Отраженный кошмар

– Ты знаешь, что так оно и есть.
В голосе Стива не было виноватых нот, и Фиона посмотрела ему прямо в глаза.
– Твои боссы все еще принимают психологов за некие неодушевленные инструменты, которыми можно вертеть, как им вздумается. Не так?
– А ты думаешь, я не знаю? Ты думаешь, я не хочу это изменить? – Во взгляде Стива отразились все пережитые им разочарования. – Фион, помоги мне. Помоги мне изменить их точку зрения. Мне надо лишь, чтобы ты проверила кое-какие преступления по своей программе и посмотрела, что там получается с географией. Мне казалось, ты намерена найти убийцу Сьюзан Бланчард. Если не хочешь поработать ради нашей дружбы, поработай ради нее и ее детей.
– Удар ниже пояса! Послушай, Стив, я уже и так пошла у тебя на поводу, когда читала материалы Хорсфорта, хотя, видит бог, меня почти тошнило от его глупостей. Разве не я сказала тебе, с чего лучше начинать расследование? Поверь, я сделала это только потому, что мы друзья. А теперь у меня такое впечатление, что ты шантажируешь меня нашей дружбой. Не выйдет.
Фиона с вызовом посмотрела на Стива, но он выдержал ее взгляд.
Ему ли было не знать, как она права? Однако его намерение довести дело до конца было сильнее охватившего его стыда.
– Мне не обойтись без тебя, Фион, – сказал Стив, стараясь говорить как можно убедительнее. – У меня ничего нет для нормальной работы, а мои шефы знать ничего не хотят, пока я не поднесу им на блюдечке очередного подозреваемого. Они хотят забыть об этом деле. Я тоже хочу. Но сначала я хочу найти настоящего убийцу. А у меня тупик. Мои люди вкалывают день и ночь, чтобы довести дело до конца, но мне нечего им сказать, потому что я не знаю, куда идти дальше. Ты моя последняя надежда. Мой шанс.
Стив умолк, не отрывая глаз от Фионы, и замер так, что его лицо стало похоже на гипсовую маску. Долго просидели они, глядя друг на друга и вспоминая дружбу, полжизни связывавшую их.
– Нет, – сказала наконец Фиона.
Стив крепко сжал губы. Ему казалось, что он физически ощущает, как исчезает последняя надежда, однако не желал сдаваться. Еще не время. И он не сводил с Фионы требовательного взгляда.
– Нет, Стив, – повторила Фиона.
Ему показалось, будто она сдается, и он подался к ней.
– Ты должна мне помочь.
Фиона устало кивнула головой.
– Знаю, тебе нужна помощь. Мы сделаем так. У меня есть очень хорошая кандидатура. Терри как раз работает над географической программой. Но ты должен заставить своих шефов заплатить ей за анализ данных. Как консультанту.
– Не знаю, удастся ли мне выбить деньги.
– Придется, Стив. По крайней мере, они будут потрачены не зря.
– А ты поможешь?
Фиона покачала головой.
– Терри Фаулер прекрасно справится. Я не обижаю своих учеников излишней опекой. Стив, это в самом деле конец. Сколько раз я тебе говорила, а ты ничего не желаешь слушать.
С видимым отчаянием Стив провел рукой по волосам.
– Что ж, придется смириться.
– Я не обманываю тебя. Терри все сделает, как надо. А ты, Стив, перестань наказывать себя. Мне известно, как ты относишься к своей работе, но нельзя же рисковать ради нее нашей дружбой. – Фиона подалась вперед и положила ладонь на руку Стива. – Наверно, слишком поздно говорить тебе, что пора и пожить когда-нибудь.
Стив с трудом разжал губы в некоем подобии улыбки.
– Даже слишком поздно.
– Меня это спасло, – сказала Фиона.
Взгляд Стива затуманился.
– Он?
Ему хотелось сказать, как он жалеет, что они не стали спасителями друг для друга, однако не мог произнести ни слова. Или она все знала сама и по-своему распорядилась его чувствами, или не знала, но тогда его признание грозило нарушить установившееся между ними равновесие. В любом случае признание ни к чему бы не привело.
В этот самый миг распахнулась входная дверь.
– Эй, Фиона, это я, – донеслось до них из холла.
