты почувствовал? – я обернулась к нему.
– Я чувствовал твое тепло, твою заботу и поддержку. Все время. Но потом была и магия. Я не знаю, что это было. Только не первозданный свет.
– И не первозданная тьма, – я задумчиво кивнула. – Это будет наш маленький секрет, пока не разберемся. Знает только Эроан.
– Конечно! Я никому не расскажу, ты же знаешь. И даже не нарисую…
И тут меня как по голове стукнуло. Рисунок! Когда Фьёр нарисовал инициацию, капелька темной краски сама капнула в центр, где была изображена в потоках света я.
Фьёр странно пискнул, уловив воспоминание в моей голове.
– Ты ведь и сам тогда не понял, почему это произошло?
– Нет. Я думал… случайно. Я даже в краске испачкался случайно и не замечал, пока не испортил рисунок.
– Ты его не испортил, – я покачала головой, потрясенно глядя на свое отражение.
Каким-то образом, пусть даже в обход сознания, Фьёр уловил суть произошедшего и отобразил на рисунке. Все-таки дело в инициации. Вернее, в том, что она пошла не по сценарию.
Пока еще не в полной мере понимаю магические законы, однако каким-то образом именно смешение моей магии и магии Фьёра, под действием магии светлых фениксов, помогло сделать тот самый шаг назад. Это произошло. Первозданный свет и первозданная тьма отступили назад, к истокам, чтобы вместе создать универсальную энергию, им предшествующую.
Повезло, что я не лишилась первозданного света и по-прежнему могу его использовать. Да и Фьёр не лишился первозданной тьмы. Значит, с маскировкой проблем не возникнет. Главное не использовать магию в беспамятстве.
Через два часа – я не торопилась завтракать, да и после никуда не спешила – мы с Анаасгом встретились в его кабинете. Фьёр устроился на подоконнике, с интересом высматривая за окном летающих фениксов.