Беременная для Палача (СИ)

— Ты на его стороне, — нахмурилась подруга. — Ты поддерживаешь моего отца, хотя он принимает совершенно абсурдные решения.
— Твой отец запрещает нам общаться. Я никак не могу быть на его стороне.
— Тогда почему ты за него?
— Потому, что твой отец найдет нас прежде чем мы сумеем покинуть город. И после этого мы точно не сможем видеться, — я откинулась на спинку скамейки. — А вообще, я считаю, тебе не надо с ним ссориться. Я же вижу, что ты безумно любишь его и помню, как ты была счастлива, когда говорила, что отец забирает тебя с собой и теперь вы будете жить вместе. Пожалуйста, помирись с ним и уезжай в столицу. Какое-то время мы не сможем общаться как раньше, но я уверена, что постепенно вся эта ситуация поменяется, мы опять начнем часто созваниваться.
— Ты правда думаешь, что мой отец со временем примет нашу дружбу?
— Да, — солгала. Через время меня не будет. Я просто исчезну, но сейчас мне было важно, чтобы Зара помирилась с отцом. На Палача мне было плевать. Я хотела счастья для своей подруги, ведь она являлась единственной, кто стал для меня по-настоящему близок и дорог.
— Я все равно не хочу возвращаться домой, — Зара качнула головой. — Папа совсем не считается с моим мнением. Я уже давно взрослая, а он уверен, что может так просто выбирать с кем мне общаться. И ведь папа даже не объяснил, почему настолько против тебя. Не понимаю, откуда он взял, будто наше общение мешает учебе? Или причина в другом?
— Я думаю, проблема в том, что я ему немного нагрубила, — я поджала губы.
— И что с того? Значит, возникло недопонимание. Вы оба мои самые близкие… — Зара резко замолчала и, широко раскрыв глаза, прошептала: — О, нет, это же охранники папы.
Я быстро перевела взгляд в ту сторону, в которую смотрела Зара, и увидела шестерых громоздких мужчин, одетых в элегантные брюки и рубашки, но при этом выглядящих, как головорезы. Эти верзилы стремительно приближались к нам и Зара, взяв меня за руку, куда-то потянула за собой.
— Бежим, — сказала девушка.
Я поддалась порыву. Сработал рефлекс. Я последовала за подругой, потому как по ее просьбе готова была броситься куда угодно.
Вот только, далеко убежать не удалось. Мужчины нас догнали. Меня оттолкнули, а Зару бережно подняли на руки и, не обращая внимания на ее сопротивление, понесли в сторону дороги.
— Ксюша! — закричала девушка. — Пустите! Пустите меня. Ксюша!
Мое сердце болезненно сжалось.
— Зара! — я побежала вперед, но один из верзил преградил мне путь. Схватил и развернул, а я вырывалась, царапалась и пыталась оттолкнуть. Бесполезно.
Подруга вопила так, будто ее ранили, и все внутри меня разрывалось от отчаяния. Умом я понимала, люди Палача никогда не причинят Заре вред, скорее уж свои глотки перегрызут и жилы перекусят, но дикие крики не давали покоя.
Она звала меня, а я ничего не могла сделать, никак не могла помочь. Краем глаза я видела, что происходит. Зара сопротивлялась так бешено, что усадить ее в авто оказалось невозможно.
Мужчина, который удерживал меня, отвлекся. Видел, другие не справляются, но сам не представлял как им помочь. Здоровенные охранники оказались бессильны перед истерикой хрупкой девушки.
В иной ситуации они могли бы скрутить и затолкать в салон машины силой, однако Зара настолько яростно и лихорадочно сопротивлялась, что им ничего не удавалось сделать. Эти жуткие верзилы панически боялись причинить боль дочери своего жестокого хозяина. Понимали, если хоть один волос упадет с ее головы — им моментально придет конец. Палач их лично порвет на куски.
— Прошу, — выдохнула я. — Давайте, я с ней поговорю. Я обещаю… я ее успокою. Пожалуйста. Разрешите нам попрощаться.
Охранник помедлил, но в итоге понял, что хуже вряд ли будет. Ситуация и без того вышла из-под контроля. Он сделал знак своим приятелям. Меня подпустили ближе, позволили двинуться вперед.
— Зара, все хорошо, — пробормотала я.
— Нет, Ксюша, нет! — воскликнула девушка и зарыдала, протягивая ко мне руки, ее тело сотрясалось от истерики, лицо раскраснелось. — Ничего не хорошо. Нет!
