Наследник рода Раджат (СИ)
И плевать мне на проблемы, которые я наверняка огребу в случае, если она станет Раджат. Хуже уже просто некуда. Что так, что этак мне придется вытаскивать род из очень глубокой ямы, и лишний повод для неприятия в обществе ничего не изменит.
Зато у меня будет хотя бы один по-настоящему близкий человек в этом мире.
В конце концов Асан тепло улыбнулась и кивнула.
— Можем начинать? — с ответной улыбкой поинтересовался я.
Глава 12
* * *— Не так просто, — покачала головой Асан. — Кроме моего даосси, для ритуала принятия родового камня нужно еще очень много вещей.
Так и знал. Ну не могло быть все так просто, иначе все роды, — как минимум, все древние роды, — давно стали бы вечными.
— Что именно нужно? — спросил я.
— По сути, для становления вечного рода, нужно три вещи, — сказала Асан. — Преобразователь, интегратор и фиксатор. Преобразовать твой родовой камень в чисто энергетическую структуру я могу с помощью своего даосси. Помочь тебе эту структуру поглотить — тоже. Но зафиксировать результат я не могу. Нужен другой тип родовой способности или артефакт с такими свойствами.
Вот всегда так: поманили сказочными перспективами и тут же спустили с небес на землю. Я догадываюсь, что подобные артефакты — это родовые сокровища. Никто не будет ими делиться.
— Я так понимаю на все три… эм, операции существуют артефакты? — уточнил я.
— Да, — кивнула Асан.
Теоретически мне повезло, потому что нужно достать всего один артефакт, а не все три. Но, чую, на практике это будет ничем не легче. Даже установить, у какого конкретно рода такой артефакт есть, и то будет практически невыполнимой задачей. Свои родовые тайны трепетно хранят все.
— И где взять фиксатор? — тоскливо спросил я.
Асан с извиняющей улыбкой развела руками.
— А мой отец знал о твоей даосси? — неожиданно даже для самого себя спросил я.
— Нет.
— Почему?
Асан наградила меня непроницаемым взглядом.
— Он спас мне жизнь, — ровно ответила она. — И я расплатилась за эту услугу. Но он был не тем человеком, ради которого я была готова выдать тайны рода.
Ничего себе признание! Хорошо, что я сидел. То есть я в ее глазах как раз тот, кто достоин?
Хотя нет, стоп. Асан же начала говорить только после того, как увидела татуировку родового герба на моем плече. Точнее, то, что герб заключен в треугольник. Не будь я козырем рода, сомневаюсь, что услышал бы от старухи подобные откровения.
Ладно, все это любопытно, но прямо сейчас неприменимо.
Меня ждут куда более неотложные дела.
* * *— Что с Шахаром Раджат? — спросил глава клана Дамаяти напоследок.
Полуторачасовой доклад секретаря, наконец, подошел к концу, но ничего особенно интересного там не было. Все шло своим чередом.
Глава клана не любил такие периоды затишья, когда не было никаких тревожных признаков. Слишком часто это оказывалось затишьем перед бурей. Именно поэтому он и задал вопрос по Раджат, угроза с той стороны могла оказаться нешуточной.
— Новых сведений нет, — ответил ему секретарь.
— Никаких? — приподнял брови глава клана.
— Группа наемников, отправленная в погоню за Шахаром Раджат, на связь не выходила. Наблюдатель от нашей СБ также исчез. За всеми выжившими слугами рода Раджат было установлено наблюдение сразу по прибытию в Лакхнау. На настоящий момент мы контролируем почти всех.
— Почти? — зацепился за оговорку секретаря глава клана.
— Заместитель службы безопасности Марна Адамс ушла от наблюдения вместе с двумя своими людьми.
Глава клана вздохнул. Это полный провал. Мальчишка ушел, родовой камень Раджат не найден, безопасница ушла. Этого более чем достаточно, чтобы ожидать удара по клану практически с любой стороны.
Как бы ни сдал род Раджат в последние десятилетия, они все еще оставались древним родом.
