Keeping 13 (ЛП)

— Ее неправильные решения чуть не убили нас, — парировал Джоуи. — Они уложили мою сестру на больничную койку.
— Наш отец уложил нашу сестру на больничную койку, — поправил Даррен. — Не позволяй своему гневу затуманить твою логику, Джоуи.
— Я не буду этого делать, — прошипел Джоуи, вскидывая руки вверх. — Я не буду. Я не собираюсь слушать, как ты оправдываешь ее причины, по которым она позволила этому ублюдку сделать это с нами.
— Все, что я говорю, это то, что не все черно-белое, — ответил Даррен, прежде чем снова повернуться ко мне. — Полиция будет здесь позже в тот же день, чтобы снять с вас показания. Вам нужно, чтобы при этом присутствовали либо мама, либо я.
— Нет. — Тревога бурлила внутри меня, разъедая все, что было хорошего и чистого, пока от меня не осталось ничего, кроме дрожащего месива. — Я не хочу этого делать.
— Все в порядке, — мягко сказал Даррен. — Мы все обсудим, и тебе не о чем будет беспокоиться.
— Это могу быть я, если хочешь, Шэн, — вмешался Джоуи. — Не обязательно это должны быть они.
— Последнее, что тебе нужно, это находиться рядом с ней в твоем состоянии, — прорычал Даррен. — Что это было на этот раз? Ты снова в…
— Рад слышать, что твои особые телефонные разговоры с мамой держали тебя в курсе семейных событий, — выплюнул Джоуи. — Жаль, что она не рассказала тебе о реальных проблемах, с которыми мы столкнулись — о, подожди, она, вероятно, рассказала, а ты просто пошел напролом и заблокировал это. Должно быть, приятно иметь совесть с выключателем. Избирательный слух, должно быть, чертовски потрясающий.
— Прекрати, — простонала я. — Пожалуйста.
— Снаружи ошивается социальный работник, — объявил Даррен, поворачиваясь ко мне и покорно игнорируя Джоуи. Он поправил синий галстук и расстегнул верхнюю пуговицу своей накрахмаленной белой рубашки, прежде чем продолжить: — Вам, конечно, придется поговорить с ней наедине, но как только мы все проясним нашу историю, она должна быть достаточно откровенной.
— Наша история откровенной? — Какая бы толика самообладания, за которую цеплялся Джоуи, испарилась в тот момент, когда эти слова слетели с губ Даррена. — К черту это! — Вскочив на ноги, он начал мерить шагами комнату. — Больше никаких чертовых историй. — Запустив руку в свои светлые волосы, он потянул за кончики и зарычал. — Больше никаких.
— Я не прошу никого из вас лгать, — ответил Даррен. — Я просто говорю, что нам нужно сплотиться вокруг мамы…
— Ты просишь ее умолчать правду, — возразил Джоуи. — Опустить те места, где мама скрывала то, что он сделал с нами — где она стояла рядом и смотрела. Где она ничего не делала. А в моей книге умолчание правды — это гребаная ложь.
— Что ж, если вы хотите остаться вместе, тогда я предлагаю вам принять ее и продолжить эту гребаную программу, — рявкнул Даррен, теряя хладнокровие. — Потому что так я держу вас, ребята, вместе, хорошо? Если у нас ее не будет, если в ней увидят что-то иное, чем она есть на самом деле — жертву домашнего насилия, которая делала все возможное для своих детей, — тогда Шэннон, Олли, Тадгх и Шон могут прямо сейчас паковать свои чемоданы. И бог знает, куда они тебя пошлют. Это будут новые школы, новые дома, новые друзья, новые гребаные незнакомцы. Если вы этого хотите, тогда идите прямо вперед и сразитесь со мной по этому поводу, но так не должно быть. У нас все получится, ребята.
— Я не могу. — Джоуи подошел и вцепился в подоконник с такой силой, что я удивилась, как он его не оторвал. — Я больше не могу так поступать, — пробормотал он себе под нос. — Я не могу продолжать так.
— Джо, — прохрипел я. — Все в порядке…
— Нет, — его голос дрогнул. — Нет, Шэн, — прошептал он, стоя ко мне спиной. — На самом деле это не так.
— У нас есть еще одна проблема, — добавил Даррен, нарушая ощутимую напряженность.
Оторвав взгляд от спины Джоуи, я снова посмотрела на Даррена. — Что?
— Джонни Кавана.
Джоуи хмыкнул, что прозвучало как одобрение.
