Отраженный кошмар

Естественно, она почувствовала облегчение. Хотя ее разумное «я» отказывалось верить в убийцу, пожелавшего избавить мир от писателей детективного жанра, ее эмоциональное «я» было во власти страха с того момента, как она прочитала газетный заголовок. Фиона слишком хорошо знала, на что способны серийные убийцы, и не могла отделаться от мысли, что Кит тоже в списке жертв, поэтому теперь она эгоистически радовалась логическому обоснованию убийства Джейн, которое не имело никакого отношения к ее любимому.
Выключив компьютер, Фиона спустилась в кухню. Кит уже был там и возился с кускусом. Оглянувшись, он буквально вымучил из себя улыбку.
– Еще десять минут.
– Тебе удалось поработать? – поинтересовалась Фиона, наливая вино в два бокала.
– Чужие трагедии весьма способствуют полету фантазии, – неестественно громко ответил Кит. – Срабатывает защитный механизм. Мой мозг выплевывает слова, словно боится, как бы не заело. Пока я смотрю на экран, я не думаю о том, через что пришлось пройти Джейн, прежде чем ублюдок дал ей умереть.
– Плохо иметь богатое воображение. Особенно такое, как у тебя. Тебе не надо даже напрягаться, чтобы отдать себя на растерзание по крайней мере сотне версий. – Фиона пересекла комнату, и Кит повернулся, позволяя обнять себя. – Все раны нанесены посмертно. Ее не пытали.
– Полагаю, надо быть благодарными и за это, – буркнул Кит, пряча лицо в ее волосах. Потом он отстранился. – Ну, что ты накопала?
– Главное? На свой счет можешь не беспокоиться.
Фиона села за стол и подробно обо всем рассказала.
– Знаешь, что я думаю о твоих золотарях? Откуда тебе известно, что они не ошиблись насчет ее связи с этим Финнеганом? Может быть, они были друзьями? Может быть, она попросту использовала его, добывая через него сюжеты и даже подробности?
Фиона пожала плечами.
– Может быть. Но у них надежные источники, и они умеют ими пользоваться. Так что, пока мы не узнаем что-нибудь другое, я склонна им верить.
– Легко сказать… – пробурчал Кит.
– Возможно, это тебе поможет. Когда будешь обзванивать своих коллег насчет писем с угрозами, поинтересуйся, не получала ли такое же письмо Джейн. Не исключено, что кто-нибудь что-нибудь знает. Если она не получала такого письма, значит, моя теория насчет людей, которые пишут, но не убивают, верна.
– Может быть, мне позвонить в тамошний полицейский участок и спросить у следователей?
– Ага, правильно. Так они тебе и сказали.
– Но ведь они могут сказать Стиву.
Фиона не могла не признать разумность такого хода.
– Я все равно встречаюсь с ним завтра вечером, – продолжал Кит, вытаскивая из духовки горячий противень с овощами и перекладывая их в кускус. Водрузив блюдо на стол, он сел напротив Фионы. – Попрошу Стива узнать, не получала ли Джейн перед смертью писем с угрозами. Если нет, то ты, скорее всего, права, и мы с Джорджией можем жить спокойно. А я тем временем обещаю соблюдать осторожность без параноидального оттенка. Идет?
Фиона улыбнулась.
– Конечно, идет. Но если кто-нибудь подойдет к тебе с ножом, не геройствуй. Беги без оглядки.
– Что? Ты не хочешь, чтобы я встретил опасность лицом к лицу и доказал, что я настоящий мужчина?
– О господи, только не это. У меня слишком много работы, и мне некогда заниматься похоронами. – Фиона попробовала овощи. – Ммм. Вкусно. Милый, будь осторожен, ведь мне некем заменить тебя в кухне.
Кит сделал вид, будто обиделся.
– Только в кухне?
– Если я не буду есть каждый день, то умру. Мне, конечно же, будет не хватать еще кое-чего, но без этого я не умру.
– Не умрешь? – грозно переспросил Кит.
– Давай не будем проверять.
Кит усмехнулся.
– Правильный ответ, доктор. Итак, у нас впереди тихий вечер?
– Кит, какой может быть тихий вечер? Что-то я такого не припомню. – Она наморщила лоб. – Пожалуй, я бы задала тебе хорошую взбучку.
– Ты сама этого хотела, гладенькая чертовка.
Судя по усмешке, Кит настроился на победный лад.
Скоро Джейн Элиас будет лежать в холодной земле. Ни Кит, ни Фиона ни на мгновение не забывали об этом, однако лучшее, что они могли сделать друг для друга, – не выпускать призраков на волю, и они знали об этом. И на сей раз, как много раз в прошлом, они не стали нарушать неписаный договор.
 
