Край ледника (ЛП)

Момент прошел.
– Идем, Первая жрица, – обратилась Ивоннель к Чарри. – Ты будешь моим послом в Доме Фей-Бранч. Враги Дома Бэнр покинут обитель Матери Биртин или они умрут, все до единого.
– Фей-Бранч?
– Я уже говорила тебе: не прикидывайся дурочкой, – предупредила Ивоннель. – Мы знаем. 
Она понимала, что идет на большой риск, потому что они, конечно же, ничего подобного не знали. Тем не менее, она была достаточно уверена в своей интуиции, чтобы пойти на риск и захватить известный, ценный и могущественный Дом. Она должна была довести дело до логического завершения.
Обеспокоенные выражения, промелькнувшие на лицах Чарри и Шакти, еще больше подтвердили догадки Ивоннель.
– В этом завоевании участвуют могущественные Дома, – призналась Шакти.
– Мы тоже могущественный Дом. Пожалуйста, скажи мне, что Малагдорл Армго там, – ответила Ивоннель самым злым тоном.
Мать Шакти несколько раз моргнула, услышав это.
– Скажи мне, Мать, его гордость или его мудрость одержит верх? – поддразнила Ивоннель. – Будет ли он достаточно умен, чтобы отступить от своей незаконной атаки, или же погибнет в ужасных муках? – Она повернулась, направив все взгляды на металлический гроб, лежащий у двери, и закончила дебаты, сведя на нет любые аргументы Ханцринов.
– Мастера Оружия так легко умирают.
  
Глава 9
 
Последствия
 
У Чарри Ханцрин не было эскорта, и поэтому она чувствовала себя крайне уязвимой, пока шла к наспех отремонтированным воротам Дома Фей-Бранч – воротам, которые теперь охранялись воинами других Домов.
Ей стало немного легче, когда ее узнали и приказали впустить внутрь, причем быстро. Оказавшись внутри, ее сразу же провели в домашнюю часовню, где расположилась Мать Миз'ри Миззрим и ее союзники. В дальнем углу комнаты Биртин Фей и ее дочери под охраной стояли закованными в цепи.
– Они идут, Мать, – сказала Чарри, как только о ней официально объявили.
– Они?
– Армия Дома Бэнр и их союзников. Достаточная, чтобы очистить этот Дом до того, как Нарбондель снова погрузится во тьму. И до того, как ваши семьи смогут прибыть сюда, чтобы помочь.
Она повернулась, чтобы посмотреть на Малагдорла, давая понять, что даже Дом Баррисон Дель'Армго, – пожалуй, единственный Дом, чье присутствие могло бы уравновесить грядущую битву, – не мог надеяться на своевременное вмешательство.
– Дом Ханцрин пал, – продолжила Чарри. – Как и Донигартен. Они нанесли удар целенаправленно и в полную силу, сразу после взятия Дома Фей-Бранч.
– Ханцрин? Ханцринов тут не было, кроме тебя, – запротестовала Мать Миз'ри.
– Я в курсе, – сказала она с горечью. – Они каким-то образом узнали. И они нахлынули, словно речной поток. Невероятная сила. Они оказались в часовне до того, как Мать Шакти узнала, что на нас напали, как в зеркале твоего нападения на Фей-Бранч. Это первый раз, когда армия Бэнр выступила против другого Дома за последние десятилетие.
– Со времен падения Облодры? 
– Они – все, чего мы боялись, и даже больше. Верховная жрица Ивоннель Бэнр отправила меня предупредить всех здесь присутствующих, чтобы уходили до их прихода. Они проявили милосердие к Дому Ханцрин. Не так много дроу Дома погибло, даже среди рабов. Ивоннель сказала мне, что, когда они прибудут сюда. такое не повторится. Любой обнаруженный здесь, не принадлежащий Фей-Бранч, будет предан мечу, а то и хуже. – Она сделала паузу и посмотрела на каждого в комнате. – Гораздо хуже.
– Пусть приходят, – сказал Малагдорл. – Мы убьем их, когда они будут пересекать стены.
– Хватит, Мастер Оружия, – потребовала Миз'ри, пристально глядя на Чарри. – А что насчет Богохульства? – спросила она.
– Сама увидишь, если не сбежишь отсюда, – предупредила Чарри. – Повторяю, они захватили Остров Рофов и Донигартен, затем пронеслись по Дому Ханцрин, и я считаю, что атака началась после твоей победы здесь. Как давно ты здесь, Мать Миз'ри? Несколько часов? Этого хватило, чтобы Ивоннель Бэнр нанесла удар.
– Выйди в коридор, – сказала Миз'ри Чарри, и Мать жестом приказала нескольким стражникам и жрице пойти и охранять ее. – И закройте дверь, – приказала она.
 