— Ч-что? — Тряся головой, я боролась с цунами бабочек, пытавшихся вырваться из моего горла. — Какое отношение ко всему этому имеет Джонни?
 
— Ублюдок сам во всем разобрался, — пробормотал Джоуи себе под нос, стоя к нам спиной. — Должно же это все-таки чего-то стоить.
— Он действительно доставляет массу хлопот, — мрачно подтвердил Даррен. — Звонит в отделение полиции утром, днем и ночью. Со вчерашнего дня у его дома было четыре машины полиции.
— Ч-что? — Теперь я действительно схватилась за виски, поскольку пульсация в моем мозгу угрожала убить меня. — Откуда он знает?
— Не волнуйся, Шэн. Хорошо, что он знает, — подхватил Джоуи. — Тебе больше не нужно лгать ради этих людей.
— Ты можешь просто заткнуться к чертовой матери? — Огрызнулся Даррен. — Я пытаюсь это исправить, а ты делу не помогаешь.
— Потому что это невозможно исправить, — бросил в ответ Джоуи. — Я знаю это, Шэннон знает это — Господи, даже Шон знает это, а ему всего три!
— Я не знаю, что ты сказала своему парню, Шэннон, но тебе нужно заставить его остановиться, — заявил Даррен, снова обращая свое внимание на меня. — Он вмешивается во что-то, о чем ничего не знает.
— Я ничего ему не говорила, — выдохнула я, сердце бешено забилось при мысли о Джонни. — И он не мой…
— Ты лезешь не на то дерево, если думаешь, что заставишь ее парня замолчать, — усмехнулся Джоуи. — Не всех можно поместить в коробку, Даррен.
— Джоуи, ради всего святого, можешь ты просто перестать болтать! — Даррен зарычал. — Если ты здесь не для того, чтобы помочь, тогда иди домой.
— Хорошо, я пойду, — прошипел Джоуи. — Потому что я в этом не участвую. — Развернувшись, он впился взглядом в Даррена. — Если ты хочешь лгать и дальше портить жизнь этим детям, сохраняя эту женщину в их жизнях, тогда давай, я явно не могу тебя остановить, но мне надоело быть пешкой в этой игре. Я отсидел свой срок.
— Это не игра, Джоуи, — прорычал Даррен. — Это наша жизнь.
— Тогда я не хочу такой жизни, — выдавил Джоуи, покраснев. — Если это то, как мы должны жить, то я не хочу быть здесь.
— Джо…
— Увидимся позже, Шэн, — прохрипел Джоуи, прежде чем направиться к двери. — Я ухожу.
Я наблюдала, примерзнув к кровати, как Джоуи выбежал, захлопнув за собой дверь. Я не хотела, чтобы он уходил. Остаться наедине с Дарреном было последним, чего я хотела, не потому, что я боялась его, а потому, что я его не знала. Теперь он был мужчиной; мужчиной, с которым, судя по его дизайнерскому костюму и дорогим часам, у меня было очень мало общего.
— Кто ты сейчас? — Спросила я, разочарованная собой за то, что позволила своему любопытству взять верх. Своей обмотанной проволокой рукой я указала на его одежду. — Чем ты занимаешься?
Даррен откинулся на спинку стула, не сводя с меня глаз. — Я работаю в международной IT-компании. — Поерзав на стуле, он снова завязал галстук. — Я работаю в их филиале в Белфасте.
— Так вот где ты был? — Я выдохнула, проглатывая боль. — Все это время ты был в шести часах езды на машине?
— Да. — Он медленно кивнул, а затем остановился. — Ну, нет, первые четыре года я провел в Бирмингеме, получая степень и работая подмастерьем. Я переехал в Белфаст в конце 2003 года.
— О. — Я не была уверена, что еще сказать, поэтому промолчала. По правде говоря, я не была уверена, что мне нужно что-то еще сказать. Он ушел. Мы остались. Его жизнь улучшилась. Наша ухудшилась. Конец истории.
— Я должен был уйти, Шэннон, — тихо добавил он.
Я знала это.
Но и мы тоже.
— Тебе стало лучше? — Услышала я свой вопрос. Я взглянула на него. — Ты обрел покой?
Даррен поколебался, прежде чем сказать: — Я нашел способ справиться.
Прерывисто выдохнув, я кивнула. — Хорошо.
— У меня есть партнер, — сказал он немного неуверенно. — Его зовут Алекс. Мы вместе три года. Мы снимаем маленькую квартирку на окраине центра города.
— Он любит тебя? — Спросила я.