  
Глава 22
 
Джорджия Лестер сидела за кухонным столом, держа в ладонях чашку с некрепким чаем и невидящим взглядом уставясь на по-осеннему голые, скелетообразные яблони в глубине сада. Ее не интересовали ни слишком разросшиеся многолетние растения, ни розы, которые садовнику пора было бы обрезать, ведь сад нисколько не занимал ее. Джорджия Лестер лишь изредка удостаивала его вниманием, когда можно было полюбоваться его красотой. Уродство она старалась исключать из своей жизни. Ей было достаточно того, что рождалось у нее в голове, и она не желала прибавлять к этому ничего из внешнего мира.
Чем Джорджия по-настоящему наслаждалась в своем доме, так это покоем. Ее несказанно утомляла необходимость играть роль Джорджии Лестер, от которой окружающие требовали неустанной заботы об имидже искушенной элегантной красавицы. Конечно же, она сама сотворила свой образ, сознательно придумав его, чтобы выделиться из толпы. Но от этого не легче. Каждое утро, глядя на себя в зеркало, она думала о том, что ей не по силам сражаться со временем, одерживающим над ней одну победу за другой. Возможно, пора вновь нанести визит очаровательному хозяину салона на Харли-стрит, который однажды отлично поработал над ее лицом.
Однако у себя дома Джорджия отрешалась от забот о своей внешности. В конце концов, когда остаешься одна, можно себе это позволить, подумала она, и лукавая улыбка, навеянная воспоминаниями, приподняла уголки ее губ. Время от времени девушке нужно развлечься, ведь, как бы Энтони ни был ей верен, он не в силах стимулировать ее, как какой-нибудь пылкий юнец с крепким телом. Джорджия умела позаботиться о том, чтобы подобные любовные связи длились недолго. В сущности, ей было безразлично, кому она обязана желанным волнением в крови.
На сей раз у Джорджии были совсем другие планы. В этот уик-энд она планировала заняться не любовными утехами, а редактурой. В отличие от многих коллег, Джорджия любила редактировать свои старые романы. Это позволяло ей, забыв о черновой работе, сосредоточить свое внимание исключительно на качестве письма. У нее была репутация искусного мастера, и она всегда тщательно следила за тем, как фраза за фразой складывается образ книги. Впереди было три свободных дня, которые она могла посвятить любимой работе, и Джорджия с радостью думала об этом.
Она уже прокручивала в голове ту часть книги, над которой собиралась поработать. Стопка машинописных листков и авторучка ждали ее на письменном столе. Потом секретарша введет поправки в компьютер. Сейчас Джорджии не хотелось отвлекаться даже на наряды. Завернувшись в просторный халат, спрятав волосы в нечто, вроде шелкового тюрбана, и собираясь оставаться в таком виде до ланча, Джорджия подумала о том, что, принимая ванну, послушает «Всемирные новости в час дня», а потом перекусит на скорую руку и поедет в Дорчестер. В холодильнике достаточно еды, но она совсем забыла о белом вине, а какой обед без бокала охлажденного шабли? Джорджия была абсолютно уверена в том, что писатели должны твердо придерживаться определенного распорядка в своей ежедневной жизни. Это включало и маленькие удовольствия, и привычку к интеллектуальному труду, благодаря которой Джорджия выпускала по книге в год.
Допив чашку, она налила себе еще чаю. За три дня ей нужно было много успеть. А потом – авторское турне с последним романом, выпущенным в переплете. При этом она вспомнила, что издатель еще не подписал контракт с симпатичным телохранителем, которого она наняла перед отъездом из Лондона. На самом деле она была далека от мысли, будто кто-то вознамерился ее убить, хотя и убеждала милого Кита передать неприятные письма в полицию. Но почему бы не заработать на этом? Всегда полезно по тому или иному поводу напоминать о себе публике. Почему бы не сыграть на своей литературной значительности, которая привлекла внимание убийцы? Публика обязательно полюбопытствует: что же такого особенного в Джорджии Лестер? А тот, кто станет ее почитателем, навсегда им останется; по крайней мере, Джорджия в этом не сомневалась.