– Мы теряем элемент неожиданности, – сказал Энджрел Бэнр Ивоннель. 
Армия целенаправленно, но медленно продвигалась к Дому Фей-Бранч, во многих местах используя магическую тишину  и заклинания невидимости. Впрочем, ни у кого не возникало ощущения, что они продвигались незаметно, поскольку многие Дома, мимо которых они проходили, хорошо охранялись от подобных чар.
– Дай им время уйти, – ответила Ивоннель. – Будет лучше для нас, для Матери Биртин и остальных членов Дома Фей-Бранч, если нам не придется убивать их в этом комплексе.
– Если Мать Биртин вообще жива, – сказал Энджрел, и Минолин Фей затаила дыхание.
– Если так, все равно лучше просто прогнать их, – сказала Ивоннель. – После этой долгой и смертельно опасной ночи состоится совет. Многих призовут к ответу за свои поступки, а убийство Матери, к тому же члена Правящего Совета – одно из самых тяжких преступлений, которые может совершить Дом.
– Я думаю, она еще жива, – сказала Минолин Фей. – Позволь мне попытаться связаться с...
– Нет, – решительно ответила Ивоннель. – Мы узнаем ее судьбу достаточно скоро. Я так же сгораю от нетерпения, как и ты, но мы должны позволить этому случиться.
Воселли и Алеандра поспешно возвращались к ним.
– В Доме Фей-Бранч тихо, – доложила Воселли. – Они окружены.
– Выбери из войска Бэнров, тех, кто способен опознать отступающих, – приказала Ивоннель. – Я желаю получить информацию о каждом Доме, который выступил против Матери Биртин этой ночью.
Две воительницы Богохульства поклонились и бросились прочь.
– Не сомневаюсь, что ты обнаружишь половину Правящих Домов в числе нападавших, – предупредила Минолин Фей.
Ивоннель не возразила и оставалась совершенно неуверенной в своих действиях, ибо прекрасно понимала, что пошла на большой риск – на самом деле, гораздо больший, поскольку просто пришла к убеждению, что Мать Жиндия с союзниками напала на Дом Фей-Бранч.
Однако теперь она находилась достаточно близко к Дому Фей-Бранч, достаточно близко к Чарри Ханцрин, чтобы немного прояснить ситуацию. Она закрыла глаза и начала читать заклинание.
– Не закрывай ее полностью, – просигналила Чарри Ханцрин охраннику у дверей часовни. Когда он нахмурился и взялся за дверную ручку, она поспешно добавила: 
– Я видела приближающуюся армию. Жизни всех нас зависят от того, что они будут делать в этой комнате.
Охранник посмотрел на другого воина Миззрим, который был явно смущен. Чарри это понимала, в конце концов, она просила их ослушаться приказа Матери. Тем не менее, охранник оставил дверь достаточно приоткрытой, чтобы Чарри, приблизившись к ней, могла подслушать споры внутри.
Она не удивилась, услышав, как Малагдорл повысил голос над остальными.
– Они потерпели поражение! Должна быть какая-то цена, – сказал он.
– Она Мать, а ты Мастер Оружия, – ответила Мать Миз'ри.
Чарри пробормотала под нос проклятие. Малагдорл хотел убить Мать Биртин Фей. Она не удивилась, но знала, что такой шаг положит конец всякому шансу на мир в Мензоберранзане. Будет ли в ответ казнена ее собственная Мать? Начнет ли Дом Бэнр немедленно войну с Домом Барризон Дель'Армго? По ее мнению, такой конфликт быстро распространился бы по всему городу и привел бы к тысячам смертей.
Она глубоко вздохнула и снова сосредоточилась на разговоре за дверью, или попыталась, потому что услышала голос совсем другого рода.
– Они уйдут сейчас или умрут, – передал Чарри Ханцрин волшебный шепот Ивоннель Бэнр. Сейчас. Или умрут.
– Открой дверь и немедленно объяви обо мне, – приказала Чарри охраннику.
Он заколебался и посмотрел на другого воина.
– Наши враги почти добрались до нас, – настаивала она. – Если вы будете колебаться, мы все, несомненно, обречены. Сейчас же!