Алая нить судьбы (СИ)
Поэтому стремление «пустить пыль в глаза» - это скорее деловой расчёт, нежели прихоть. Оттого ему так важно было, чтобы его старшая доченька не опозорилась.
Тер Булаже все больше и больше проникался чувствами к леди Мерил, но сдерживал себя в их проявлении. Он понял, что с наскока эту крепость не взять, а вот осадное положение еще ни одна крепость не выдержала, сдаваясь на милость победителя. И начал осыпать подарками ее подопечных.
Егор только качал головой на эту хитрость — как было леди Мерил отказать в милых мелочах: перчатках для леди Элис и рафа Жана, шейных платках и шляпках, которые подросткам были впору, в отличие от заношенных и ставших маленькими тех, что уже имелись.
Затем он принялся делать подарки и самой леди, но тут уж Егор держался стойко и отвечал отказом на любую мелочь. Но ровно до тех пор, как попросил устроить Сошку к теру на работу в конюшню. Во-первых, здорового мужика и кормить надо было соответственно, и жить где-то надо было — компрометировать одинокую леди и юных отпрысков рода дю Лейт ван Аньерских проживанием в одном доме с конюхом было нельзя, это было понятно даже Егору.
Тер Булаже поступил хитро — сказал, что у него есть конюх, и хоть он и собирается расширять конюшню для ведения более крупного бизнеса, и также доверяет вкусу и рекомендациям леди Мерил, но… Но если бы леди была более благосклонна и приняла хотя бы небольшой подарок от тера Булаже, то и он мог бы пойти на уступки.
Егор в полной мере прочувствовал на своей шкуре зависимость женщин от тираничных мужчин, хотя лавочник был предельно вежлив и учтив. Но паутина, в которую он попал, живя здесь, все больше и больше опутывала его, затягивая в совершенно ненужные ему отношения.
Безусловно, ему пришлось согласиться. После того, что Сошка рассказал про Принципуса и свои подозрения о его сговоре с жуликоватым нотариусом, из-за чего прямые наследники рода дю Лейт ван Аньерских оказались в столь плачевном состоянии, выбросить его на улицу было бы нечестно, неприлично и Егору пришлось выкручиваться, как ужу на сковородке. Не обидеть тера Булаже и Сошку, и одновременно не запятнать честное имя леди Мерил.
Поэтому он в ответ на подарок тера — шикарные тонкие длиной до локтя белые перчатки со множеством пуговичек, годившиеся только для бала, тоже сделал ответный ход — приготовил подобие рулетиков лаваша. Вначале он заморозил кислое молоко на леднике, затем выложил его в кусок чистой ткани в кастрюлю, дал за ночь стечь лишней жидкости, добавил туда соли и мелко нарезанного укропа, и вуаля — домашний маскарпоне был готов. Затем напек тонких пресных несладких блинов вместо лаваша, взял на кухне у Мариты, где теперь ему были искренне рады и всегда готовы помочь, свежих огурцов и соленую красную рыбу, и приготовил рулетики, от которых все семейство оказалось в восторге. Исси Элиза захотела такую закуску увидеть на столе в день рождения и Егор заинтересовался — а что же из блюд будут подавать на празднике. И, прочитав список, предложил еще несколько вариантов — пару видов канапе на шпажках из мягкого хлеба без корочки и поджаренных на сухой сковороде гренках, сырные канапе, рулетики из сыра с домашним маскарпоне и добавлением разных специй, опять же канапе из слайсов ветчины, свернутой волнообразно и переложенной кубиками сыра.
Исси Элиза, Марита и тер Булаже были в восторге и даже Робер — мажордом шелье Леграна был восхищен, когда его угостили новыми блюдами. Маккей — набравшись манер — сделал вид, что это неплохо, но восторга не изъявил. А леди Элис и раф Жан искренне радовались успехам тётушки.
Сошка взялся обучать исси Элизу, тера Маккея и подопечных леди Мерил верховой езде, и если бы все они уже не имели опыта в этом, то за такое короткое время он бы не преуспел. Но потомки рода дю Лейт ван Аньерских довольно быстро вспомнили эту науку, оставалось наработать немного практики, а подросткам тера Булаже пришлось просто прививать манеры езды, принятой у аристократов, с чем Сошка отлично справлялся в своей грубоватой манере простолюдина. Девицам пришлось ехать в женском седле, и Егор переживал, как бы исси Элиза и леди Элис не свалились — уж сериалов и фильмов с такими последствиями он насмотрелся. Но увидев выездку своих подопечных, успокоился — дети твердо держались в седлах.
