Баллада об Угнетателе (СИ)

Если кто-то спросит, как могла королевская сотня поместиться на моём дворе, то объясню: никак. Притом, что это была «малая сотня». В отличие от «большой», здесь счет идет на общее число служивых. Так что имелось в наличии шесть десятков строевых и три десятка всяких обозников, ремонтников, кашеваров, каптенармусов… Что, шестьдесят и тридцать не складывается в сотню? А вы добавьте сотника и его помощника. Опять не сто? Ну дак и сотня малая, хрен ли думать! Повозки и лошадей оставили перед воротами, внутрь по моей команде завели только дружинников, с которыми я желал познакомиться, хотя бы визуально. Внешним осмотром можно о подразделении понять многое: давно ли служат, боевые или так себе, пьянь подзаборная вперемешку с залётчиками или добросовестные бойцы. Эти были более всего похожи на середнячков, тянущие лямку недалеко от границы. Сквозь огни и воды не прошли, если судить по глазам и движениям. Ни вальяжности, ни готовности быстро перетечь в боевую форму, ни лёгкого налета пофигизма. Сказал бы, что уставники, но тут устава нет. Толпа военных.
— Ваше сиятельство, барон дер Винер и мой помощник шевалье Кранц. Прибыли в ваше распоряжение для сопровождения в графство Долинол. — Оба навскидку под тридцатник, Винер побогаче упакован, Кранц пошире в плечах. Оба бездоспешные в походном платье, явно бывалые служаки.
— Очень хорошо, постройте бойцов, я с ними пообщаюсь, поставлю задачу на этот этап их жизни.
— Зачем построить? Как построить? В какой порядок? — Вопросы и недоуменные взгляды от обоих. Мама родная, они настолько дремучие, что даже строем еще не ходят тут! То есть на маршах колонны сами собой растягиваются и приходят в наиболее удобный для местности порядок, то есть колонны переменной ширины. А вот строиться в шеренги чисто пообщаться с командирами бойцы, кроме моих, не умеют. Только в обороне, только в боевой формации, только на время отражения атаки. Дикари-с, учить их еще и учить.
— Барон, постройте их в формацию отражения конной атаки, то есть в трёхшереножный плотный строй. Копья выставлять не надо, приседать и обнажать оружие тоже.
— Я конечно могу это сделать, но… — всем своим видом барон демонстрировал не то просто нежелание подчиняться, не то нежелание быть посмешищем у бойцов.
— Но что? Не послушают? Они вам не подчиняются?
— Что вы! Кранц! Выстройте баталию для отражения конной атаки! Порядок построения вы слышали.
К чести Кранца и всех его военных, с задачей он справился. Так что я смог подойти не к неорганизованной толпе, в которой одни чесали промежность, другие языками, а третьи вообще стояли спиной к графу. Нет, в данный момент все взгляды были устремлены на меня, такого интересного.
— Бойцы! С этого момента вы все, включая ваших командиров, поступаете в моё подчинение. Разговаривать, чесаться, жрать и срать будете только по команде. Пердеть разрешаю самостоятельно, но вполголоса. — В среде солдат раздался смех, а командиры спали с лица после моих слов о подчинении, касающихся и их тоже. — Я продолжаю, а вам всем молчать, сукины дети! Баталия всё время выполнения операции считается находящейся в состоянии ведения боевых действий. То есть любое неподчинение приравнивается к ослушанию на поле боя. Со всеми вытекающими последствиями. Для вас простолюдинов последствия означают палки за разгильдяйство и смерть за неподчинение.
В строю послышался ропот, народ явно не был готов к такому обороту. Но мне было наплевать, я продолжал:
— Всё время по территории Мерсалии движемся в броне и оружными, готовыми к нападению. При этом местное население не грабим, не пристаём к девкам, не бьём мужиков. Это понятно?
— Так ежели военная операция, то как без неё, ваш-сясьтво!
— Поясняю для тупых. Сначала идем просто по Мерсалии, все мародеры будут биты палками. Потом мы вступим в моё графство Прист, а там уже любое посягательство на собственность или жизнь моих вассалов будет караться смертью. Дальше будет снова моё графство Долинол, и опять веревка за мародерство. Вот такие боевые действия ждут нас. Если кто не готов к такому путешествию… — я сделал паузу — могу повесить прямо здесь, чтоб вы не устали почём зря.
 
Из строя послышалось бурчание про Угнетателя, про невезуху и жизнь-портянку. А барон не выдержал и подошел ко мне:
— Не слишком ли круто берете, граф?
