Возвращение колдуна (СИ)

Я заметил папашу, который хмуро сжимал костыль, играя желваками. А он, похоже, не так прост.
Судя по всему, моё проклятие легло на некую область, скорее всего, очерченную границами Лигурийской Империи. И если я предположил верно по тем обрывкам информации, которые предоставил всадник, это проклятие действует как своего рода чума. Не в смысле болезни, а в смысле действия. Точно, как чумные бубоны испускают гной, когда их вскрываешь, так и на земле открываются заражённые области, испускающие монстров и чудовищ.
А на императора, кардинала и моего ученика должны были пасть их собственные варианты проклятий, действующие совсем иначе.
Что ж, если по земле и впрямь снова ходят чудовища, то это даже в плюс. Редкие ингредиенты для ритуалов и зелий станут гораздо менее редкими, ведь все старые логова мы давным-давно зачистили, а новых с тех пор так и не появлялось. А ещё эти места должны буквально сочиться магической силой, и каждое логово может неплохо продвинуть меня в развитии. Если я, конечно, выживу после его посещения. Потому как водиться в них может абсолютно что угодно, начиная от банальных упырей и заканчивая василисками или мантикорами.
— Ваша Милость! — произнёс староста, будто специально коверкая слова. — Нету-ка у нас людей-то, о прошлом разе забрали ишшо!
Всадник демонстративно достал плеть, хотя и не спешил пускать её в дело, лишь поигрывая ею в воздухе.
— Сын мой! — встрял в разговор один из церковников в длинной серой рясе. — Это долг каждого честного прихожанина! Вы же следуете заветам Церкви, я надеюсь?
Все присутствующие осенили себя знаком малого круга, отгоняющим зло, и я в том числе.
— Ибо защита ближнего своего от зла иномирного есть благо, умасливающее душу на пути в рай, — подняв палец к небу, произнёс священник.
— И как честные прихожане, вы теперь обязаны выставить троих мужчин с доспехами и снаряжением для прохождения службы в отряде имперских ловчих, — скучающим тоном повторил всадник.
В принципе, я мог бы вызваться и поступить на службу, получая шанс легально посетить одно из логовищ, но перспектива военной службы, особенно в таком возрасте, меня не слишком-то привлекала. Там будут контролировать каждый мой шаг, что не позволит мне спокойно заниматься собственным развитием. Обязательно у кого-нибудь возникнут вопросы, а где каверзные вопросы — там и внимание церкви. И если размотать эту цепочку до конца, то в финале меня опять ждёт костёр.
Ну уж нет, я как-нибудь сам. Внимание церкви мне ни к чему. Если официально признанных магов, выпускников схолария или чьих-то личных учеников она ещё могла хоть как-то терпеть, то всех самоучек ждала только одна дорога. На костёр, за очищением души, потому что исследовать тонкие планы самостоятельно и не привлечь внимания иномирных сущностей практически невозможно. Вот одержимые и появлялись с завидной регулярностью.
Рано или поздно любой начинающий маг поддаётся соблазну изучить секреты иных миров. И чаще всего их защиты не хватает, чтобы сделать это безопасно для себя и окружающих и вернуться потом тем же самым. Менее умные маги даже заключают контракты с иномирными сущностями, что тут же переводит их в разряд колдунов и чернокнижников, которых церковь не терпела уже ни в каком виде.
— Через две седмицы ваши воины должны прибыть в крепость Инфариата, — не терпящим возражений тоном произнёс всадник. — В случае неповиновения… Вся деревня будет отлучена от церкви и уничтожена.
— Ваша Милость! Тык идтить-то туды две седмицы и выйдет! — заламывая пальцы, произнёс староста.
— Я всё сказал, — отрезал всадник, подбирая поводья и разворачиваясь на лошади.
Его свита, не говоря ни слова, последовала за ним. Судя по всему, им за сегодня нужно было обойти ещё несколько деревень, о чём свидетельствовал их усталый вид и скорость, с которой они поскакали прочь.
Обычно таким способом из деревень забирали самых буйных и неуживчивых юношей, и подобная судьба наверняка ждала бы Джага в недалёком будущем, но пока что от рекрутчины его спасало малолетство. Подросткам давали шанс ещё немного подрасти и проявить себя. Вот года через два-три его бы отправили бегом за всадником, всучив самодельное копьё из обломка косы и мешочек сухарей.
 