— Вы только посмотрите на рафа Жана! Какая посадка! Истинный сын своего батюшки! — гордо говорил Сошка, почесывая голову через бандану и блестя глазами. — Жаль, что раф Брадос и леди Милена не видят, какими выросли их дети!
Егору сейчас, в плотной подготовке к балу, было точно не до разгадок шарад кота-мага, и поэтому мысли о Принципусе он задвинул на потом, когда можно будет выдохнуть и расслабиться. Тер Булаже не скупился на оплату услуг леди Мерил, мазь продавалась прекрасно, причем с леди и купчих Егор брал уже за баночку 10 золотых — упаковка, сама баночка, да и лупунка — это недешевое удовольствие, лишь для знахарки Моники оставив прежнюю цену — он точно знал, что она не продаёт мазь, а лечит тех, кому это требуется.
Утренние прогулки им пришлось сократить, отдав это время на тренировку с лошадьми, но совсем отказываться от прогулок Егор не стал — они ему тоже были нужны, как и подросткам — на них было спокойно, в то время как в доме в связи с подготовкой к балу творилось черте что. Бал должен был проходить в арендуемой для этого зале городской ратуши, но это не значило, что дома тера Булаже предбальная подготовка не коснулась. Да еще и дети мешались. А на кухне так вообще было не протолкнуться от нанятых работников — Марита лично проверяла продукты и заготавливаемые впрок окорока, рыбу, овощи и фрукты на качество.
Одним словом, дома творился дурдом, а исси Элиза и так нервничала больше положенного.
Сегодняшняя прогулка была последней перед балом, поэтому они не делали никаких физических упражнений, а просто прогуливались медленным шагом по привычной тропинке к приметному дубу.
— «Он говорил ей, что любит ее». — произнес Егор, помахивая веточкой и отгоняя комаров от лица. — Вставьте слово «только» в любое место данного предложения и смотрите, как оно меняет смысл сказанного.
Молодые люди замолчали, пробуя выполнить задание леди Мерил в точности, зная, что она всегда задает их с подвохом.
Тер Маккей хмыкнул.
Спустя десяток минут Егор спросил:
— Какой вывод можно сделать из этого задания?
— Могу я ответить? — привычно спросила исси Элиза — она была смышлёной ученицей, а теперь еще и стала стройнее, кожа лица ее улучшилась, волосы блестели на солнце.
— Конечно, дорогая, — мягко улыбнулась ей леди Мерил.
— Слова имеют большое значение. Поэтому нужно очень сильно подумать, как это может обернуться, если сказанное вылетит изо рта.
— Превосходно, милая! И? — предложила продолжить ей леди Мерил.
— И значит надо меньше болтать, а больше слушать. — Добавила исси Элиза и щеки ее в тени очаровательной шляпки покрылись легким румянцем.
— Именно! — покачал головой Егор. — Первое впечатление очень легко испортить. А умение слушать вообще очень ценное качество. Ну что же, милая моя, вы готовы к завтрашнему балу. И, уверяю вас, вы там будете сиять не только платьем, какого ни у кого не было, и великолепной прической и чистой кожей лица, но и манерами. Я в вас верю.
Глава 32
Эль и Зара сходили в захудалую деревушку, купили там на Элькины кровные телегу с лошадкой-старушкой и, удобно рассевшись, всей компанией покатили к пограничной заставе.
— Ты уверен, что не хочешь с нами? — спросила Зара Ирину, когда она решила, что ей пора спрыгнуть с этого транспорта.
— Я уверен, — кивнула Ира, — меня ждёт очень дорогой моему сердцу человек. Пора отправляться к нему навстречу.
— Хорошо, коли так, — кивнула травница и достала из-за пазухи серый кулёк, — здесь сухая трава лупунка. Если почувствуешь, что простудился, завари щепотку в кипятке и выпивай натощак. Любое недомогание, как рукой снимет. А коли поранишься, посыпь прямо на порез, через час затянется. Береги себя, — добавила Зара, обнимая Ирину, — даром свои пользуйся с умом и только во благо.