Отраженный кошмар

Трудно было определить ее возраст, но если учесть, что она занимала должность старшего инспектора, ей, скорее всего, порядком за тридцать. Подойдя к столику, она кивнула Стиву и протянула руку Фионе.
– Доктор Кэмерон? Для меня честь познакомиться с вами. Я Сара Дюваль. Из полиции Сити.
Они обменялись рукопожатием, и Дюваль села напротив Фионы.
– Рада видеть вас, Стив, – сказала она, коротко кивнув.
– Спасибо, что пришли, Сара. Мне известно, как вы сейчас заняты.
– Мы все заняты.
Официантка принесла заказ, и Дюваль попросила для себя черный кофе. Фиона не удивилась. Чем-то должна себя подбадривать эта деловая женщина, успешно поднимавшаяся по карьерной лестнице без поддержки и особых поощрений.
– Итак, Стив сказал, что вы хотите поговорить со мной о деле Джорджии Лестер, – сразу же взяв быка за рога, сказала Дюваль, не сводя с Фионы острого и доброжелательного взгляда.
– Если честно, то чем больше я думаю об этом, тем больше мне кажется, что я зря трачу чужое время, – проговорила Фиона, понимая, что ведет себя довольно странно, вероятно немного напуганная незнакомой женщиной.
– Давайте я сама подумаю о своем времени. Ну же, рассказывайте.
Фиона начала с самого начала, с убийства Дрю Шанда, и довела свой рассказ до гипотезы, о которой уже было известно Стиву. Дюваль слушала молча, ничем не выдавая своих чувств, даже ни разу не пошевелившись. Когда Фиона закончила, Дюваль всего лишь кивнула головой.
– Понятно, – сказала она и отпила кофе из чашки. – Не думаю, что я зря потратила время. – Она взглянула на Стива. – Могу я говорить откровенно?
– Фиона знает наши условия.
Дюваль задумчиво помешала кофе ложкой.
– Основную работу провела дорсетская полиция, поскольку там Джорджию Лестер видели в последний раз и там нашли ее машину. Я же подключилась, потому что здесь ее квартира. Кое-что можно сделать только в Лондоне. К расследованию подключили несколько человек более высокого ранга, чем принято, когда исчезают люди. Причины, насколько я могу судить, вам понятны.
Фиона кивнула. На нее произвела впечатление манера Сары Дюваль сразу начинать с главного.
– Было несколько предположений. Среди них и то, что мисс Лестер придумала свое исчезновение как рекламный трюк. Мы не пресекали эти разговоры. Однако лично я в это не верю. Кроме всего прочего, она уже наняла телохранителя, который должен был сопровождать ее в турне, чего она наверняка не сделала бы, если бы планировала исчезнуть. К тому же горе ее мужа совершенно искреннее, и меня уверили все, с кем я беседовала, что она ни за что не причинила бы ему такую боль. Мы очень внимательно проверили телефонные звонки и почту мистера Фицджеральда, но ничего подозрительного не нашли. Думаю, ее похитили. Даже уверена в этом.
Я так же, как вы, предположила, что мисс Лестер мертва, более того, что ее убили. Правда, нет никаких следов аварии, но все же я начала расследование, как если бы мы имели дело с убийством. Ваша теория одновременно смущает и радует меня, как ни странно, потому что полностью подтверждает мою догадку. Жаль, никто не сказал мне раньше о письмах с угрозами.
Выражение лица у Фионы стало виноватым.
– Это моя вина. Джорджия хотела отнести письма в полицию, но мой друг Кит был против. Он думал, будто кто-то хочет попугать писателей, и побоялся, как бы не решили, что после смерти Дрю Шанда он таким образом делает себе рекламу. Мне надо было быть понастойчивее. Прошу прощения.
Дюваль кивнула. На ее лице, какие бы чувства она ни испытывала, ничего не отразилось, разве что сожаление, и Фионе это понравилось.
– Мне надо посмотреть на них как можно быстрее.
– Сегодня же привезу их вам, – пообещала Фиона. – Они в университете. Прошу прощения, что не захватила их.
Дюваль промолчала, лишь поджала губы.
