Сестры. Дом мертвеца

– Нет, – заявила Дина. – А позвонить можно?
– Можно.
Света подошла к висевшему на стене аппарату и набрала номер. Трубку не брали. Спят они там, что ли?
– Если у вас нет вопросов, – сказал Слава, потушив сигарету о дно миски, – то я бы хотел в свою очередь спросить, какого характера ваши проблемы и как вы собираетесь их решать?
Света с Диной переглянулись.
– Я все расскажу... – начала было Света.
– Все не нужно, – перебил хозяин. – Только главное.
Света замолчала, собеседник терпеливо ждал, пока она решит, что же все-таки главное.
– Мы бомжи, – вдруг выпалила Дина: ей показалось что это хорошая и все объясняющая идея.
– Это вряд ли, – отверг ее версию Слава и выразительно оглядел их одежду. – Формулируй точнее.
Дина тоже задумалась. В комнате повисла тишина, на окне с длинного цветка в горшке упал листок, и все это услышали. Хозяин решил прийти им на помощь.
– Вы попали в беду, – произнес Слава, – а в бедах женщин, слуг и детей виноваты мужья, хозяева и отцы. – Он произнес это отчетливо, размеренно и строго. Так, что Дину вдруг осенило:
– Вы учитель? – спросила она.
– В прошлом. Так где тот, кто за вас отвечает? Как с ним связаться?
– Пока никак, – ответила Света. – Надо будет еще звонить. Может быть, они спят.
– А как насчет просто вернуться домой?
Света отрицательно покачала головой. Слава поглядел внимательно сначала на одну, потом на вторую гостью, и от вопросов перешел к принятию решений.
– Значит, так, девицы. Пока не отыщутся родители, вы переходите в статус моих детей. Учтите, каждое утро будет начинаться с зарядки!
Он выразительно поднял вверх длинный худой палец. Дина исподтишка огляделась. Больше всего ее занимали диваны и почему их столько? Может быть, он подбирает на улице детей? И что он с ними делает? Где те, кто жил тут раньше и спал на этих диванах? Что с ними стало?
– А чьи это диваны? – спросила она. – Других ваших детей?
– Нет. Друзей, – ответил Слава. – Сейчас позавтракаем, я уеду на работу. Если вам нечем будет заняться, кроме звонков родителям, можете мне помочь.
Они попили чаю с бутербродами. Дине хозяин не понравился: во-первых, черный и слишком много бровей, как у Бармалея, во-вторых, нормально не разговаривает, а командует, в-третьих, когда ходит, громко стучит пятками по полу. Точно он из дерева.
И что означает «статус детей»? Чтобы он был их папой? Не хотелось бы ей иметь такого папу. Тем более что за столом он насмешничал. Поглядывал, как Дина намазывает масло на хлеб, и хмыкал. Получалось, конечно, не очень ровно, но зачем так уж стараться, если все равно через минуту все разжуешь и проглотишь?
Перед тем как отправиться по делам, Слава выдал им множество картонных заготовок, чертеж и велел к его приходу склеить макет инкубатора. «А то я не успеваю», – заявил он, и дверь за ним захлопнулась.
Они остались вдвоем. Света принялась разбираться с чертежом, а Дина решила обследовать квартиру. В основном предметы были непонятные и ненужные. В ванной ни одной помады не отыскалось, да и вообще не нашлось ничего интересного.
– Никаких женщин, – констатировала Дина, вернувшись с разведки, – тут не живет и не жило.
Потом они вдвоем клеили этот чертов инкубатор, вымазавшись по самые уши. У Дины даже в волосах оказался клей. Только один раз попили чай, а так просидели до самого вечера, как будто собирали не инкубатор, а дворец падишаха. Света все время мыла руки и звонила домой, но к телефону никто не подходил.
– Они нас ищут, поэтому дома никого нет, – уверенно заявила Дина.
– Есть автоответчик, – возразила Света. – Его же включают, если ждут звонка.
Дина принялась размышлять, что будет, если поиски затянутся. Тогда им придется всю оставшуюся жизнь сидеть тут и клеить, клеить, клеить инкубаторы, не разгибая спины? Она представила себя седой старушкой, рядом сидит старушка Света с недовольным лицом. А кругом – лужи клея и обрезки картона до самого пояса.
– Я по телевизору видела, – сообщила она сестре, – как в сумасшедшем доме больные этим занимались. Коробочки клеили. – Света хмыкнула. – Думаешь, – продолжала Дина, – этот Слава хороший человек?
 