— Хоть чем-то порадуешь? — криво усмехнулся глава клана.
— Риван и Рачана Ракеш по-прежнему находятся в форте Арджау. С ними теперь живет их дочь Амайя.
— А Шахара там видели?
— Нет. Отряд родовой гвардии Раджат привел в форт юную госпожу Амайю, передал ее с рук на руки родителям и через несколько часов покинул форт. Командовал отрядом Карим Саварати, боевой маг пятого ранга.
Глава клана задумался. Мальчишка вполне мог быть в тот момент где-то поблизости, но ему хватило ума в форт не соваться. Жаль. Умный враг всегда опаснее, даже если он выглядит еще бессмысленным юнцом.
— Вывести защиту ключевых объектов клана на тревожный уровень, — приказал глава клана. — И накрути хвосты безопасникам, пусть ищут мальчишку. Этой задаче присвоить нулевой приоритет!
— Да, мой господин, — склонил голову секретарь.
* * *В Лакхнау мы прибыли под вечер, когда уже сгустились короткие южные сумерки. Когда дойдем до нужного дома, совсем ночь наступит.
Из форта Арджау, куда мы вернулись за своими людьми, до Амети нас подбросил военный грузовик, они туда часто ходили. Амети был главным распределительным узлом на этом участке южной границы.
Вообще Индия этого мира была размером с треть от той Великой Индийской Империи, которую я знал у себя. Северную треть, если точнее. Южнее границы здешней Индии располагались Свободные земли. Эти территории беззакония образовались лет сто пятьдесят назад в результате мировой магической войны.
До войны там располагался основной промышленный и нефтедобывающий комплекс тогда еще единой большой страны, а в период военных действий именно эта область стала основной целью противников. И обычных бомб, и масштабной боевой магии туда насыпали от души. В итоге там выжгли все, что могло гореть и плавиться, и превратили те земли фактически в покрытую пеплом пустыню.
Сейчас о Свободных землях рассказывали много всякой мистики, но по факту границу регулярно штурмовали только люди. Это были наемники, бандиты и прочая шваль, осевшая там. Они отчаянно хотели поживиться чем-нибудь в цивилизованных землях. Именно поэтому страна столько сил и ресурсов тратила на усиление южной границы, а у многих магов и воинов был боевой опыт.
Из Амети в Лакхнау вела нормальная асфальтированная дорога, и нанять транспорт можно было без труда, здесь трафик был еще более плотный.
Что Амети, что Лакхнау особо впечатления на меня не произвели. Да, в архитектуре чувствовались восточные мотивы, все эти их характерные купола и круглые арки встречались частенько, но жилые дома были… обычными. Где-то камень, где-то дерево, где-то и то, и другое, — что было, то и использовали для строительства. Как и везде, в общем-то.
Я с куда большим интересом к машинам присматривался. Военный грузовик ничем особо не удивил, у нас примерно таких же кондовых монстров гоняли в армии, а вот гражданский транспорт отставал от привычного мне уровня развития эдак на полвека. Аэродинамику кузова тут уже знали, а вот электронику, похоже, еще нет.
С еще большим удивлением я осознал, что здесь нет ни сотовой связи, ни радио, ни всемирной сети. Впрочем, на фоне повального помешательства на безопасности и, как следствие, безумного засилья глушилок, это было неудивительно. Тут даже богатые простолюдины, не говоря уже об аристократах и армейцах, считали своим долгом при первой же возможности прикрыть свою резиденцию волновым подавителем.
Распространение получила только проводная телефонная связь. У богатых кланов был еще доступ к защищенной спутниковой связи, но это редкость.
Когда мы прибыли в Лакхнау и отпустили доставивший нас сюда транспорт, Карим отзвонился Марне из уличного телефона-автомата. Здесь такие стояли чуть ли не в каждом квартале.
Мы получили адрес, а через полчаса уже вошли в район складов на окраине города и разыскали здание, временно оккупированное остатками моей службы безопасности. Печально и смешно было осознавать, что эта обшарпанная замызганная коробка — место встречи наследника древнего рода с начальником его родовой СБ.