Наследник рода Раджат (СИ)
Жаба у меня в душе шевельнулась, конечно, но я ее тут же задавил. Срубить легких денег на этой ситуации можно, но я сам себя уважать не буду после такого.
А вот поговорить придется. Хотя бы для того, чтобы они с перепугу чего-нибудь неадекватного творить не начали. Я-то уеду, а бизнес рода останется в Лакхнау.
— Где и когда? — спросил я.
В нормальном варианте подобные встречи или в ресторане проходят, или простолюдин приходит к аристократу. Светиться в ресторане я не хочу, но не сюда же мне мафиозного главаря звать? Я так мигом все уважение растеряю. Что ж это за наследник рода, который живет на складе?
— Мои люди снимут скромный домик на окраине под эту встречу, — предложила Марна. — Это позволит вам не светить свое новое лицо в людных местах.
— Хороший вариант, — кивнул я. — И начинайте уже готовиться к отъезду в столицу. Кого-то нужно будет оставить здесь, но большую часть людей я хочу забрать с собой. Пока я буду учиться в Академии, род обоснуется в Амрите.
— Сколько у нас времени на подготовку? — уточнила Марна.
— Завтра поговорю с Муджариа, и послезавтра с утра можно выезжать. Если надо, можем еще на денек здесь задержаться, но лучше не затягивайте.
— Да, господин, — склонила голову Марна.
* * *Я ждал Муджариа в гостиной небольшого домика на окраине города.
Комната была оформлена в светло-золотистых тонах с редкими вкраплениями белого, и производила очень теплое впечатление. Два уютных низких кресла стояли около широкого чайного столика на коротких ножках. Опробовав одно из них, я оценил. Хочу такие же себе в столичный особняк.
Асан и Карим отошли к стене за моей спиной. Больше никого из моих людей рядом не было, мы ж не на разборки пришли. По крайней мере, я надеюсь на цивилизованный разговор.
Звонок в дверь раздался точно в назначенное время.
Карим открыл дверь гостю и проводил его ко мне. Когда командир моей гвардии вернулся на свое место за моей спиной, из комнаты выскользнула Асан.
Я же встал навстречу Муджариа.
Мужчина оказался неожиданно стар, лет шестидесяти. И Грому, и Ададжи не было даже сорока, и я почему-то решил, что и Муджариа будет примерно этого же возраста. Впрочем, выглядел он более чем прилично: подтянутое тело, уверенная быстрая походка, строгий серый деловой костюм с белой рубашкой, аккуратная короткая стрижка на седых волосах, тонкие усы и бакенбарды. Серые глаза были чуть-чуть прищурены.
— Господин Муджариа, — приветственно кивнул я.
— Господин Раджат, — слегка наклонил корпус вперед он.
— Прошу, присаживайтесь, — гостеприимно указал на кресла я.
Когда мы уселись в кресла, вошла Асан с подносом.
— Чаю? — предложил я.
— Не откажусь, — степенно кивнул Муджариа.
Асан расставила на столе чашки, наполнила их, поставила чуть в стороне чайник и несколько тарелок со сладостями. Нормальный чай, а не масала, который я терпеть не мог.
Местные ухитрялись не только молоко и мед в свой масала-чай добавлять, причем в каких-то диких количествах, но и неизменные специи. Куда ж без них. В общем, вот эту гадость я забраковал сразу.
И да, кстати, сладости. Надеюсь, никто не заметил, как у меня загорелись глаза при виде этих лакомств. В них однозначно нет специй. Я в родном мире никогда не был любителем сладкого, но там меня и не пичкали острыми блюдами с утра до ночи. А тут я еще ребенок, мне можно побыть сладкоежкой.
— Как вам чай? — нейтрально спросил я.
— Неплохо, — сдержанно улыбнулся старик. — В нашей стране нет культа чая, и иногда я об этом сожалею. Я был несколько раз в Японии, вот уж где можно попробовать действительно уникальные сорта чая.
Минут десять мы пили чай, пробовали сладости, и я видел, что Муджариа постепенно расслаблялся.
Он пришел сюда напружиненным хищным зверем. Он был готов и к бою, и к переговорам, но сам не знал, что из этого будет более вероятным сценарием. Я же делал все, чтобы настроить его на мирный лад.