— Вы оговорились, на первый раз не замечу. В обиходе обращайтесь как положено, в бою сокращайте до графа. Кстати, сударь, вы не назвали ваше имя. Могу я его узнать?
— Хенрик, ваше сиятельство. Встречный вопрос: вы когда-нибудь командовали отрядом, ваше сиятельство? — Официальное обращение оба раза было произнесено таким тоном, словно это какое-то мерзкое ругательство. Но формально не придерешься.
— Барон, не поверю, что вы обо мне ничего не слышали. И еще, неужели не заметно, что я уже умею общаться с этим сбродом?
— Почему вы их так называете⁈ Это воины короля, я не могу позволить так их называть!
— Это пока не воины, а только заготовки, баклуши, так сказать. Видно же, что большой крови не видели. Впрочем, мои они только временно, до границы дойдём, немного подтянем дисциплину, я надеюсь. В моём войске обозники ваших воинов уделают и не вспотеют. Надо повышать статус королевского дружинника. И последнее, вот эти фразочки про «я не позволю» — сейчас вы мой подчиненный. Не вассал, не приятель, не случайный встречный на улице. Вы будете исполнять мои указания, у нас не будет никаких дуэлей. До окончания вашей службы под моим началом, во всяком случае. Попытаетесь пойти на мятеж — убью. И даже не сам, прикажу своей охране.
— Что, кишка тонка самому выйти?
— Не перебивайте особу, которая выше вас по титулу, тем более не перебивайте своего командира. Так о чём я? О дуэлях — чтобы получить право сражаться на дуэли с графом, вам надо очень сильно его впечатлить своей доблестью и заслужить уважение, барон. Я надеюсь, что у меня будут основания проникнуться уважением к вам. Не меньшим, чем уважение, которое вы испытываете к моему титулу.
Я старался максимально мягко возить носом по тёплому своего временного подчиненного. Не всегда можно поставить человека на место с первого раза, порой нужно его уложить с одного удара, чтоб дошло. Но это не тот случай. А еще, помимо разницы в статусах приходилось держать в голове тот момент, что магическая дуэль, она такая… Можно и погибнуть во цвете лет этого тела. А я еще так много не сделал! Нельзя подвергать общество риску такой утраты. О! А кто эти двое вообще по специализации?
— Господа, прошу сообщить вас о своей магии. Для понимания потенциала в боевой обстановке.
— Ваше сиятельство, я водник, а шевалье Кранц оборотень. А у вас какая специализация, ваше сиятельство? — Блин, уже достал с этим сиятельством, гад. А Кранц, я смотрю умный — молчит всё время.
— Я зачарователь, в бою пользуюсь магическими жезлами.
— Да не может быть! Это же сказки! — Ой, барон сиятельство забыл!
— Абсолютно точно! С двухсот шагов голова разлетается как арбуз, упавший на брусчатку. Сказка, и только.
— Ваше сиятельство, а можете продемонстрировать?
— Чью голову используем в качестве мишени?
Барон замялся, этот момент он явно не продумал. Пришлось успокаивать вояку:
— Если столкнемся с серьёзным нападением, специально потом покажу. Мои трупы обычно выглядят так, что не с чем не перепутаешь.
— Вы лично уже участвовали в бою?
— С шестнадцати лет только тем и занимаюсь, что участвую. Поверите ли — уже надоело. Сейчас без нужды впереди войска не бросаюсь, и пользы никакой, и скучно. А у вас сколько военных компаний за плечами, барон?
— Одна.
— Имантцев за мягкое щипали? Вот и я тем же занимался.
Короче говоря, мы всё-таки вышли из города еще до обеда. Пользуясь тем, что орава за моей спиной большая, места столичные, времена спокойные, я со своим десятком, свитой и сестрами двигались впереди баталии. Впереди воздух чище, пыли меньше, обочины не загажены бойцами. Боевое охранение по сторонам не пускал, но для поднятия боевого духа и примера путешествовал в лёгком доспехе. Мои вассалы, кстати говоря, тоже. Даже сёстры приняли условия игры и оделись как на войну. С другой стороны, на мой взгляд мужская одежда более приспособлена для путешествий. Во всём, кроме отправления естественных физиологических потребностей. На этот случай девушки отходили в сторону в сопровождении моих служанок, и тогда боевое охранение высылалось. Не надо нам историй с похищениями, нет в них ничего романтичного.