– И что дальше? – нетерпеливо спросил Стив, желая немедленно перейти к делу. – Насколько я понимаю, на основании умопостроений Фионы вам не получить ордер на обыск рынка «Смитфилд».
Дюваль отпила еще кофе, и Фиона решила, что таким образом она дает себе время на размышления.
 
– Попытаюсь, – проговорила она и отпила еще кофе. – У нас есть разумные начальники и связи в мэрии. И мы наладили хорошие отношения с боссами на рынке. К тому же там тоже есть наши люди. Вы бы очень помогли мне, доктор, если бы рассказали, что за тип этот убийца и где он может напасть в следующий раз. – Она едва заметно улыбнулась. – Предотвращение преступления всегда наилучшим образом действует на Отцов города.
– К сожалению, я не тот психолог, – сказала Фиона. – Я разрабатываю программы, но никогда не занималась психологическим профилем преступника, то есть не мочился ли он в постель и не бил ли его пьяный отец. Этим занимаются в больницах. У них гораздо больше опыта на сей счет.
Дюваль кивнула.
– Понятно. Но мне ведь надо за что-то ухватиться. А что вы можете сказать на основании ваших знаний?
– Такие убийства совершаются из ненависти. Большинство серийных убийц сексуальные маньяки, но иногда встречается другая мотивация. Недавно мне пришлось работать с испанской полицией. В их случае я бы назвала мотивом преступлений потерю.
– Потерю?
– У многих взрослых людей представление о своем «я» складывается из многих факторов, – пояснила Фиона. – Если мы теряем родителей, если наши любимые покидают нас, если не складывается карьера, мы страдаем, может быть, злимся, но не теряем себя или свое представление о себе. Но есть люди, которые не умеют достичь такого уровня интеграции, и их представление о себе связано с каким-то одним аспектом их жизни. Если они теряют его, то теряют почву под ногами. Некоторые кончают жизнь самоубийством. Другие, таких мало, но они есть, обращают свой гнев вовне и мстят тем, кого они воображают виновными в своих бедах.
– Понятно. И вы думаете, что это как раз такой случай?
Фиона пожала плечами.
– Я сужу по своему опыту.
– Что за человек мог выбрать автора триллера о серийном убийце себе в жертвы? – спросил Стив.
– Или могла, – заметила Дюваль. – Знаете, Стив, у нас в Сити предпочитают равенство. Не то что у вас.
– Это серийный убийца, так что, скорее всего, мужчина, – сказал Стив, качая головой. – Дрю Шанда в последний раз видели в баре для геев с парнем, который не явился, чтобы дать показания. Следовательно, у нас есть основания предположить, что он и был убийцей.
Наклоном головы Дюваль показала, что принимает во внимание сказанное Стивом.
– Наверно, вы правы. По крайней мере, на этом этапе. – И она вновь повернулась к Фионе. – Сделайте одолжение, доктор Кэмерон, скажите, что вы думаете о человеке, взявшемся убивать писателей.
Фиона постаралась избежать как менторской, так и просительной интонации. У нее было свое профессиональное мнение, и если Дюваль желает выслушать его, пусть слушает.
– Творческие люди живут страстями. Уж поверьте мне, я знаю. Не исключено, что это какой-нибудь сумасшедший фанат, решивший прославиться таким образом. Однако подобного рода люди довольствуются одним преступлением. Этого достаточно для того, чтобы поднялась шумиха. И они не настолько извращены и не настолько опытны, чтобы продумать сложный план убийства. Может быть и неудавшийся писатель, которого терзает зависть к более удачливым коллегам. Живя в своем воображаемом мире, он решил, что они крадут его сюжеты, идеи или обычным способом, или, скажем, проникая в его мозг, когда он спит. Я бы предположила, что автор писем относится скорее всего ко второй категории. Еще может быть писатель, чья карьера пошла на спад. Вероятно, он обвиняет выбранных им авторов в том, что они украли у него успех. – Фиона развела руками. – Прошу прощения, ничего более конкретного не могу вам предложить.
Она заметила скептический взгляд Дюваль.
– Вот уж никогда не думал, что кто-то пожелает убивать писателей, – сказал Стив.
– Он одержим идеей, что именно эти писатели причинили ему непоправимое зло. И таким образом мстит им.