 
— Тише, — я постаралась мягко улыбнуться.
— Ксюша, как я буду без тебя?
— Я же рядом, — подошла и обняла ее. — Всегда рядом. Даже если мы не болтаем по телефону каждый вечер и не пишем по сто сообщений в день.
— Ксюша, — она всхлипнула и сжала мое плечо. — Я не смогу без тебя… не смогу…
— И не надо. Я же говорю. Ты не будешь без меня. Я буду рядом. Зара, ты моя лучшая подруга. Ничего не поменяется. Поверь, придет день — и мы снова будем общаться как раньше. А может, и больше. Хотя вряд ли такое возможно. Ближе тебя у меня никого нет.
— И у меня.
— Тише, не плачь.
Я говорила еще много всего. Душа разрывалась от тоски, от дикого отчаяния. Но я должна была успокоить Зару, уговорить ее спокойно сесть в автомобиль и принять решение отца. Я не могла спокойно смотреть на ее слезы и страдания.
А еще внутри пульсировала тревога. Вдруг Заре сделают больно? По случайности. Вдруг нанесут вред? Было невыносимо наблюдать за ее хрупкой фигурой, которая металась в окружении громадных верзил.
Мы прощались долго. Мое сердце леденело, билось на рваные осколки. Но выбора не было. Только так.
Как же сильно я в этот момент ненавидела Палача. Хотя ранее казалось, что мой гнев по отношению к нему и без того достиг своего пика.
Но… он отец Зары. Так будет правильно.
— Ксюша, я тебя люблю, — прошептала подруга, глядя на меня затуманенными от слез глазами.
— Я тебя тоже люблю, — сжала ее ладонь на прощание.
А через пару секунд я уже провожала взглядом черный автомобиль. Достала телефон, но поборола желание позвонить Заре. Глупо. Зачем? Мы уже никогда не увидимся, только простились, нечего бередить раны.
Я пошла вперед, не разбирая дороги. Завернула за угол и натолкнулась на мрачного верзилу. Отшатнулась и буквально врезалась в мощное тело. Сзади подступил еще один жуткий тип.
Эти люди смахивали на тех охранников, которые увезли Зару. Но зачем бы им понадобилось преследовать меня?
Я попробовала ускользнуть, однако оказалась моментально схвачена. Рядом притормозил гигантский черный внедорожник.
Я едва успела подумать, что авто похоже на гроб, как дверца распахнулась и верзилы забросили меня внутрь.
— Ты нарушила приказ.
Услышав жесткий голос, я вздрогнула и обернулась. Увидев Палача, моментально отодвинулась от него и спиной прижалась к дверце, попробовала открыть, но замок оказался заблокирован.
Точно гроб. Здесь меня и похоронят.
— Приказ? — издевательски выгнула бровь. — Ты мне никто. Я лучше сдохну, чем начну тебе подчиняться. Лучше со своими головорезами разбирайся. Они не черта не умеют, не могут справиться с простейшим заданием.
— Ты говорила с моей дочерью, — обдал льдом.
— И что? — небрежно дернула плечом. — Захочу — еще не раз пообщаюсь с Зарой. Ты ничего не сделаешь. Радуешься, будто отобрал у меня учебу? Зря. Отчисление из университета никак не повлияет на…
— Мне плевать на тебя и твою учебу, — оборвал Палач. — Моя дочь никогда не будет обучаться в месте, где трутся такие бляди.
Оскорбительная фраза полоснула ножом.
— Было бы наплевать, ты бы не договаривался с ректором, чтобы тот показательно отдал мне документы, — процедила я. — Сражаешься с женщиной, так еще и нагло лжешь.
Палач криво усмехнулся. В черных глазах полыхнул дикий огонь.
— Сражаюсь? — его хриплый голос пробрался под кожу, вызывая волну колючих мурашек. — Нет, зверушка. Я буду тебя трахать.
Тяжелый взгляд прошелся по мне от макушки до пят, охватил каждую клетку тела и вдруг замер на груди, прожигая насквозь.
Я рефлекторно сглотнула и посмотрела вниз.
Проклятье, моя куртка потерялась, очевидно слетела, пока я боролась с охранником, теперь осталась лишь кофта, которая расстегнулась на гораздо большее количество пуговиц, чем мне бы хотелось.
— Нет, — отрывисто бросил Палач, когда я попыталась привести одежду в порядок.