Крестьяне начали расходиться по домам, громко обсуждая приказ всадника. Никто не хотел бросать семью, дом, родных и уходить в неизвестность, чтобы сдохнуть через неделю от когтей упыря или зубов вурдалака. Но кому-то придётся это сделать, чтобы остальная деревня могла жить и здравствовать. Последние слова всадника были отнюдь не пустой угрозой. Неповиновение каралось жёстко, чтобы все остальные деревни знали, что их может ждать в случае бунта.
Я поспешил покинуть улицы, чтобы не попасться на глаза старосте или его сынку. В моём случае на малолетство могут и закрыть глаза. Хотя даже если бы меня вдруг отправили в рекруты, я бы просто сбежал по дороге, наплевав на угрозы властей, в конце концов, для меня эта деревня ничего не значит. Но и сходу преступать закон я не хотел, чтобы мне потом не пришлось долгое время прятаться и скрываться.
— Джаг! — я вошёл в дом и потянул за ментальную связь, привлекая внимание мальчишки. — Смотри, чтобы никто не зашёл.
— Ла-адно, — проворчал мальчик, начиная нарезать круги над своей старой хибарой.
Мне ещё вчера вечером в голову пришёл один неплохой ритуал, который мог бы меня неплохо усилить, но для него требовался горящий очаг. Сейчас же, когда дом пустовал, а вся семья ушла на улицу, чтобы на народном сходе выдвинуть кандидатов в рекруты, я мог успеть провернуть всё, что мне необходимо.
К счастью, матушка недавно что-то варила, и угли не успели остыть, так что я подбросил немного дров и раздул огонь, садясь прямо напротив него. Очаг — это одомашненный огонь, безопасный, в отличие от костра, который я мог бы развести где-нибудь неподалёку от деревни, но в моём нынешнем состоянии лучше выбирать безопасные и проверенные варианты.
Я едва удерживал себя на месте, чуть ли не подпрыгивая от нетерпения. Но когда огонь наконец разгорелся и вспыхнул красным пламенем, я шепнул ему секретное слово, а потом зачерпнул пламя руками.
— Джаг, что это ты делаешь? — послышался голос из-за спины, и я тут же выронил пламя обратно в очаг.
Кажется, я попал впросак. Гораздо раньше, чем я предполагал.
  
Глава 5
 
Я медленно обернулся и увидел там девочку, про которую совсем забыл. Вернее, думал, что она вместе со всеми остальными на деревенском сходе.
— Джаг, я всё видела! Что это было? Я всё маме расскажу! — начала канючить она.
Чувство опасности коснулось моего затылка, и я вдруг ощутил, как снова начинает разгораться эта странная чужая ярость.
— Джаг! Как её зовут? — мысленно спросил я у своего спутника.
— Это Ляна! Мелкая вредина! — сразу же отозвался парень. — Только ей ничего не делай, прошу!
Я внимательно посмотрел на тощую и чумазую девочку, которая вышла из родительской половины и теперь подозрительно щурилась на меня.
— Ляна… — максимально мягко произнёс я, отгоняя прочь все нехорошие мысли. — А что именно ты видела?
Общаться с детьми я, к сожалению, не умел. Тем более с крестьянскими.
— Ты дрова опять тратишь! Папка ругаться станет! — нахмурилась девочка.
Я же, наоборот, успокоился. Обвинений в колдовстве, кажется, не будет.
— А потом головёшку руками взял! — добавила девочка. — Пожар хотел учинить? Я всё маме расскажу!
И верно. Если разум может найти рациональное объяснение увиденному, он всегда предпочтёт именно его. Среди простолюдинов, конечно. Маг должен отбросить подобные глупости, если хочет добиться успеха.
— Э-э-э… Не говори, — произнёс я. — Если дашь слово, что никому не скажешь — я покажу тебе фокус.
Девочка нахмурилась.
— Ты врёшь, — сказала она.
— Нет, не вру, — сказал я.
— Покажи, — потребовала она.
— Если пообещаешь, что никому не скажешь, — сказал я.