Я уже прикинул несколько сценариев, при которых мы сможем в той или иной мере сотрудничать, но мне нужна была его готовность идти мне навстречу. А договариваться, держа у виска партнера условный пистолет, — это плохая затея. Я еще в прошлом мире убедился, что рано или поздно такие «переговоры» аукнутся. И из-за меньшего срывались планы.
Ну и кстати, в сладостях я разочаровался. Специй там, конечно, не было. Однако и никакого вкуса, кроме безумного количества сахара, тоже не ощущалось. Причем ни один из четырех поданных нам десертов я не отличил бы от всех остальных. Или острое — или сладкое, третьего не дано, так что ли? М-да.
— Что ж, господин Раджат, — Муджариа отставил пустую чашку в сторону. — Давайте поговорим о деле.
Резковато как-то. Впрочем, возможно, ему просто настолько некомфортно в неопределенности, что он торопит события.
— Конечно, господин Муджариа, — кивнул я. — Я слушаю вас.
В конце концов, об этом разговоре просил он. Ему и начинать.
Муджариа сделал глубокий вдох и словно бросился в ледяную воду:
— В первую очередь, я хочу понять, кого вы считаете виновным в недавнем конфликте.
Да кто ж так переговоры ведет? Тем более, с аристократом.
Надо перехватывать инициативу, иначе, чую, ничего у нас не получится.
— Знаете, господин Муджариа, — задумчиво ответил я, — на этот вопрос вряд ли существует однозначный ответ. Основные виновники уже получили свое. Что же касается дальнейшего… — я сделал ощутимую паузу и намекнул: — Я не хочу возвращаться к этой теме. Меня больше интересует будущее.
Старик слушал меня, напряженно вглядываясь в выражение моего лица. И, похоже, ждал какого-то неадекватного решения. Хотя я, вроде, повода не давал.
Вижу, он меня не понял.
Я как-то привык, что люди, которые распоряжаются серьезными деньгами или большим количеством подчиненных, такие намеки ловят с полуслова. В родном мире отец отправлял меня на переговоры всего несколько раз. Однако ни с бизнесменами, ни с аристократами проблем с пониманием полутонов у меня не возникало.
Здесь же, похоже, придется говорить почти прямо.
— Что вы имеете в виду? — нахмурился Муджариа.
— Например, не возникнет ли у бизнеса моего рода проблем в Лакхнау?
Ну же, старик, не тупи. Ты забираешь под свою руку теневой мир Лакхнау и обеспечиваешь моим фирмам безопасность с этой стороны. Куда уж более прозрачно-то?
— Разумеется, их не возникнет, — довольно улыбнулся Муджариа.
— Я в ближайшее время уезжаю учиться в столицу, — кивнул я, принимая его ответ. — И часть моих людей отправится со мной. Я, конечно, смогу вернуться сюда в любой момент, но имеет ли это смысл?
— О, что вы, — понимающе хмыкнул Муджариа, — никакого смысла. Бизнес вашего рода будет в безопасности. Мы даже можем… несколько расчистить вашему управляющему, скажем так, поле деятельности.
— Это будет очень любезно с вашей стороны, — улыбнулся я, — но…
— Разумеется, исключительно законными методами, — понимающе улыбнулся Муджариа.
Что ж, с ним вполне можно иметь дело.
— Я рад, что мы друг друга поняли, — склонил голову я. — Возможно, мы сможем быть друг другу полезны и в дальнейшем?
— Что вы под этим подразумеваете? — снова нахмурился Муджариа.
Да что ж с тобой так сложно, а? Ну не понимаешь, к чему я веду, так можно же отделаться нейтральными фразами.
— Столица, — я вновь изобразил задумчивость. — Очень интересный и очень притягательный регион, не находите?
— Интересный, — осторожно согласился старик.
— Как вы смотрите на то, чтобы поделиться со мной контактами ваших столичных коллег?
Муджариа вновь пристально всматривался в меня. То ли решал, можно ли мне доверять в том смысле, что я не устрою беспредел в столице, то ли просто не понимал, зачем ему ввязываться во все это.
Мне пришлось добавить:
— Со временем я, вполне вероятно, я смогу… поспособствовать вашему вхождению на столичный рынок.