– Думаю, да.
– А по-моему, он нас в рабство взял, – возразила Дина.
– Можно подумать, ты уработалась. Никто не обязан нас просто так кормить.
– Но мы же попали в беду! – возмутилась младшая.
– И что теперь? Все бросили свои дела и принялись нас спасать?
Дина насупилась. Конечно, так должно было быть по правилам, но не все происходит правильно, и зачем над этим насмехаться? Например, этот Слава. Что он ими распоряжается, как слугами?
Тут входная дверь открылась и на пороге появился Слава с кучей пакетов в руках. В одном оказались сосиски, в другом – макароны, в третьем – помидоры с огурцами. Девочки обрадовались ему, как Деду Морозу. Избавившись на кухне от свертков, Слава тут же взялся разглядывать их работу и, собрав мохнатые брови в одну волосатую горку, из веселого сразу превратился в злого.
– Это чье? – Он ткнул в тот отсек инкубатора, который клеила Света.
– Мое.
– А это чье?
Дина отвернулась, точно не слышала вопроса. И так видно было, кто склеил лучше, незачем и намекать. Но Слава намекать и не собирался.
– Отвратительно, – заявил он, – переделать! – И оторвав левый фланг инкубатора, скомкал бумагу и бросил на пол.
– Чего мусорить-то? – обиженно спросила Дина.
– А ты что хотела? Чтобы за такую работу тебя еще по головке погладили? – ядовито поинтересовался Слава, и Дина решила, что он какой-то дурак. А еще говорил, что был учителем. Если бы учителя были такие, не стоило бы и в школу ходить.
– Марш на кухню, – прикрикнул он, видя, что Дина собирается что-то возразить. – Салаты резать.
Девочки двинулись к раковине и взялись за дело. Сосиски варились, макароны были почти готовы, салат порезан. Слава вытащил скатерть из шкафа и принялся сервировать стол. За ужином никто друг с другом не разговаривал. Поев, девочки вымыли посуду, а потом полчаса посмотрели телевизор.
– Родителям звонили? – спросил наконец Слава, сидевший на своем троне с сигаретой в руке.
– Трубку никто не берет, – буркнула Света.
Дина подумала, что теперь, раз инкубатор ему не понравился, он захочет побыстрее от них избавиться. Конечно, ему нужны просто слуги, рабыни, а про статус детей он врал! Кто же так обращается с детьми? На этих диванах скорее всего спали дети, которых он принуждал работать с утра до вечера, а если работа ему не нравилась, он их прогонял и подыскивал новых. А если он их не прогонял? Вдруг он держит их, как пленников, в каком-нибудь подвале на цепи? Или убивает и ест, когда заканчиваются сосиски?
Тут Слава заявил, что сейчас по его команде все отвернутся каждый к своей постели, разденутся и лягут спать, и сосчитал до трех. Они дружно разделись и улеглись. Прямо в глаз Дине светила луна, и она думала о том, сколько времени может нормальная девочка вытерпеть такого папу...
Наутро они проснулись от страшного трезвона. Хозяин стоял посреди комнаты в спортивном костюме и держал в высоко поднятой руке жуткий ободранный будильник прошлого века с двумя дребезжащими шляпами. День начался, как он и обещал, с зарядки. Вначале руками махали, потом ногами, потом приседали. Закончив упражнения, Слава изрек:
– Старшая – отлично, младшая – тройка.
Дина немедленно надулась. Потом они съели миску кислого творога, поделив его на троих, и Слава умчался по делам, поручив им переклеивать инкубатор.
– Да уж, похоже на сказку про Золушку, – заметила Света, закрыв за хозяином дверь.
 
– Дурак какой-то, – высказала Дина свое мнение. – И сколько мы будем его терпеть? Лично мне он уже надоел со своим птичником.
Она принялась рисовать цыплят на Славиных заготовках, а клеить инкубаторы предоставила Свете...
Вечером разразился жуткий скандал. Славе не понравились Динины цыплята.