Стив и Фиона слышали, как Кит бросил сумку на пол, проходя мимо своего кабинета. Потом он показался в дверях, широко улыбаясь обоим и не замечая их напряженных лиц.
– Привет, Стиви, не ожидал тебя увидеть.
 
– Я приехал узнать, насколько превышен мой кредит в банке, – сухо произнес Стив.
Кит подошел к Фионе и обнял ее.
– Он хотел, чтобы я поработала над делом Сьюзан Бланчард, – сказала Фиона.
Поверх ее головы Кит поглядел на Стива.
– Она дала тебе от ворот поворот?
– Можно и так сказать.
– Если они заплатят, то Терри Фаулер сделает все, что нужно, – сухо заметила Фиона.
– Будем надеяться, – сказал Стив и встал из-за стола. – Завтра утром я позвоню.
– Не уходи, Стив, – попросила Фиона. – Пообедай с нами. А потом поиграем в слова  [19].
Стиву стало ясно, что ему протягивают оливковую ветвь. Та часть его души, которая терпеть не могла просить, требовала, чтобы он ушел, однако это могло плохо сказаться на их отношениях. И Стив решил принести в жертву свою гордыню, то есть отделаться малой кровью ради возведения моста над разверзшейся было бездной. Он посмотрел на Кита.
– Зависит от того, что у вас сегодня на обед.
Кит помрачнел.
– Сейчас посмотрим. – Он открыл холодильник. – Есть куриные грудки, лук шалот, эстрагон, фенхель… Как насчет куриных грудок и плова с эстрагоном?
Сделав вид, что он обдумывает предложение, Стив спросил:
– Пудинг будет?
– Не слишком ли? – парировал Кит. – В морозилке есть домашнее шоколадное мороженое, еще есть клубника и полкувшина мангового сока. Устроит?
– Ладно. Уговорил.
Кит снял пиджак и повесил его на спинку стула, после чего принялся за работу.
– Как прошел день? – спросила Фиона, не сводившая с него глаз.
– Весьма продуктивно, – ответил Кит. – Встретился с нужным человеком. Однако лучше не детализировать в присутствии представителя закона. – Он улыбнулся Стиву через плечо. – Ты мне вот что скажи. Газеты подняли шум из-за Джорджии. Вы читали? В «Мэйл» большая статья, в которой вспоминают исчезновение Агаты Кристи в двадцатых годах.
– Она все еще не объявилась? – спросила Фиона и повернулась к Стиву. – Он говорит о Джорджии Лестер, которая пишет триллеры. Ты слыхал?
– Читал в газетах. Помнится, она получила такое же письмо с угрозами, как ты, Кит. И что ты думаешь? Ей взбрело в голову отомстить или она испугалась?
– На письмо она обратила внимание, только когда узнала, что я получил в точности такое же. И испугалась. По крайней мере, она всерьез потребовала от издателей, чтобы ей предоставили охрану на время турне, хотя мне это показалось лишним. Она умеет иногда показать себя, – с нежностью проговорил Кит, протягивая, руку за тяжелой металлической кастрюлей с длинной ручкой.
– Одно точно, – вмешалась Фиона. – Самоубийство исключается. Это не для Джорджии.
– Почему? – спросил Кит.
– У самоубийц обычно заниженная самооценка. А Джорджия принадлежит к тем женщинам, которые абсолютно лишены сомнений на свой счет. Если взять десятибалльную систему оценок, то у нее будет одиннадцать.
– Это правда, – подтвердил Кит. – Большинство из нас, если, не дай бог, прочитают плохую рецензию о себе, начинают пинать кошку, проклинать компьютер, то есть страдать. Даже если мы делаем вид, будто нам все нипочем. А Джорджия, прочитав плохую статью, посылала критику цветы и записку, мол, надеется на хорошие отношения в будущем.
Фиона фыркнула.
– Ты придумал.
– Клянусь, нет. Она изобрела отличный панцирь, и это помогало ей держаться на плаву.
– Тогда остается одно. Вы это хотите сказать? Если она не устроила рекламного шоу, значит, было совершено преступление, возможно, ее похитили.
Стив произнес вслух то, о чем Кит и Фиона не позволяли себе даже думать.
Наступило долгое молчание. Кит переложил куриное мясо на поднос с луком, и в кухне вкусно запахло едой.
– Понимаешь, как раз об этом мы очень старались не думать, – заметила Фиона.